Чтение онлайн

Кент — это его второе имя. Так он мне сам сказал. И еще добавил, что не желает иметь ничего общего со своим отцом, а потому никому никогда не называет свою настоящую фамилию. Ну, в этом по крайней мере он чем-то схож со своим братом.

И еще в том, что они оба обладают некоторым иммунитетом к моему прикосновению.

Адам и Аарон Андерсон.

Братья.

Я сижу в своей комнате в темноте и пытаюсь хоть как-то сравнить Адама с его новоявленным братом. Ведь он, по сути, всего лишь мальчишка, ребенок, ненавидящий собственного отца. И эта ненависть привела к тому, что ему пришлось принять в своей жизни много серьезных, но неправильных решений. Два брата. И два разных пути.

Две не похожие одна на другую жизни.

Сегодня утром ко мне заходил Касл. Всех раненых уже перевели в медицинский отсек, шумиха улеглась, и жизнь потекла своим чередом. Явившись ко мне, Касл сказал:

— Мисс Феррарс, вчера вы вели себя весьма храбро. Я бы хотел лично выразить вам свою признательность и поблагодарить за то, что вы совершили, — в частности, за вашу поддержку. Я даже и не знаю, что бы с нами случилось, если бы не вы.

Я улыбнулась, проглотила этот комплимент, полагая, что на этом его визит завершен, но он добавил:

— Дело в том, что я настолько потрясен вами, что хотел бы теперь предложить вам первое персональное задание в «Омеге пойнт».

Мое первое официальное задание!

— Вам это интересно?

Я ответила, что, да, конечно, это очень интересно, определенно интересно, и я с удовольствием наконец-то займусь чем-то полезным, помогу общему делу.

Тогда он улыбнулся и произнес:

— Я так счастлив слышать это, потому что даже не знаю, кто бы справился с данным заданием лучше вас.

Я просияла.

Будто само солнце вместе с луной и звездами обратились ко мне со словами: «Пожалуйста, перестань сиять так ярко, а то нас совсем не видно». Но я их не слушала, а продолжала сиять. Потом я попросила Касла подробно рассказать мне о моем новом задании. О том самом, которое, если верить ему, идеально подходило именно мне.

И он сказал:

— Я хочу, чтобы именно вы занялись допросом нашего нового гостя.

И тут сияние прекратилось.

Я молча уставилась на Касла.

— Разумеется, я лично буду контролировать данный процесс, — поспешил добавить он, — поэтому вы в любое время сможете прийти ко мне со своими вопросами и проблемами. Но мы должны непременно воспользоваться его пребыванием здесь, у нас, то есть заставить его говорить. — Он немного помолчал и продолжал: — Он… как-то странно привязан к вам, что ли, мисс Феррарс. И простите, конечно, но я полагаю, что этим мы тоже обязаны воспользоваться в своих интересах. Думаю, было бы глупо проигнорировать данную деталь, как, впрочем, и все остальные. Нам будет исключительно полезно узнать о планах его отца, о том, где в настоящее время могут находиться заложники. А времени у нас не слишком много, — добавил он. — Боюсь, что вынужден попросить вас заняться этим прямо сейчас.

И теперь мне пришлось упрашивать мир, чтобы он сжалился надо мной, потому что мне сразу захотелось нырнуть в огненную реку и утонуть в ней, но мир меня не слышал, поскольку Касл еще продолжал говорить. Он сказал:

— Может, вам удастся даже переубедить его, и он начнет с нами сотрудничать? Объясните ему, что мы совсем не заинтересованы в его гибели. Попробуйте уговорить его помочь нам вызволить заложников.

— А он сейчас, наверное, находится в камере для пленных? За решеткой? — тут же осведомилась я.

Тут Касл рассмеялся над моим наивным вопросом и пояснил:

— Что вы такое говорите, мисс Феррарс. У нас тут нет никаких камер. Никогда не мог даже подумать о том, что нам вот так придется кого-то держать в «Омеге пойнт». Впрочем, возможно, что вы недалеки от истины. Он находится в отдельной комнате, и она надежно заперта.

— И вы хотите, чтобы я тоже зашла в эту комнату? — спрашиваю я. — Одна? Там, где сейчас находится он?

Спокойно! Нужно сохранять полное спокойствие. Но меня сейчас можно было назвать как угодно, но только не спокойной и не хладнокровной.

Касл нахмурился.

— Разве у вас при этом могут возникнуть проблемы? — удивился он. — Я считал, что так как он не может дотронуться до вас, то вы не можете подвергаться угрозе с его стороны. В отличие от всех остальных он же знает о ваших способностях, верно? Думаю, он поступит правильно и постарается находиться на значительном расстоянии от вас, чтобы не пострадать самому.

Забавно! Я почувствовала, что в этот момент мне на голову опрокинули бочонок с ледяной водой и окатили ею с головы до ног. Впрочем, если подумать, ничего в этом забавного, конечно, не было, поскольку мне пришлось сказать:

— Ну да. Конечно. Разумеется. Я почти забыла об этом. Конечно, он до меня не дотронется.

«Конечно, мистер Касл, вы тысячу раз правы» — вот о чем я подумала в тот момент.

Мне показалось, что он сразу же успокоился, как будто нырнул в пруд с холодной водой, а она неожиданно оказалась очень даже теплой.

И вот я сижу здесь в той же позе, что и два часа назад, и только думаю о том,

сколько же еще времени

я смогу скрывать эту тайну.

Вот она, эта дверь.

Именно эта, она прямо передо мной. А за ней находится Уорнер. Окон тут нет, посмотреть внутрь заранее невозможно. Я стою и размышляю о том, что за ситуация для меня складывается… В общем, ее можно характеризовать словом, являющимся антонимом к слову «отличная».

И только так.

Я должна войти в эту комнату без оружия, поскольку мои пистолеты уже спрятаны на специальном складе. И поскольку мое прикосновение к человеку является смертельным, зачем мне вообще нужен пистолет? Никто в здравом уме не рискнет дотронуться до меня. Никто, кроме Уорнера, который когда-то, ополоумев, решил схватить меня, когда я пыталась сбежать от него через окно. Вот тут-то совершенно случайно и выяснилось, что он, как ни странно, может совершенно спокойно касаться меня без риска причинить себе вред.