Чтение онлайн

– Круто! – выдохнул я, обозрев все это богатство. – А зачем вам такое стрельбище?

– Помещение это зело необходимое в нашей работе, – отозвался Михалыч. – Где, по-твоему, я должен товар испытывать? На военное стрельбище не набегаешься, да и не больно туда пускают. Вот и пришлось раскошелиться. Потому и ютимся, итить, с мастерской и торговым залом в двух каморках.

Больше я ничего выпытывать не стал и занялся делом.

Система Риггос-2, планета Ахерон, Чернореченск

2 марта 2535 года, ближе к вечеру

С пристрелкой справился быстро – и полчаса не прошло, как автомат удобно устроился у меня на плече, а несколько ассигнаций на общую сумму девятьсот пятьдесят рублей грели нагрудный карман кителя. Покинув Михалычеву берлогу, мы с Сашкой оседлали верный «бобик» и направились в сторону дома, порядочно попетляв по узким улочкам полупромышленной зоны. Впрочем, из лабиринта складов и мастерских мы выбрались через каких-то несколько минут и тут же попали в хитросплетение многоквартирных жилых домов. Сашка уверенно вел машину, то и дело сворачивал во дворы и переулки, так что я окончательно утратил чувство направления, положившись на инстинкты напарника.

В конце концов мы миновали спальные районы и выехали в частный сектор – обширный участок земли почти у самого Периметра, застроенный аккуратными коттеджами. Что характерно – с обратной стороны стены, пришлось даже через очередной КПП проехать. Видно было, что дома типовые: два этажа либо мансарда, соток пять земли, невысокие изгороди из пеноблоков веселой расцветки. Сашкин дом приткнулся в самом конце улицы, отделенный от защитной полосы «спиралей Бруно» лишь красным забором в человеческий рост и полосой обводной дороги. Зато участок при нем был несколько больше, чем у соседей, – почти десять соток, и имелись различные надворные постройки, в одной из которых я опознал баню. Все это выяснилось, когда напарник лихо припарковал «бобик» у ворот и мы зашли во двор, отягощенные рюкзаками и оружием.

– Добро пожаловать в Академгородок! – буркнул Сашка, закончив возиться с запором на створке. – Постой тут, сейчас я машину загоню.

– Ага, – не стал спорить я. – Собаки у вас случайно нет?

– Случайно есть. Но ты со мной, так что не бойся. – Сашка всмотрелся куда-то в сторону сараев. – Ромка! Подь сюды, знакомиться будете!

Из-за ближайшей стены неторопливо вышел огромный кобель немецкой овчарки, стандартного для этой породы двухцветного окраса. Важно прошествовал к нам и остановился, внимательно глядя мне в глаза.

– Ромуальд! – торжественно произнес мой напарник. – Смотри и запоминай – это Александр, он у нас поживет некоторое время.

Пес понюхал мою руку, кивнул и оскалился в понимающей улыбке, дескать, будь спок, хозяин, не порвем по ошибке. Потом улегся посреди бетонированной дорожки, вывалив розовый язык.

Тем временем Сашка справился с воротами и загнал тарахтящий «бобик» во двор. Аккуратно прикрыл створки, защелкнул замок и, подхватив рюкзак, направился к крыльцу. Я шагнул следом.

– А чего это вы за Периметром поселились? – поинтересовался я. – Не боитесь неприятностей?

– Какие, на фиг, неприятности, – отмахнулся Сашка. – Лет пятьдесят уже никто к Чернореченску не суется. А на Периметр ты не смотри, это пережиток первых лет изоляции. Тогда еще стычки с аборигенами случались, да и с бандами колонистов тоже. Сейчас он не актуален, гарнизонные службу больше по привычке несут.

– А почему тогда Злобин в авторитете, если гарнизон ничего не решает? – удивился я.

– Потому что Гарнизон – это название всей чернореченской армии, – пояснил Сашка. – Злобин, как бы тебе объяснить, не Верховный главнокомандующий, скорее, министр обороны.

– Понятно. А что, с этой стороны вообще укреплений нет?

– Вон Периметр, – махнул Сашка за спину. – Какие тебе еще укрепления нужны?

– Хлипкий он что-то, после южной-то стороны.

– Ну да. Южная сторона самая мощная, оттуда в основном нападения были. А с севера и востока нас болота прикрывают, не бог весть какие, но все же. Плюс заграждения из колючки и минные поля. Патрули постоянно ездят. На западе в пяти километрах от города Форт находится, учебная база Гарнизона. Там постоянно две-три тысячи личного состава с тяжелым вооружением и техникой квартируют.

Сам видишь, – продолжил напарник, отперев дверь, – население растет, места внутри Периметра мало, вот и селимся последние лет двадцать в пригородах. Академгородок – один из них. Тут в основном ученая братия и инженерно-технические работники с семьями живут. Еще есть Торговый район, там барыги и купцы всяческие склады оптовые держат. Потом Ярмарка – там базар и гостиницы для хуторян. И гетто, в нем аборигены из оседлых живут.

– Они-то вам зачем? – хмыкнул я. – Острых ощущений не хватает?

– Ты будешь смеяться, но от них неприятностей меньше, чем от своих, – отозвался Сашка. – Те же хуторяне многие во хмелю буйны, постоянно драки устраивают. А аборигены живут тихо, свои проблемы сами улаживают, в других районах тише воды ниже травы. Они в основном у купцов работают, грузчики-разносчики-курьеры. Ну и в самом Чернореченске в коммунальных службах их охотно привечают. В любом случае, работа здесь гораздо легче, чем в аборигенских княжествах, а уровень жизни много выше. И всех подряд не берем, безопасники хитромудрых быстро вычисляют и пинком под зад, чтобы воду не мутили.

Дом оказался весьма симпатичным. Был он чистый и ухоженный, довольно просторный. Чувствовалось, что маленьких детей тут нет, а взрослые к порядку приучены. Бросив рюкзаки в прихожей, мы отправились на экскурсию. На первом этаже располагались кухня, зал, родительская спальня и две детских, в которых обитали повзрослевшие Сашка и его сестра. Здесь же уютная ванная комната, оснащенная душевой кабинкой и раковиной. Санузел раздельный, через стену. В мансарде, заменявшей второй этаж, имелось еще две комнатушки, с большими окнами в торцевых стенах. Одну из них мне и предложили выбрать.