Шрифт:
Горан Петрович
Рассказы
Шесть листочков бессмертника
Каких только чудес не бывает на белом свете!
Мы сидели во дворе и распушали густые солнечные лучи, чтобы они не спалили нам огород, как вдруг в воротах показался запыхавшийся человек в городском невнятно-сером платье. Мы сразу поняли, что он не местный: во-первых, его никто не знал, а во-вторых, брюки его были мокры до колена, ведь перейти наш ручей по узкому бревнышку умеют только свои.
– Почему вы не построите мост?
– спросил он вместо приветствия.
– Сказать по правде, в этом нет никакой нужды - речка чистая, - ответил дедушка, жестом приглашая гостя присесть на скамейку.
Гость быстрым взглядом обшарил двор и сел. Бабушка протянула ему три спутанных солнечных луча, чтобы он чем-нибудь занялся - за работой и разговор веселее. Но он только пожал плечами, видимо, не зная, что со всем этим делать.
– Вы что, никогда не распушали солнечные лучи?
– спросила мама, сильно удивясь.
– Нет, - ответил гость.
– Простите, а как же вы тогда спасаетесь от жары?
– поразился и отец.
– А вот так, - сказал гость и вынул из сумки пластмассовый веер в цвет своего скучного костюма.
– Боже праведный, каких только чудес не бывает на белом свете! перекрестилась бабушка.
Чудовищное приспособление
Гость был коммивояжером. Об этом он сообщил нам с такой важностью, что нам тут же стало ясно - занятие это явно не из тех, что достойны особого интереса. Однако мы никак не проявили нашего разочарования, ведь многим приходится заниматься в жизни всякой чепухой.
– Я хочу предложить вам проект дома, - произнес гость, отведав нашего меда-пива.
– Похоже, ваши глаза не поспевают за вашими ногами - ведь с самой вершины холма видать, что дом у нас уже есть, - ответил дедушка.
– Жаль ваших намоченных штанов, но никакого проекта нам и даром не надо, потому что, напоминаю это еще раз вашим глазам, дом у нас уже есть. Вот он, ваша тень как раз на него облокотилась.
– Не-е, вы меня не поняли, - возразил гость, вовсю обмахиваясь веером.
– Я хочу предложить вам проект большого дома, трехэтажного, с балконами, аккуратно обрамленного медными водосточными трубами.
– И чтобы в них бурчала ночная тьма! Напрасно стараетесь! Даже если бы нам и нужен был такой дом, у нас столько денег не наберется, чтобы купить ваш проект, - вмешалась бабушка.
– И пожалуйста, не размахивайте этим чудовищным устройством, вы мне разгоните самый лучший воздух!
– Извините, - на мгновение смешался гость, - я и не собираюсь этот проект продавать за деньги. Я только снял бы несколько узоров, которых тут у вас сверх всякого изобилия...
– О каких это вы узорах?
– оборвала его бабушка, уже несколько взволнованная, потому что как раз в это время она упустила в огород толстый пучок нераспутанных солнечных лучей.
– Да вот хотя бы с рушника, антерии 1 , притолоки, платка, прялки, жилетки, да с чего угодно! А то, на чем они нарисованы, вышиты или вырезаны, вы можете оставить себе. Чем плохие условия?
– И как вы себе это представляете - снять узоры?
– вмешалась в разговор мать.
– А вот так!
– сказал гость, поднялся со скамейки и потянул к себе вышитый коврик, на котором сидел.
Так удивляться нам не случалось давно, с прошлого года, когда мы в нашем ручье выловили безбородого лесовичка. Гость энергично встряхнул коврик, и с него на землю полетели охапки полевых цветов.
– Вам - проект, мне - узоры, - рассмеялся он, доставая из сумки бумажный свиток и одновременно запихивая в нее осыпавшиеся веточки, листья и колоски оттенков, какие бывают только на исходе апреля.
– Ну вот, испортил мне самый любимый коврик!
– первой пришла в себя бабушка, однако гостя уже и след простыл.
Облако застряло на перекате неподалеку от нашего дома
В тот год засуха нанесла урон многим огородам. Люди не так усердно теребили солнечные лучи, и ростки полегли под натиском каждодневного, многократно утяжеленного зноя. Коммивояжер к тому времени успел посетить все дома в нашем селе. У одних он выклянчил виноградную лозу с прялки, у других утащил со ставней кисть винограда, у третьих - завиток, что был на косынке, у четвертых снял колоски с зубуна 2 , у пятых - пару павлинов с кроватной грядушки. А взамен всем оставил проекты домов. Бабушка с дедушкой тогда сказали:
– Зачем нам большой дом? В нем и потеряться недолго. Да и потом, уж если и карабкаться по лестнице, так по той, что ведет к вратам царства небесного!
– Но ведь вашу комнату можно разместить на первом этаже, - сказала мама, и на речной перекат неподалеку от нашего дома наскочило первое облако сурового взгляда.
В тот же вечер, вопреки обычаю, бабушка встретила полночь во дворе.
– Хоть на звезды насмотреться, а то скоро здесь будет одна сплошная тень, - объяснила она.
Не далее как на следующую ночь дедушка собрал несколько самых крупных снов и перевязал их лунным лучом. Он подвесил толстую вязанку к высокой потолочной балке, куда не добраться домашней суете и всякому прочему вздору. Он тоже считал, что вскоре нас ожидают черные дни.
– Это нам понадобится, когда у нас у всех от яви разболится голова, шепнул он в карман жилетки, где у него хранился список самых важных вещей.
Обмелевшие небеса
Ранней осенью, когда мы заготавливали солнце на зиму, закатывая его в стеклянные банки, гость объявился снова. По его штанинам струилась вода, а по лицу - сильное удивление. Ну, что касается воды, то здесь все было ясно - он опять свалился с бревна, соединявшего берега нашей речушки. А вот удивление объяснялось тем, что он просто не верил собственным глазам - ну как это возможно, что мы еще не начали строиться? Вместо веера он вынул из сумки обязательство: обеспечить нас всем необходимым для постройки нового дома.
– Разумеется, за ваши узоры!
– добавил он, пожирая глазами дедовы чулки, на которых были вышиты острые травинки и нежные гиацинты.
– Не соглашайся! Это не продается!
– вскипела бабушка и воинственно отерла о фартук руки, золотистые от октябрьского света.
– Ну тогда вон за тот орнамент, что у вас на кувшине!
– воззрился гость на ярко прописанные красные, голубые и зеленые полоски.
– А этого хватит?
– купился отец.
– Для начала хватит, - ответил гость и потер руки.