Чтение онлайн

— Дурак он, — расхохоталась ведьма, — как и все мужики, впрочем. Даром, что деревянный. Успокой его, что ничего худого ему не сделаю. И вот, передай ему пирог от меня в знак доброй воли.

У ведьмы в руках вдруг показался свёрток из холстины. Судя по очертаниям, там действительно находился один из тех пирогов, которыми почивала их ведьма.

— Вот передай ему. Скажи, что это от меня в знак доброй воли. Я-то уж знаю, как эти лесовики поесть любят, — она подмигнула Кириллу. — А как поест, так поймёт, что от меня зла ждать нечего.

Ярослав вспомнил о судьбе дружинников, да и про оборотня вспомнил. И решил не брать слова ведьмы на веру. Однако принял из её рук завёрнутый пирог, и хотел было направиться к выходу, но она снова их остановила.

— Ну-ка постой-ка. Вот ещё что.

Она вдруг повернулась, ушла в дальний угол комнаты, где стоял довольно большой, окованный железом сундук.

— У меня остались старые штаны и рубаха Якоша, — вдруг произнесла она. — Они ему ни к чему, а вот вам пригодятся, — произнесла женщина, действительно достав из сундука просторные штаны и рубаху.

Ярослав не понял, зачем ему может понадобиться чья-то ношенная одежда, но решил лишний раз не спорить. Поклонившись хозяйке и поблагодарив, он повернулся и вышел из избы.

Выйдя на крыльцо, Ярослав практически сразу понял, зачем им понадобилась запасная одежда, когда увидел голого Жужеля, что держал коней за уздцы и неловко прикрывался доспехами.

— Ты куда мой доспех напяливаешь, злодей? — затряс кулаками Татень. — Их на другое место цепляют. Я тебя их чистить заставлю. И сколько раз тебе говорить, голым задом-то не сверкай, а то я тебя точно оглоблей огрею.

После того, как ведьма отправила их в путь, Ярослав и сам не сразу понял, что как сомнамбула шагает к выходу с поляны.

А когда терем ведьмы скрылся среди деревьев, он будто отмер и принялся озираться. Тем же самым сейчас занимались Татень и Жужель, что, кое-как одевшись, по-прежнему держал лошадей за уздцы. И, судя по их округлившимся глазам, Ярослав понял, что те сами вообще ничего не понимают и, кажется, не помнят, что происходило пару минут назад.

— Где это мы? — задал Татень самый актуальный на данный момент вопрос. — И где погоня? Бежать же надо! Чего мы стоим-то? — он принялся озираться. — Жужель, а ты здесь что делаешь? И коней зачем привёл?

Ярослав не знал, что удивило его больше всего — чудовищная сила ведьмы, которая с живыми людьми была способна играть будто марионетками, или то, что Татень, будучи абсолютно не в себе, вёл себя с лесной красавицей, на удивление, тактично и корректно. Он бы даже сказал «галантно».

— А зачем я оделся? — спросил вдруг Жужель, глядя на поношенную одежду, что явно была ему великовата. — На четырёх лапах ведь бежать надо. И зачем я это сделал?

Ярослав решил ничего не объяснять.

— Так чего же мы стоим-то? — вновь переполошился Татень. — Погоня ведь, бежать ведь надо!

Ярослав поспешил успокоить воина.

— Всё уже, нет никакой погони, — произнёс он.

— Как это? — не понял Татень.

— Да, ты, видимо, не помнишь, головой, наверное, стукнулся. Отбились мы от них, ну и добрые люди помогли.

— Отбились? — у Татеня аж глаза заблестели, и он принялся оглядываться. — От десятерых Врабиевцев? Прям сами? А что за добрые люди?

Ярослав про себя подумал о том, что то, насколько эти люди добрые, вопрос очень даже спорный. Однако ответил:

— Что за люди, это не важно. Главное, что мы живы и целы. И у нас важная задача не выполнена. Врабиевцев не всех положили. Из них три или четыре человека осталось, я точно не помню. И они, как я понимаю, уже бегут обратно к себе в село. Мы ведь не знаем, есть ли у них ещё воины, так что не будем рисковать, а то вдруг они за нами снова погоню пошлют.

А Татень Ярослава будто и не слышал.

— Экий я воин-то! Пощипал врага, троекратно нас численно превышающего. Пощипал их так, что они кое-как ноги унесли, и даже не помню этого.

Татень с громким смешком вытащил меч из ножен и принялся его изучать:

— Странно, а чего на мече крови нет? Ну это ладно, я бы обтёр, но и зазубрин нет. А не лжёшь ли ты мне, часом?

Он вдруг подозрительно поглядел на Ярослава. Соколов же едва держался, чтобы не расхохотаться.

— Так ты и не мечом сражался, а будто лев скалил на них зубы, а ещё дубиной от них отбивался, будто древний герой.

— Дубиной? И что это за герой такой? — тут же навострил уши старик, примеряя на себя новую роль.

— Да ты, наверное, не знаешь такого. Он из другого княжества, Геракл его зовут.

— Геракл, — произнёс Татень, будто пробуя имя на вкус. — Действительно не слышал. И что это за герой такой?

— А у него дубина была, которой он всех колошматил, — сдерживая смех, принялся рассказывать Ярослав, попутно взяв из рук Жужеля доспехи и принявшись облачаться в них. — Он этой дубиной и гидру многоголовую победил и льва Лернейского.

— Лернейского? — округлил глаза Татень. — А это как — Лернейский?

— Да, значит большой очень, — тут же пояснил Ярослав.

А Татень, по его примеру, пребывая в глубокой задумчивости, тоже принялся облачаться в доспехи.

— Ну ладно, ты это мне потом расскажешь, — наконец, облачившись, произнёс старый воин. — Нам бежать надобно, да побыстрее.

Ярослав, совершенно не видя поводов для споров, быстро вскочил в седло.

— Так, братья-дружинники, — оглядел он своих товарищей. К тому времени не только Татень успел облачиться в доспехи, но и Жужель уже перевоплотился в волка. — А кто-нибудь знает, куда ехать-то? Я, кажись, заблудился.