Чтение онлайн

– Помочь? – спросил я.

– Угу, – она отошла в сторону, освобождая место.

Я взял нож и присоединился.

– Вот ты только подумай, – заговорила сестра, – я известная певица. Можно сказать, кумир миллионов.

– Чего?.. – ошарашенно спросил я.

– Кумир миллионов, ты не скалься. Вот увидят меня на Внешней Земле – и будут миллионы. И вот я стою тут и чищу эту грязную картошку своими руками.

– Давай наймём служанку?

– Видел, – Лика показала мне кулак. – Служанку ему! Хотя мысль интересная. Я вот слышала, скоро неандерталок обучат домашнему хозяйству и продавать будут. Давай тогда себе возьмём, а?

– Что ты вечно всякую хрень слушаешь, – фыркнул я. – Даже если неандертальцев с обколотым мозгом можно обучить картошку чистить, кто их тебе продаст? На шахтах вечный недобор, мрут, заразы, да и разводить не получается. А свободные ушли ещё дальше. Зимние облавы хрен знает в какую даль придётся уводить. А ты говоришь для домашних работ.

Тут я обратил внимание, что Лика слишком пристально смотрит на картофелину.

Я вытянул руку с ножом, обнял её.

– Значит, хрен знает куда? – спросила она.

– Лика, ну еще ведь ничего не известно. До зимы ещё полтора месяца. Может, вообще Администрация речных троллей у Факторий купит. Решит, что овчинка выделки не стоит.

– Ясно, – тихо сказала она. – А правда говорят, будто вы нарвались на диверсантов. И их шестьдесят человек.

– Лика, ну мало ли что болтают люди. Какие шесть десятков диверсантов? Шайка разбойников, каких-то недобитков шастала. Наскочила на трапперов, а тут мы подоспели.

– Пойду, умоюсь, – сказала сестра, глядя в сторону. – В глаз что-то попало.

И вывернулась из моих рук.

Когда завтрак уже готовился на плите, Лика спросила:

– Какие планы на сегодня?

– В Спортзал зайду, потом за трофеями. Отнесу их к дяде Коле – на продажу.

– Ты только ему позвони сначала. А то опять свалишься как снег на голову.

– Он сейчас занят, – сказал я, взглянув на часы. – Но позвонить действительно надо. По одному делу.

А ты куда сегодня? – поинтересовался я после звонка.

– Не знаю. Вот сижу, жду, когда позвонят насчёт репетиции.

После завтрака я накинул старый синий плащик и не спеша побрёл в Спортзал. Захватил сумку со спортивной формой – своим древним кимоно. Ношу его с пятнадцати лет. С тех пор я не вырос. Как был метр девяносто два – так и остался.

Большое квадратное здание Спортзала находится между гарнизоном Города и Восточным рынком. Находится, можно сказать, в самом безопасном месте. Это правильно. Спортзал – это не просто клуб по интересам для разведчиков, это тренировочная база всего разведбатальона Зелёного Города. Точнее сказать, разведбатальон был сформирован на базе Спортзала. Создавали Разведку [10] Зелёного Города, а вместе с ней всю систему выживания в Мире Колоний семь человек. Лучшие бойцы спецподразделений, мастера боевых искусств, маги. Среди них был мой отец.

Двое из создателей Разведки погибли, один умер своей смертью, один ушёл в политику, один отправился странствовать, один стал торговать, один до сих пор тренирует, несмотря на отсутствие ноги и трёх пальцев на левой руке. Но сейчас в Спортзале его нет, он командует войсками, которые уходят к Проходу встречать товар с Внешней Земли. Вообще, сейчас в Городе довольно пустынно, наверное, и в Спортзале мало народа.

И вот по пути на тренировочную базу я нарвался на выступления, о которых вчера говорил мне Антон. Толпа собралась действительно немаленькая – человек четыреста-пятьсот. В самой гуще народа несколько человек держали красный транспарант, на котором большими белыми буквами было написано: «Верните нас домой!»

Все люди, кстати, были неплохо одеты – по меркам жителей Зелёного Города. Оно и понятно, пришлые, попав в наш Мир, продают всякие безделушки с Внешней Земли, провалившиеся вместе с ними. Так что деньги, чтобы прожить первые пару месяцев, у пришлых есть, а вот дальше…

Не все способны вкалывать по восемь – десять, а то и по двенадцать часов на заводе без перерыва. Не каждый может сначала пахать весь день землю, а потом дежурить полночи на частоколе с ружьём или простым арбалетом. Причём люди этого не умеют не из-за лени, а просто потому, что физически не в состоянии, да и научиться этому не могут, а обучение в нашем Мире стоит ой как дорого.

Только вряд ли во всём Зелёном Городе наберётся пятьсот человек пришлых, ну от силы триста. Наверняка к ним присоединился всякий сброд, как и говорил Антон, обыкновенные бездельники и шушера, которых гонять и стрелять надо.

Я спокойно шёл мимо и поглядывал на толпу. Народ кучковался в переулке, ведущем на Восточный рынок, редкие прохожие обходили демонстрантов стороной. Перед толпой взад-вперёд курсировали милицейские, человек десять, а за ними я заметил трех разведчиков, державших автоматы стволами вниз. Судя по их лицам, они давно были не прочь разогнать все это столпотворение, желательно – парой-тройкой автоматных очередей. Один из троих обернулся ко мне и махнул приветственно рукой, я помахал в ответ, хотя разведчик был мне не знаком.

Толпа гудела, транспарант колыхался на ветру. Я так засмотрелся на это зрелище, что даже не заметил, как ко мне подбежала молоденькая темноволосая девчушка. А еще разведчик называется!

Девушка держала в руках микрофон в серебряной оплётке, соединённый с ленточным магнитофоном, у неё за спиной маячил толстый мужик с пузатенькой видеокамерой. Неужели те самые журналисты, которые Лику снимали?

– Скажите, как вы относитесь к дискриминации ряда граждан Зелёного Города, – быстро проговорила девчушка, ткнув микрофон мне в лицо.

Нет, насчёт «девчушки» я погорячился. Бабе уже за тридцать, это у неё просто стиль такой, молодёжный.

– Не считаете ли вы, – не дождавшись ответа, затараторила журналистка, – что Зелёный Город проводит политику сегрегации, смахивающую на фашизм?

Тут она скосила глаза, увидела «Силуэт-М» у меня на руке и поняла, что ошиблась с тем, кому задавала вопросы.

– Прочь с дороги, – злым шёпотом сказал я и пристально посмотрел журналистке прямо в ее накрашенные глазки.

– Митя, пошли отсюда, – пискнула она и скрылась из моего поля зрения.