Чтение онлайн

— Если менты остановят, я умру со смеху, — гулко расхохотался Громов.

— Фигня! — отмахнулся я. — Скажем, что мы чеченцы, и откупимся.

— С моей рязанской мордой?

— Да ладно, вот Алиса, если не так ярко оденется, вполне за шахидку сойдет. К тому же откупаться будем с размахом. Как при захвате «Норд-Оста».

— Имеем право, — кивнул Громов.

Я сел за руль, и мы выехали со двора, оставив ворота распахнутыми настежь.

— Закроешь? — спросил я.

— А зачем? — Бывший прапорщик пожал плечами. — Все равно ни одна зараза сюда не сунется.

— Самоуверенность является серьезным пороком для воина, — вклинилась в разговор Алиса.

— А вам, девушка, слова пока никто не давал, — оскалился Громов.

Алиса шутки не поняла. Я видел, как она напряглась, но решил не вмешиваться в ситуацию. Похоже, и Гром понял, что ляпнул лишнего — шуточки умолкли, и мы долго ехали молча. Каждый раз, когда проезжали милицейские посты, у меня посасывало под ложечкой. Но никто нас не остановил. Да если бы и остановили, то с таким количеством вооружения точно приняли бы за террористов. А это куда лучше, чем за бандитов, поскольку бандитов, если верить новостийным сводкам, укладывают лицом в снег, а с террористами постоянно ведут переговоры. На переговоры у меня бы денег точно хватило. Даже тех, что с собой.

Когда въехали в город, Алиса натянула на голову эфирный детектор. Громов хотел высказаться по этому поводу, но я жестом его остановил, мол, человек знает, что делает.

— Холодно, — заявила она. — Ночь, значит, надо ближе к центру.

— Почему? — удивился я.

— Давай я сяду за руль, а ты посмотришь.

— Думаешь, я узнаю Ворота?

— Конечно. Давай, давай!

Мы поменялись местами, и я опустил на глаза окуляры. Алиса тронула машину с места. Сначала я не заметил ничего необычного — ну город и город, но уже спустя пару минут различил впереди какое-то странное движение. Это было похоже на вспышки неоновых панно или на далекие зарницы, и лишь приглядевшись, я с изумлением увидел огромный мерцающий вихрь над городом. Похоже, он был где-то в самом центре Москвы, кажется, в районе Тверской. Алиса правила точно туда. Мы выехали на Бульварное кольцо, и «жигулька» резво помчалась в направлении Тверского бульвара. Вихрь рос с каждой минутой, нависал над нами... По ходу я заметил еще несколько похожих вихрей, только гораздо меньшего размера, однако их местоположение трудно было с точностью локализовать.

И только когда мы выехали на Гоголевский бульвар, я сообразил, где в точности расположен гигантский вихрь — он вздымался непосредственно над казино «Шангри-Ла». Меня ужас охватил, когда мы к нему приблизились. Чудовищный мерцающий хобот, тянущийся, казалось, в глубины космоса.

— Что это? — шепотом спросил я.

— Впечатляет? — спросила Алиса. — Так выглядят все игорные дома. Огромные воронки, высасывающие человеческую удачу. И энергию. Но эта в Москве самая крупная.

— Что значит энергию? — не совсем понял я.

— А то и значит. Вместо того чтобы делать нечто полезное для других или хотя бы для себя, люди тратят время на переставление фишек или дерганье рукояток одноруких бандитов. Время конвертируется в энергию, ведь сделать что-либо, можно лишь затратив определенное время. И вот все потерянное здесь время конвертируется частично в деньги, которые остаются в казино, а частично в чистую энергию неисполнившихся надежд и желаний, в энергию зависти, жадности, похоти. Все это концентрируется тут в немыслимых масштабах и создает поток. Это как слив помоев.

— При чем здесь удача?

— Люди ведь рвутся сюда за удачей. Поэтому теряют в основном именно ее. Чаще всего кто приходит за шерстью, уходит стриженым. Это закон мироздания. Такой же жесткий, как закон сохранения энергии в физике. Потерянное время и потерянная удача, разменянные на горсть мелких купюр, потоком устремляются в космос. И на Земле удачи становится все меньше и меньше.

— Я думал, она убывала только по вине Кирилла.

— Если бы так... — вздохнула Алиса. — Но таков уж сон Бога.

— Страшно.

— О чем вы? — спросил Громов.

— Да так, — ответил я, не имея ни малейшего желания ничего объяснять.

Меня начало ощутимо тошнить.

— Обычно Ворота возникают в противовес таким чудовищным выбросам, — сказала Алиса. — Одна из их функций — компенсировать потери за счет энергии, имеющейся в сфере взаимодействия. Их ширины не хватает уже давно, но они все равно возникают. Правда, тоже становятся с каждым разом немного шире. Жаль, что не так быстро, как этот вихрь.

Я глянул вверх. Вихрь уносил минуты человеческой жизни и потоки удачи, в обмен на которые кто-то хотел получить немного денег. Мне казалось, что такие вихри должны быть не только над игорными домами, а над всеми предприятиями, где народ впустую тратит время собственной жизни, не производя практически ничего, лишь за какую-то плату, зачастую такую же бессмысленную, как и работа, которую они производят. Мне казалось, что самые страшные вихри должны веять над типографиями, производящими рекламные газеты и буклеты для демократических выборов. Вот уж где время и энергия тратятся совершенно впустую! Но я не мог проверить — была ночь, и работали только игорные дома, рестораны и круглосуточные магазины, в которых продают поддельную водку.

«Странно, — подумал я. — Почему же большинство людей считают отдыхом бессмысленно потраченное время, которое уже не вернуть? Почему вместо того, чтобы любить друг друга, рисовать, сочинять стихи и песни, они стремятся просидеть это время в ресторане или проиграть в казино? Неужели никто из них не виноват в этом, а происходит так лишь потому, что снится Спящему Богу?»

Я не мог поверить, что это нормально.

«Трансформация, — нашел я наконец подходящее слово. — Мир не мог быть так плохо устроен. Что-то сто трансформировало».

Вспомнив о демократических выборах, я решил пополнить словарь Фролова еще одним термином на букву «Д». Демократия (от латинского «власть народа») — общественно-политический строй, при котором все ошибки и преступления власти перекладываются на совесть народа.

Алиса нажала на газ, и мы пересекли Тверскую. Вихрь остался позади, уносясь вверх чудовищным хоботом. Я, не ослабляя внимания, озирался по сторонам, читаясь заметить через эфирный детектор нечто необычное, что можно было бы назвать Воротами.