Чтение онлайн

– Джи, - Алекс кладет свою руку на мою.
– Я не могу представить через какое дерьмо ты прошла, но послушай… Тебя сбил грузовик, ты потеряла сознание и в больнице у тебя было пару припадков.

– Один припадок.

Мне нечего возразить. Я на пляже каждый день и не помню, чтобы видела их там хоть раз. Правда, я и не присматривалась особо.

Логически, он прав. Я слышала все эти предсмертные истории, когда люди видят ангелов, туннели со светом в конце, шары энергии и даже Бога, но я не верю во все это. Я верю в то, что разум - великая вещь, и я верю в то, что люди видят, что хотят видеть.

Но почему я видела Бена Майклза?

– Джи, ты меня слышишь?

– Ммм?

В больнице я кое-что разузнала. После того, как сбил меня - если это все было - грузовик врезался в ограждение, а водитель - неизвестный, потому что права в его кошельке были фальшивыми - умер при столкновении.

Основываясь на анализе тормозного пути и характере столкновения, был сделан вывод, что водитель намного превышал допустимую скорость. Ничего странного в том, что я не заметила приближение грузовика.

Но я чувствовала себя самозванкой - я жива, а водитель - нет.

– Ты меня слышишь?

– Что? Прости!
– я выключаю воду и вытираю руки, внимательно слушая Алекса.

– Я сказал… - начинает он, а я машу рукой, чтобы продолжал скорей.
– Я выяснил, что за грузовик сбил тебя, но на него нет ни одной записи. Ни номера, ни имя владельца, не зарегистрированы - ни намека, кто он и откуда.

– А какое было поддельное имя?

– Разве это важно?

Я не знаю почему, но мне кажется, что важно.

– Не зацикливайся на мелочах, - говорит Алекс, и я киваю, потому что нет желания спорить.
– Все, что сумели раскопать - все безтолку, в базе по водителям ничего не числится.

– Вообще ничего?

– Я не знаю. Я слышал только половину разговора твоего отца с копами, они сказали, что права точно поддельные,- пожимает плечами Алекс.

– Но это невозможно. Даже если права и номера поддельные, то можно же определить, на кого зарегистрирована сама модель, где ее собирали, откуда привезли. Кто решит совершать преступление на старой Тойоте?

– В том-то и дело, - говорит Алекс, скрестив руки на груди и наклонившись над мойкой. Он сразу становится похожим на моего отца.
– Это была не Тойота.

– Ой, ладно тебе! Давай не будем опять ругаться по поводу машины. Мы же решили: подсчеты тебе, практическая сторона - мне.

Он улыбается, но ничего не говорит. Точно знает что-то, чего не знаю я, и дико хочет поделиться. Я киваю ему, чтобы продолжал.

– Корпус грузовика модели Тойоты 79 года, но мотор, документы на ТС и даже логотип совсем другие, Велосиадад 97 года!

– Как?!
– я поворачиваюсь.
– Я никогда не слышала такой автомобильной марки!

– Именно поэтому твой отец спрашивал, существовал ли грузовик вообще, - говорит Алекс.

Я не знаю, как реагировать.

Конечно, Алекс прав. Это важней того, правда ли, что Бен Майклз вернул меня к жизни, или это все мне привиделось. Дело с грузовиком расследует мой отец, это точно все по-настоящему, и я тоже могу заняться этим.

– Может кто-то в мастерской разобрал пару машин, распродал запчасти, а потом собрали новую по кускам?

– Может, но кому нужны такие трудности и зачем?

– Не говори это вслух!

– Твоя мать не прослушивает мой дом, насколько я знаю, - я закатываю глаза.

Алекс замолкает и смотрит в пустоту. Я чувствую себя некомфортно, заставив его задуматься над тем, что ему предстоит, когда он, наконец, признается свое маме, что не собирается поступать в Стэнфорд, не собирается следовать тому пути, что она ему расписала с младенчества.

– Как думаешь, в какой коробке дело на грузовик?
– спрашиваю я, потому что расследование может отвлечь его от тяжелых мыслей. Мой отец точно завел дело на грузовик, хотя ФБР запрещает сотрудникам заниматься делами, связанными с их родными и близкими. Но мой отец не оставит это дело просто так.

21:18:10:00

Когда мой телефон звонит в середине ночи, я близка к тому, чтобы послать всех далеко и надолго. Тойота или нет, какая разница, если хочется спать?

Если не учитывать тот момент, что водитель мертв, хотя на его месте должна была быть я.

Я перекатываюсь на кровати и плетусь в коридор. Мы живем в этом доме всю жизнь, и я знаю тут каждый сантиметр. Но тут я вижу полоску света из-под двери папиной комнаты и тихонько чертыхаюсь. Или папа и бедный Страз до сих пор работают или он заснул за столом.

Наверное, это судьба каждого сотрудника правоохранительных органов - долгие часы работы, бессонные ночи, пристальное внимание к деталям, полное погружение в работу. У каждого агента ФБР есть, по крайней мере, два дела, о которых он постоянно думает, которые преследует его всю жизнь. Одно, завершившееся хорошо, второе - плохо.

Для папы дело, завершившееся хорошо, сыграло огромную роль в карьере.

Это случилось 10 лет назад. Его первое дело со Стразом, который на тот момент был младшим аналитиком. Я была слишком маленькой тогда, чтобы запомнить все детали, но кое-что папа рассказывает до сих пор.

10 русских шпионов были раскрыты и арестованы в Темекуле. Среди них была популярная красавица-журналистка с канала Фокс. Она попалась в ловушку, расставленную специальным агентом ФБР, работавшим с ней под прикрытием. Именно она вывела ФБР к остальным шпионам, и к их главному в Будапеште. Агент под прикрытием? Мой отец!

Но есть и дело, завершившееся плохо, точнее оно еще до сих пор не раскрыто. Это случилось в первый год его работы, перед тем как он был переведен в контрразведку. Моя мама была тогда беременна мной, она как раз узнала, что у нее будет девочка.