Чтение онлайн

— С мылом, говорю! Тупая, что ли? Вон, жидкое мыло. Заливай в пасть и полощи.

Она замерла, не зная, что делать. Затем спросила едва слышно:

— Может, лучше деньгами?

— Не понял.

— Ну деньгами. Три тысячи баксов наличкой за интервью плюс обложка. А? И без мыла.

— Черт с тобой, — я отвернулся и толкнул дверь.

Бася тихонечко вышла следом за мной, уже не зная, чего ожидать в следующую минуту.

— Что-то вы быстро, — у Кати в глазах прыгали веселые чертики.

— Да она не захотела рот с мылом полоскать, — ответил я так, чтобы было слышно ближайшим гостям.

— Что, правда? — Катя подняла брови. — Действительно проблема.

Бася не знала что делать. Похоже, за недолгую журналистскую карьеру она в первый раз попала в столь дурацкую историю. Но не в последний уж точно. Все равно найдется кто-то, кто заставит ее прополоскать рот с мылом.

— Да ладно, поговори с ней, — смилостивился я. — Она отбашлялась тремя косарями.

— А... Слушай, а на фиг нам эти деньги?

— Трусы себе куплю, — заявил я. — С модным гульфиком, как у пидора.

— Ладно, — Катя кивнула с пониманием. — Ну что, Бася? Спрашивай, что ты хотела.

В журналистке словно переключили программу. Растерянное выражение лица снова сменилось дежурной улыбкой, а в руках у нее появился цифровой диктофон,

— Вы — девушка-легенда, — начала Бася. — Скажите, сколько правды в том, что вы попали на самые высоты, что называется, с улицы?

— Все правда, — ответила Катя и начала выдавать заученный для таких случаев текст: — Год назад я выложила в Интернет свои песни. Сначала большого интереса они не вызвали, но уже через неделю с нами связались представители региональной радиостанции с предложением поставить материал в ротацию. А еще через полгода крупная выпускающая компания обратила на нас внимание и предложила выпустить первый альбом. Так все началось.

— Сейчас вы владеете одним из крупнейших Интернет-порталов и собственным Интернет-телевидением video.100-litsa. ru, а начиналось все, говорят, с обычного бесплатного сайта?

— Совершенно верно. Саша Фролов делал его собственными руками.

— А правда ли, что незадолго до этих событий Фролов служил снайпером и был ранен?

— Правда. Но распространяться на эту тему он не любит.

— Журналисты часто называют вас девушкой по имени Счастье, — улыбнулась Бася. — Великолепный заголовок для статьи. Ну и как, получается стать счастливой?

Катя запнулась. И я знал почему. Когда-то казалось, что достаток и счастье — это практически одно и то же. Сейчас уже стало ясно, что нет, Несмотря на то, что мы с Катей заняли в этом мире не последнее место, сам мир был очень далек от совершенства. Куда дальше он был от совершенства, чем мы ожидали.

— Да, конечно, — ответила Катя после короткой паузы. — Думаю, что ты бы охотно заняла мое место.

— Это правда, — рассмеялась Бася. — Но мечтать не вредно.

Конечно, все не так плохо, как иногда кажется. По крайней мере, мы с Катей занимались чем хотели. Катька выпустила альбом, разлетевшийся дикими тиражами, а сейчас у нее второй, еще не записанный, рвут с руками. Книгу написала. Второй фильм по ней снимаем. Первый, правда, не очень пошел, так что необходимо было отказаться от идеалов и на ходу менять стратегию, если мы хотим остаться в бизнесе.

— Первый ваш фильм не дал ожидаемой прибыли, — сказала Бася. — Это была ошибка сценария, режиссуры или продюсинга?

— Всего понемногу, — ответила Катя, — Первый блин, как говорят, комом. На мой взгляд, зритель оказался не готов к такому кино.

— Вы имеете в виду идеологическое наполнение?

— Да. Все безудержно хотят денег. Поэтому фильм про то, что деньги ничего не значат, оказался за пределами интересов большинства.

— Да, пожалуй, вы хватили через край. Этот мир только на деньгах и держится.

«В том-то и беда, — подумал я. — В том-то и беда».

— Задумывая второй фильм, — продолжала рассказывать Катя, — мы опирались на рекомендации телеканала, с которым условились о прокате. Так что в этом фильме не будет ничего необычного. Стандартный боевик о приключениях бывшего спецназовца в фантастическом мире сна. Он случайно узнает способ, как извлечь выгоду из тех битв, которые ведутся в его снах, после чего быстро становится обладателем мощного капитала.

— Это я бы посмотрела с удовольствием, — ответила Бася. — К тому же кинофантастика сейчас на подъеме.

Ко мне подошел Андрей — артдиректор клуба.

— Думаю, через полчасика будет в самый раз, — сказал он после приветствия, имея в виду Катин выход на сцену. — Только что отзвонился продюсер музыкального канала, он за хорошие деньги берет эксклюзив на трансляцию выступления. Так что я вам пару тысяч еще надбавлю.

— Годится, — кивнул я.

После второй стопки текилы я немного расслабился и меня перестало все бесить. Нет, дела у нас действительно идут в гору. Все хорошо. Нормально. А то, что пришлось перекраивать фильм... Фигня. Сейчас, если с Первым сработаемся, начнем наконец делать что нравится. С такой массированной рекламой, как у них, можно уже и вкус зрителю прививать. Хотя, может, и не нужно. Хотят люди боевиков, пусть получают боевики. Хотят закос под западные фильмы четвертого эшелона — нате вам. Странно только, что в Европе все как-то иначе. «Амели» был самым кассовым французским фильмом, а там ни одного выстрела в кадре. Но получилось действительно замечательно.

Проще всего списать разницу между нами и европейцами на недостаток ума, на недостаток образования. Но на самом деле все иначе. Мы просто не умеем снимать хорошее кино. Раньше умели, а потом разучились. Когда деньги становятся во главу утла, они способны погубить что угодно. От денег нельзя отмахиваться, но они должны быть средством, а не целью. Для нас же, для всей России, они теперь скорее цель. А французы даже за деньги не будут делать плохо, Не будут, и все тут. Потому и зарабатывают миллионы.

У нас же просто нет возможности делать хорошо. На каждом этапе любой из участников проекта старается наварить как минимум сто процентов прибыли, поэтому на конечный результат денег попросту не хватает — их разворовывают раньше, чем закончатся съемки. Каждый в России знает, что другого шанса набить карман может уже и не быть, поэтому на первом месте оказываются собственные интересы, а уже потом качество. Деньги на проект найти в тысячу раз проще, чем пробить эту стену. Хотя с деньгами тоже еще та история... Все инвесторы работают только под откат, моют деньги, В результате половина заявленного бюджета уходит обратно инвестору, уже чистая и обналиченная, а снимать приходится на оставшееся и как получится.