Чтение онлайн

— Не на нашего, на зарубежного: то ли американский, то ли французский.

— Ален Делон, что ли?

— Нет, не этот. Этого я знаю. А Бог с ним, потом вспомню. Правда, над бровью большой шрам, но он его нисколько не портит, даже к лицу. Делает его более мужественным. Я вот о чём, Аллочка, думаю. Как бы его с Любашей свести. Пока девочка на каникулах, может что-то и получится. Ей еще год учиться. Глядишь, всё и было бы хорошо: и дитя бы ко мне вернулось, и девочка была бы устроена.

— Староват он для Любы. Ему, наверное, за тридцать будет?

— Ну, разве, миленькая, это старый? Как раз. Любе двадцать третий пошёл.

Всего лишь лет десять разница. А потом мужчина и должен быть старше. Может, ты, Аллочка, что-то придумаешь, как их познакомить. Может по линии женсовета как-то устроить.

— Лиза, женсовет — это же не брачный клуб. Тут что-то поделикатней придумать надо.

Постой, постой, кажется, есть зацепка. И даже очень неплохая идея. Мой сегодня говорил, что его на обмывку звёздочки приглашали на это воскресенье. Замполиту этого полка Туровскому подполковника присвоили. Я в начале не соглашалась, а сейчас думаю надо пойти.

— А Любочку, куда тут прилепишь?

— А я своему мужу скажу, пусть намекнёт Туровскому, мол, надо и комдива с женой и дочкой пригласить. А наш красавец наверняка там будет.

— Ой, Аллочка, какая же ты умница. Не голова, а «Дом Советов».

Через час у комдивши зазвонил телефон.

— Алло, Лиза, это Алла. Всё нормально, сейчас Туровский будет комдиву звонить. Только, чтобы он не отказался.

— Гляди, откажется, там же водка и бабы. Скорее побежит без нас.

— А ты ему позвони и скажи, что, мол, Надя Туровская звонила и приглашала.

Куда он тогда денется.

— Ну, ты и умница, тебе точно в правительстве надо работать, всякие дела придумывать. Сейчас позвоню.

Елизавета Павловна тут же позвонила в кабинет комдива.

— Алло, Толь.

— Ну, чего ещё?

— Мне Надя Туровская звонила, её мужу подполковника присвоили. В воскресенье обмывать будут, нас с тобой приглашают.

— Он мне только что звонил.

— Что ты решил?

— Не знаю, как и быть. Уровень не тот, зам командира полка.

— Что ты заладил — «уровень не тот», — зашипела на него жена. Сам-то, какой был. Возьмём девочку, пусть Любочка развеется.

— А, ты вот про что?

— А чего, — опять зашипела комдивша, — другие вон как за дочек беспокоятся.

Тебе стакан водки трудно выпить, чтобы дитё было пристроено. Круг и непременно высший ему подавай. Забыл, какой замызганный с полигона приходил, штаны от мазута не могла отстирать. Если бы не я, лазил бы в этом танке до сих пор.

После душещипательных уговоров Елизаветы Павловны комдив согласился.

Такая обмывка звезды подполковнику Туровскому даже и не снилась. Он предполагал собрать небольшую компанию у себя на квартире. Думал пригласить заместителей командира полка и кое-кого из своих подчинённых политработников. Но когда прикинули с Надей, получилось человек пятнадцать, что для двухкомнатной «хрущевки» было многовато. Отметить в городе в кафе не позволял семейный бюджет. Надо было кого-то вычёркивать, но Надя была против. Тогда решили обмывать на природе.

Следуя букве воинского устава, получив воинское звание, военнослужащий обязан в новом обличии представиться своему начальнику. Туровский прибыл к начальнику политотдела дивизии. Для пущей важности пригласил и начальника на обмывку звезды. Знал, что откажется, но исключительно из вежливости и поддержания хороших отношений. Тот, и в правду, поздравил, поблагодарил за приглашение, как делается в этих случаях. Ссылаясь на большую занятость, отказался. А сегодня вдруг что-то изменилось. Позвонил сам и сказал, что будет с женой, и намекнул, что неплохо было бы пригласить комдива с женой и дочкой. На такие расходы Туровский не рассчитывал, но деваться было некуда. Он позвонил комдиву. Тот в начале тоже поблагодарил и вежливо отказался. Но через час сам позвонил и сказал, что приедет. Туровский схватился за голову, в недоумении, как достойно напоить такую солидную компанию. Кого-то надо было вычёркивать, но все уже были приглашены.

— Где взять денег? — думал он.

Его мысли прервал вошедший зампотылу полка, и все проблемы решились сами собой.

— Саша, — с порога заявил он, — дела чудные заворачиваются. Звонил зампотылу дивизии, сказал на выходные палатку в лесу развернуть. Тебе звезду обмывать. Военторг поможет официантками и кое-какими деликатесами. Я думаю, статьи надо пошерстить. Ты по своей сорок третьей на краску и бумагу пару сотен спиши, а я на дополнительное питание личного состава спишу сотни три продуктами.

— Бурцев не подпишет.

— Бурцев и знать не будет. Колесников подпишет. Я поеду к нему в госпиталь.

Скажу, комдив приказал, в дивизию комиссия приезжает. Это ж не первый раз. Он и слова не скажет. Ты в курсе, комдив и начпо с жёнами будут?

— Да, в курсе, я начпо так для проформы пригласил, а оно, видишь, как вышло.

Водки, наверное, хотят попить и на природе отдохнуть.

— А тебе что — плохо, всё организуем. Заодно и к шефу поближе.

Палатки были развёрнуты на том же живописном месте, где предварительно обмывали звезду Туровскому. Бурцев взял свой двух кассетный магнитофон и поехал к назначенному месту. Там уже собиралась компания. Возле палаток хлопотал зампотылу и Туровский. Под навесом два полковых повара в белоснежных колпаках и таких же куртках готовили закуски. Выйдя из машины, Бурцев подошёл к зампотылу.

— У тебя в столовой никогда не видел таких чистых поваров, — сказал Бурцев и засмеялся.

Зампотылу оскалил зубы, справа блеснула золотая фикса.

— Стараемся, Вася, чтоб не упасть лицом в грязь.

— Ну, ты и шатёр развернул, как у Чингисхана в Сарае, — Бурцев, показал на палатку, в которой стояли уже накрытые столы.

— Так народу-то, Петрович, много будет. Ты в курсе, начальник политотдела и комдив с жёнами будут?

— Нет, первый раз слышу.

— Саша для порядку пригласил, а они возьми, да и согласись, — зампотылу снова показал фиксу. Бурцев захохотал.

— Ну, Саша, влип, всю получку придётся вбухать.

— А, Вася, сколько той жизни, — зампотылу махнул рукой и пошёл к поварам.

Бурцев поставил в углу палатки магнитофон и включил его. «Держи меня, соломинка, держи». Из магнитофона раздавался голос Аллы Пугачёвой. Он разливался по всему лесу, отражался от деревьев и эхом возвращался назад.

— Ну и машина, — сказал Туровский. — Японский?

— Да, японский «Шарп».

— И когда у нас научатся такие делать?

— Когда перестанут автоматы «Калашникова» клепать и продавать по всему