Чтение онлайн

– Нет, но он был сегодня только один раз.

Хельм пристально глядел на меня. Курил и глядел. Это был молодой парень двадцати четырех – двадцати пяти лет. В отделении уже два года. Разговаривая со мной, он мало-помалу успокаивался.

– Сегодня Брент приходил в банк дважды.

– Да нет же. Один раз. Он постучал в дверь. Адлер впустил его. Брент поболтал несколько минут, потом забрал свои вещи из шкафчика и ушел. Вы тоже там были. Никто, кроме присланных кассиров, еще не освободился к тому времени. Брент покинул банк примерно за пятнадцать минут до вашего ухода.

– Все верно. Я ушел после него. Закончил дела, убрал кассу и двинул домой. Я заглянул в аптеку, чтобы выпить молока с солодом. Я сидел и пил молоко и тут увидел, что он возвращается.

– Это невозможно. Дверь была заперта.

– У него был ключ.

– В каком часу это было?

– В начале пятого. За пару минут до того, как все выскочили на улицу с этим пауком.

– Что было дальше?

– Я не видел, чтобы он вышел.

– Почему вы не сообщили об этом раньше?

– Я искал вас, но не нашел.

– Вы же видели, как я отъезжал с Шейлой.

– Да, но тогда это еще не пришло мне в голову. Полицейский, который подобрал паука, покупал в аптеке пленку для своей кинокамеры. Я помогал ему посадить паука в коробку из-под мороженого, проделывал в крышке дырки и не следил за тем, что творилось в банке. Потом уже я сообразил, что видел, как все покинули банк, но не видел, как выходил Брент. Я сказал себе, что должен выкинуть это из головы и успокоиться, что у меня просто расшатались нервы. Когда работаешь с такой уймой денег, бог знает что лезет в голову. Но потом...

– Что еще?

– Вечером я был в кино вместе со Снеллингом и его женой.

– Снеллинг тоже не видел, как уходил Брент?

– Я ничего не сказал Снеллингу. Не знаю, видел он или нет. Но после сеанса по дороге к дому Снеллингов мы заспорили о фильме. Действие там происходило в Мексике, и я предложил Снеллингу позвонить Чарльзу, чтобы тот разрешил наш спор. Брент когда-то жил в Мексике. Времени было около двенадцати.

– И?

– Служанка ответила, что Чарльз не появлялся.

Мы посмотрели друг на друга. Оба отлично понимали, что больные, только что перенесшие операцию, не возвращаются домой так поздно.

– Пошли.

– Вы позвоните Шейле?

– Мы едем в банк.

Когда мы подъехали к банку, дежурный охранник совершал очередной обход. Было два часа ночи. Он сразу отверг наше предположение, будто в банке может быть кто-нибудь без его ведома, но я настоял, чтобы он впустил нас, и мы обыскали помещение. Мы поднялись наверх, туда, где хранились старые документы, и я заглянул в каждый ящик. Мы спустились в подвал, и я проверил, нет ли кого, за каждой газовой колонкой. Мы осмотрели все окна, обшарили все углы. Я даже заглянул под свой рабочий стол. Больше искать было негде. Дежурный охранник отметил время обхода, и мы покинули банк. Хельм почесал подбородок:

– Выходит, это была ложная тревога.

– Похоже на то.

– Извините.

– Не за что. Докладывайте и впредь обо всем.

– Наверное, нет смысла звонить Шейле.

– Боюсь, уже поздно.

Он явно намекал на то, что нам следует позвонить Шейле, но не хотел, чтобы это сделал я. Как видно, его подозрения не рассеялись. И только охранник был уверен, что мы пара придурков, которым просто нечем заняться. Мы сели в машину, и я повез Хельма домой. Он снова пробормотал что-то насчет Шейлы. Но я решил больше его не слушать. Высадил его возле дома и развернулся, чтобы поехать к себе. Но едва Хельм скрылся из виду, я свернул и направился в сторону Маунти-Драйв.

В окнах горел свет. Сетчатая дверь распахнулась сразу, едва я ступил на крыльцо. Шейла была одета, будто ждала меня. Я проследовал за ней в гостиную и заговорил полушепотом, чтобы никто в доме не смог нас услышать. Времени на поцелуи и объятия не было.

– Где Брент?

– В банке, в хранилище.

Она тоже ответила шепотом и опустилась в кресло, не глядя на меня. Все сомнения, которые одолевали меня когда-то, все подозрения, что она играет со мной и пытается одурачить, вспыхнули с новой силой: один ее вид вызывал во мне раздражение. Губы у меня пересохли, и мне пришлось облизнуть их, прежде чем я смог выдавить из себя хоть какие-то слова.

– Странно, но ты ничего не говорила.

– Я этого не знала.

– Что значит не знала? Если тебе известно об этом сейчас, как ты могла не знать об этом раньше? Не хочешь же ты сказать, будто он вышел оттуда на пару минут и позвонил тебе по телефону, стоящему на моем столе? Он с тем же успехом мог попытаться связаться с тобой из могилы. Ему не выбраться оттуда до половины девятого, пока не сработает замок с часовым механизмом.

– Ты закончил?

– Я задал вопрос. Почему ты молчала раньше?

– Когда я вернулась домой и увидела, что его нигде нет, я стала его искать. Я решила проверить, на месте ли его машина. Я сходила туда, где он обычно оставляет машину, когда не бывает дома. Машины там не оказалось. На обратном пути я проходила мимо банка. И тут я заметила, как внутри вспыхнула и погасла красная сигнальная лампочка.

Не знаю, известно ли вам, как устроено банковское хранилище. Внутри помещения имеются два выключателя. С помощью одного включается освещение, когда кто-нибудь из вкладчиков хочет пройти к своему сейфу. С помощью другого над дверью в хранилище включается красная сигнальная лампочка; ее включают, когда входят в хранилище. Когда хранилище закрывают, лампочку выключают. Я сам выключил ее днем, когда вместе со Снеллингом закрывал хранилище. На ночь все занавески на больших окнах банка подняты, чтобы дежурный охранник или любой прохожий могли видеть, что происходит внутри. Если бы сигнальная лампочка загорелась, ее было бы хорошо видно, но я сомневался, что Шейла действительно ее видела. Я сомневался в том, что она вообще была у банка.

– Так ты говоришь, сигнальная лампочка горела? Странно, что она не горела, когда я уходил из банка десять минут назад.

– Я сказала, что она вспыхнула и погасла. Не думаю, чтобы ее зажгли нарочно. Скорее всего, он нечаянно задел выключатель плечом. Если бы он хотел подать сигнал, то продолжал бы сигналить и дальше.

– Как он там очутился?

– Не знаю.

– А я думаю, знаешь.

– Не знаю, но, кажется, догадываюсь. Он проскользнул туда, когда мы сбежались посмотреть на паука.