Рассказы
Шрифт:
Тот обречённо кивнул. Все четверо вышли из помещения.
«Если завтра к одиннадцати десяти от Мальдини не будет никаких вестей, мы немножко поиграем с его братом. Чтобы было громко. Во дворе, например. А потом отправимся искать нашего беглеца. Бирс, Блэйд, Слим, пойдёмте со мной».
Он встал и направился в другую комнату, мы последовали за ним.
«Я хочу, чтобы нашего пленника послушало несколько человек, а не только мы с доктором», — пояснил Бауэр.
Наконец, мы вошли в небольшую комнату, где на белоснежной кровати лежал один из Мальдини. Он казался маленьким и жалким. Руки его лежали поверх одеяла, правая была перебинтована. Рядом сидел доктор Каттнер, который некогда работал хирургом в государственной больнице, а потом перешёл на более высокооплачиваемую должность при Бауэре.
«Жить будет, — констатировал Каттнер. — Кровопотеря большая, пока он там лежал, пока довезли. Но успели. Слаб, конечно, но выползет».
«Хорошо», — кивнул Бауэр.
Он сел рядом с больным.
«Мальдини, ты меня понимаешь?» — спросил он.
Итальянец демонстративно отвернулся.
«Понимаешь. Ты Марко или Беппе?»
Мальдини молчал.
«Будем условно считать, что Марко. Мне так кажется. Так вот, Марко, не знаю, что ты сегодня слышал, но завтра мы ждём твоего брата. Если он не придёт, мы будем тебя пытать. Очень, очень больно. А брата всё равно поймаем. Чтобы этого избежать, ты должен нам помочь. Как найти Беппе? Куда он может пойти? Придёт ли он, если слышал мой призыв? Попытается ли уехать из города?»
Итальянец молчал.
Бауэр печально покивал головой.
«Ну, я ничего другого и не ожидал. Впрочем, сегодня у тебя спокойный день. Отлёживайся, отдыхай. Завтра наступит твоё время».
Бауэр встал.
«Слушать оказалось нечего», — констатировал он.
В этот момент итальянец всё-таки открыл рот.
«Он придёт. Только что бы ты ни сделал, Бауэр, за нас отомстят».
И снова отвернулся к стене.
«Да? — усмехнулся Бауэр. — Вот и прекрасно».
И вышел, а мы последовали за ним.
Вообще, всё это выглядит со стороны прелюдией. Появление итальянцев, перестрелка в кинотеатре, побег Мальдини, поимка второго брата и фраза «он придёт». Собственно, это и оказалось прелюдией, только мы тогда об этом не знали.
Без десяти минут одиннадцать следующего дня мы сидели в гостиной дома Бауэра. Вместе с шефом нас было шестеро. Не хватало Сноушэйда, хотя без него, честно говоря, было спокойнее. Мы сидели и молчали. Мне было невыносимо скучно. Вестерн я дочитал утром, за новый взяться не успел, да и в любом случае читать в такое время было бы странно.
Ожидание было делом вполне привычным. Наша работа требовала хладнокровия и умения молчать. Мы полностью удовлетворяли этим требованиям. Я смотрел на огонь в огромном камине. Иногда оттуда вылетали искорки и падали на ковёр, но шефа не смущала вероятность возгорания. В его жизни случались вещи и пострашнее.
Без пяти минут одиннадцать Слим выглянул в окно и сказал:
«Он тут».
Мальдини и в самом деле стоял у ворот дома (от ворот до крыльца было порядка тридцати футов). Он не звонил, не кричал — просто стоял и ждал, когда к нему выйдут.
«Я знал, — заметил Бауэр. — У этих итальяшек семья важнее дела».
Слим открыл дверь и встретил Мальдини.
Тот вошёл — белый, как молоко, с ледяными глазами и непроницаемым лицом. Он был как две капли воды похож на брата. До этого момента я не думал, что они близнецы. Чёрные глаза и волосы резко контрастировали с цветом кожи.
Он прошёл в центр гостиной, не снимая обуви и даже не обтерев её о половик у двери. Он молчал, пристально глядя на Бауэра.
«Спасибо, Мальдини, что пришли, — сказал тот. — Вы Беппе или Марко?»
«Беппе».
«Прекрасно. Значит, я угадал. А теперь угадайте вы, чего я от вас хочу».
«Вы хотите, Бауэр, чтобы Молли не лез в ваш город».
Точнее ответа быть не могло. Бауэр склонил голову.
«Совершенно верно. А вы от меня хотите, чтобы я отдал вам брата».
Итальянец промолчал.
«Вы же понимаете, Беппе. Я могу сейчас пристрелить и вас, и Марко, как планировал с самого начала».
«Нет, — Беппе покачал головой. — У вас есть правила».
«Есть. Без правил — никуда. Поэтому я спрашиваю вас, Беппе, что вы можете сделать для меня. Если ваш ответ меня не удовлетворит, я вас убью. И Марко — тоже».
Итальянец сделал ещё несколько шагов и сел в свободное кресло.
«Я могу предложить вам сотрудничество с Молли, например».
«Меня это не устроит. Я — сам по себе. И Молли ничего не сможет сделать, появившись в этом городе. Тут я его размажу. Ваша задача — замять конфликт. Чтобы Молли забыл обо мне. Чтобы я не помнил о нём».
Беппе склонил голову.
«Понимаю. Но этого я предложить не могу. Молли придёт сюда в любом случае. Не хотите с пряником — будет с кнутом. И поверьте, Бауэр, вы ничего не сможете сделать. Ваш дом сровняют с землёй, а вас подвесят за ноги и будут пытать — как вы обещали пытать моего брата».
В этот момент я перестал понимать итальянца. Ведь ему ничего не стоило соврать. Обмануть Бауэра, пообещать замять дело, отговорить Молли от появления в Бойсе. Но он сказал правду, подписывая себе смертный приговор.
«Хм, — ухмыльнулся Бауэр. — Я ценю честность, Беппе. Даже если она граничит с глупостью. Только, простите, я не могу в это поверить. Сдаётся мне, вы просто бравируете».
«Бравирую, — кивнул итальянец. — Но при этом говорю правду. Мне безразлично, что вы сделаете со мной. Я пришёл, чтобы спасти своего брата».
«Мы ходим по кругу, — Бауэр тяжело оттолкнулся от подлокотников и поднялся. — Вы не можете мне ничего предложить, кроме бездоказательных угроз. Соответственно, я пока не вижу причин для того, чтобы отпускать вас с братом».
Он повернулся к нам.
«Приведите второго».
За Марко пошли мы со Слимом. Доктора не было, Марко был привязан к постели, хотя это казалось излишним. Он не спал, прислушиваясь к происходящему в гостиной, и страдал от того, что ничего не слышал. Когда мы вошли, он тут же замкнулся, демонстрируя полное безразличие и нежелание общаться. Мы развязали его и потащили под руки в гостиную.