Чтение онлайн

Поскольку это было так трудно, Тони изо всех сил старался не оставаться наедине с женой. Однако в ночь перед переездом Николь Клэр попросила Тони зайти в дом. Она сказала, что хочет ему кое-что показать. Возможно, ее взволновало прощальное замечание Николь. Какова бы ни была причина, Тони не хотел отказывать ей в просьбе. Ему нравилось видеть ее счастливой. Он причинил ей слишком много печали.

Когда они вошли в дом, Тони усомнился в недавно хваленых навыках Клэр в управлении. Прислуга исчезла. Она сказала, что отпустила их на ночь. Он понятия не имел, что она возвращалась в пустой дом. Дожидаясь, пока она вернется с верху с тем, что хотела ему показать, Тони бродил из комнаты в комнату. Хотя он планировал обсудить эту ситуацию с Роучем утром, он счел ее совершенно неприемлемой. Медленно, неосознанно, цвет вернулся. Если она будет руководить персоналом, ей нужно знать больше.

С каждым шагом вверх по лестнице Тони думал о своей позиции. Это было просто. Пока она не пойдет спать, кто-то должен быть с ней. Что, если ей что-то понадобится? Что, если что-то случится? Это было не обсуждаемо. Когда он повернул за угол, чтобы войти в главную спальню, Тони остановился. Его Клэр была там, на полу, роясь в коробках. Что там упаковано? Неужели она уезжает? Все, что ей было нужно, находилось здесь, когда она переезжала. Когда комната наполнилась темно-красным, Тони понял, что красный - это еще и цвет беспокойства. Зачем ей коробки?

Потом он вспомнил: ее вещи из «Эвервуда». Он сказал персоналу отправить все в поместье. Это должно быть то, что было. Она ведь не уедет - правда?

От разочарования из-за отсутствия персонала до беспокойства из-за коробок, эмоции, которые он пытался подавить в течение двух недель, поглотили все его существо. Наблюдая за женой, Тони понял, что ему следует развернуться и спуститься вниз. Шлюз открылся. Эмоции вспыхивали не особенно бурно. Разочарование и беспокойство были только первыми. Желание и потребность быстро приближались. У него больше не было сил сдерживаться. Хотя ему следовало бы остаться внизу, он не развернулся. Голод окрасил его зрение, когда желание его жены усилилось.

Не оборачиваясь в его сторону, Клэр сказала:

– Мне жаль, что это заняло так много времени. Я думала, что знаю, где они находятся.

Когда она встала и их глаза встретились, он без сомнения понял, что она почувствовала перемену. Он тоже увидел это в ее глазах. Искра, которую он погасил, теперь жгла его душу. Черт, она, наверное, слышала его сердце. Оно билось у него в груди, когда он пытался казаться равнодушным. Через несколько шагов она была перед ним, протягивая ему то, что нашла. Тони потянулся за записными книжками и спросил:

– Что это?

– Это мои заметки, - ответила она.

Сбитый с толку, Тони открыл верхний блокнот и спросил:

– Твои заметки? О чем?

Его слова замерли, когда он начал читать:

"Я полагаю, что мне следует начать в начала марта 2010 года. Нет, тогда я не родилась. Тогда я начала жить. Большинство людей думают, что я сошла с ума - возможно, так оно и есть. Видите ли, я начала жить в тот день, когда у меня отняли жизнь. Забавно, но я не помню, как это случилось. Теперь я точно знаю, что это никогда невозможно было остановить."

Энтони Роулингс хотел меня. Если я и усвоила один урок в своей жизни - а поверьте, я усвоила немало, - то Энтони Роулингс всегда получал то, что хотел.

Тони не знал, сможет ли он это сделать. Он читал эту чертову книгу. Почему она хотела, чтобы он увидел их? Он продолжал:

"Я не могу объяснить, как это случилось. Я не могу объяснить, как я глубоко и безумно влюбилась в человека, который сделал то, что сделал Энтони - но я влюбилась! Эти чувства были сброшены со счетов несколькими людьми: членами семьи, врачами и консультантами. Они сказали мне, что моей любови не было, она была не реальна. Они говорят, что я жертва жестокого обращения, и поэтому я не понимаю разницу между любовью и прикладным действия. Как это может быть правдой? Если я не знаю своих собственных чувств, как может знать кто-то другой?"

Это отличалось от ее показаний. Они отличались от книги Мередит. Это было реально и написано почерком Клэр. Те были сырыми и уязвимыми. Ее терапевты и врачи говорили ей то же самое, что и Джим, - что они ошибались вместе. И все же, несмотря на все это, она утверждала, что все еще любит его, никогда не переставала любить, даже когда думала, что он мертв, что она убила его. Он продолжал читать:

"Итак, я иду. Я прожила эту историю, и рассказала ее. Теперь я попытаюсь сделать и то и другое, потому что, не переживая этого, даже в уме, я не могу объяснить, что я не сумасшедшая ..."

"Я познакомилась с Энтони Роулингсом 15 марта 2010 года. В тот вечер я работала в 4 часа дня, чтобы закрыть смену в "Красном крыле" в Атланте. Он подошел к бару и сел. Помню, я подумала…"

Тони закрыл глаза. Он прожил это и прочел. Пока он был с Джимом, он переживал части: части, которые хотел забыть, и части, которые он будет помнить вечно. Перелистывая страницы всех четырех блокнотов, он заметил, что каждая страница каждой книги была заполнена строками. Подняв глаза, он увидел Клэр, прислонившуюся к стене и скрестившую руки на груди. Ее пустое выражение лица не выдавало ее мыслей, однако в ее глазах - ее проклятых изумрудно-зеленых глазах - он увидел огонь, который упустил. Тот самый, которых он слишком часто тушил, в последний раз своими разговорами о разводе.

Глядя на нее, Тони боролся с желанием прикоснуться к ней, утешить и извиниться за то, что когда-то думал, что они должны быть порознь. Он утратил контроль над собой: желания переполняли его. Он хотел ее больше, чем он хотел жизни. Как он вообще мог подумать, что сможет отпустить ее?

Когда он положил блокноты на комод, температура в комнате стала повышаться в геометрической прогрессии, но они продолжали смотреть друг на друга, сохраняя связь. Уступив своей потребности, он двинулся вперед. Мгновенно их разделили всего несколько дюймов. Затем Клэр отвела взгляд, разрывая их связь.

Он приподнял ее подбородок и поискал глазами огонь. Хотя она не сопротивлялась его хватке, она упрямо закрыла глаза. Было уже слишком поздно останавливаться. Тони знал, чего хочет.

– Открой глаза. Посмотри на меня, - приказал он.

Вместо того чтобы повиноваться, Клэр прижалась лбом к его груди и сказала:

– Я не могу.

Она, вероятно, слышала, как колотится его сердце, когда он требовал ее согласия.

– Посмотри на меня. Я хочу видеть твои чертовы глаза - сейчас же!