Чтение онлайн

— Пап… — тонкий голосок вывел отца из мыслей, и он повернул свой болезненный взгляд на такое же бледное и болезненное лицо девочки. — Я хочу кое-что сказать…

— Что же?

— Пожалуйста… Пап, не рискуй. Не нужно пытаться мстить. Просто делай то, что говорят. Ты… Ты геройством ничего не сделаешь, — в этот момент на глазах девушки снова появились слезы, а человек отвел взгляд, она же практически прошептала. — Но сделаешь меня сиротой.

— Хорошо… Я постараюсь держать себя в руках.

— Не старайся, а держи… — она довольно громко шмыгнула. — Ты мне нужен. Маме нужен. Без тебя… Я умру. Ты знаешь, что детский дом уже лет десять исчез как институт, а значит, я должна буду уйти на улицу и… Всякое может быть.

— Я не постараюсь, а буду держать себя в руках. Я не позволю тебе умереть, Кира. Если мы и умрем, то вместе.

— Спасибо, пап…

Снова воцарилась тишина.

Время тянулось медленно, но постепенно свет за окнами сменялся с солнечного на фонарный и витринный. Люди на улице до сих пор ходили, но теперь они изменились. Можно было видеть, как кто-то прямо на улице вгонял себе иглу в вену, а кто-то пил алкоголь прямо из горла, несмотря на холод. Прелести кризиса. Люди постепенно превращались в животных. Где-то там далеко уже слышались первые перестрелки бандитов с полицией или между собой. На улицах медленно, но верно начинали возникать отряды шок-пехоты, которые служили верным знаком того, как накалялась атмосфера в городе. Эти крепкие парни в броне, поглощающей разряды тока, носили при себе пока что лишь щиты и дубинки, но они никогда не были друзьями для народа, ибо они становились вестниками будущих разгонов демонстраций и всех прелестей демократизма Человеческой Федерации. Время тянулось долго… А человек стоял у окна, наблюдая за тем, как меняется город. Он осознавал то, что из-за его разорения — его рабочие могли начать становится наркоманами, алкоголиками или преступниками. Впрочем… Алкоголиками многие стали еще при функционировании завода. А вот шок-пехота следовала всем своим заповедям…

Двое этих мужчин в черной броне подошли к какому-то пареньку, который, кажется, что-то до этого выкрикивал. Они о чем-то говорили с ним, но… Разговор кончился типично. Паренек слег на землю, получил пару пинков, а затем залом рук за спину и наручники. Люди не помогали, так как знали, какие санкции могут последовать, если попытаться сопротивляться этим крупным мужчинам. Паренька подняли, повели по улице, а один из шок-пехов нажал на специальную кнопку на голографической панели его наручного персонального компьютера. НПК — это полезная штука, он встроен в любой костюм шок-пехоты. НПК — это универсальная вещь для связи, как с другими подразделениями, так и с администрацией города или, к примеру, с полицией, чей автомобиль на воздушной подушке вскоре был уже здесь. Граждане полицейские взяли парня под руки и посадили в машину, не забыв сменить одни наручники на другие, а наручники шок-пехоты вернули «гвардейцам».

— Гвардия блин… Они ведь гвардейское подразделение, а не лучше любого из копов или ментов, смотря на чей манер говорить… Боже мой, боже мой… Что ж ты с нами делаешь? С детьми твоими, коли ты есть? Старая школа мракобесия, а обратиться к ней порой хочется… За что ж нам такая жизнь? Для чего она? Реальна ли она? Не может же такого быть, чтобы защитники народа просто так паковали какого-то паренька. Хотя… Помню, как они участвовали в разгоне какой-то стачки. Как это вообще? Люди же свои права, выходит, отстаивали, а эти в черной броне просто брали и разбивали их. С убитыми даже. Боже мой… Что-то у нас правда не так.

— Пап?

— Да, милая? — спросил человек, не отходя от окна.

— Можно я останусь в твоей комнате на ночь?

— Оставайся. Мне все равно не до сна будет. Я посижу с тобой.

— Спасибо.

— Ты спишь уже?

— Вроде бы.

— Спокойной ночи, Кира.

— Спасибо, — снова тихо шмыгнув, проговорила девушка. — И… Можно я завтра в колледж не пойду?

— Да. Оставайся дома. Сейчас не стоит особо светиться, наверное. Не стоит, наверное… — прошептал последние слова человек, опершись на стекло окна.

Люди в черной броне куда-то пропали, да и прохожие постепенно начинали исчезать. Все будто исчезало в небытие. Вся жизнь растворялась в свете неоновых вывесок и в звуке редкого транспорта на воздушных подушках, а страх комком подкатывал к горлу мужчины. В голове метались уже иные образы… То, как его родная и, как минимум, когда-то любимая женщина оказывалась в руках самых разных извращенцев в борделе. В голове также возникали и страшные образы будущей работы. Вероятно, его превратят в киллера, а потом шлепнут в ближайшей подворотне, не заплатив ни копейки. Нет… Все это ему не нравилось, а ночь тем временем шла. Слышалось тихое посапывание дочери и, пожалуй, только это тихое посапывание позволяло ему найти покой в этой страшной одинокой ночи.

Сектор Корво, Система Немезида, Планета Итарис, Город Кирен-1,

Район № 2, Дом 103, этаж 9, квартира 135,

23.12.2579, 07:00

Человек, кажется, не спал всю ночь. Он пересматривал старые цифровые фотографии, надев беспроводные наушники, смотрел небольшие «кинофильмы» его собственной семьи. Он вспоминал и первые шаги своего ребенка, и свадьбу, и много чего еще, а теперь на планшетник пришло сообщение:

«Приветствуем Вас, господин Шпак. Вам назначена встреча с гендиректором Романо в 9:00 в кабинете 1003 по адресу Район-Центр-1, строение 22.

С уважением, администратор».

Мужчина в этот момент сморщился, а после дотронулся до мест вчерашних ударов.

— Романо, значит… Знать бы еще, откуда эта фамилия. Романо… Рим, наверное. Италия, значит. Как же давно мы не видели дома… И никогда не увидим, похоже. Земля осталась за вратами дальних перелетов, а значит недосягаема. Хех… Печально.

— Папа?

Человек не сразу смог понять, откуда доносится тоненький голосок, а после, немного покачав головой, повернулся назад. Видимо, недосып и вчерашняя ситуация довольно сильно повлияли даже на то, насколько человек мог ориентироваться в пространстве.

— Обещай мне, что не станешь с ними спорить. Я уже говорила, что меня ждет, если ты умрешь. И это совсем не то, чего бы я хотела, — девочка оставалась все такой же бледной, как и вчера, глаза поблескивали, но не от радости, а от слез, которые скапливались близ век.

Человек в ответ лишь покачал головой, а после поднялся и подошел к шкафчику, затем открыл его. Внутри стоял сейф старенькой, но надежной системы, ибо шифр порой было сложнее вскрыть, чем обмануть тот же сенсор, считывающий отпечатки рук. Старый добрый код и механический замок до сих пор оставались чем-то, что спасало и от подделки скана руки, и от перегрузки электромагнитного замка. Код был Днем Рождения дочери: 13.11.2563. Мгновение и замок щелкает. Сейф открывается и человек достает оттуда пистолет. Довольно старый SK-2503, крупнокалиберный пистолет, который по слухам был способен убить даже марлеонского металлика одним или двумя выстрелами.

— Зачем ты взял пистолет? — у девочки в этот момент расширились глаза, она встала с дивана, а после взялась за ствол оружия. — Нет, папа. Оставь его.

— Он для самообороны, Кира! — довольно громко сказал человек, вырвав ствол оружия из рук дочери, в глазах его в этот момент виднелась какая-то злоба. Девушка громко сглотнула, снова на ее глазах стали появляться слезы, а отец мрачно проговорил: — Можешь сколько угодно лить слезы, но я не уйду из дома невооруженным. Мне хватило вчерашнего унижения, и если они попытаются снова поставить меня на колени — их ждет это оружие. И ты у меня его не заберешь. Ложись и спи.