Развлечение
Шрифт:
Он покачал головой.
— Пирог — это просто замечательно. Я могу подождать.
Оставшись без занятия, позволявшего ей хоть как— то скрывать свое состояние, Рейчел, не зная, что делать дальше, остановилась в нерешительности. Гейбриел взял инициативу в свои руки:
— Не налить ли тебе кофе? А может, пока готовится еда, перейдем в гостиную и выпьем что-нибудь покрепче?
Она предпочла бы найти какое-нибудь дело в кухне, но пирог благополучно подрумянивался в духовке, овощи были нарезаны, и больше делать было нечего.
— Нет, просто кофе.
Гейбриел протянул ей чашку, машинально добавив сливок, и вылил остатки своего кофе в раковину.
— А вот мне точно надо выпить чего-нибудь покрепче, — сказал он с кривой усмешкой. — В самолете я пил кофе литрами, и с меня хватит.
Немного алкоголя поможет мне расслабиться.
Возможно, это была просто игра воображения, но ей почудилось, как его рука задержалась на горлышке бутылки шампанского, прежде чем остановиться на менее возбуждающем бургундском. Но этот новый, незнакомый ей Гейбриел, недавно помолвленный и находящийся на пороге обручения с прекрасной девушкой, вряд ли сохранил воспоминания о пузырящемся вине.
— Подготовка к свадьбе, наверное, в полном разгаре? — пересилив себя, спросила Рейчел.
— Бели судить по тому, что у Кэсси голова забита только этим, то можно сказать и так. Все время перелета она занималась составлением каких— то бесконечных списков.
– 'Если ее мать настолько консервативна, то церемония бракосочетания наверняка будет весьма пышной и с соблюдением всех формальностей.
Гейбриел кивнул.
— Полдюжины подружек невесты, мальчики, несущие шлейф, цилиндры и фраки.
В его голосе явно не хватало энтузиазма. Правда, мужчины редко проявляют интерес к подобным деталям, подумала Рейчел. Но, представив себе его импозантную фигуру во фраке, она затаила дыхание.
— Цветы, приглашения, сервировка стола…
Всему этому конца нет.
— Знаешь, если я могу чем-нибудь помочь…
Господи, и зачем только она это сказала? Кофе, которого Рейчел на самом деле не хотела, совсем потеряло вкус. Она и так не знала, как переживет свадьбу Гейбриела, и, уж конечно, меньше всего хотела принимать участие в приготовлениях к ней, поэтому с замиранием сердца смотрела, как он медленно и задумчиво кивнул.
— Собственно говоря, у меня есть к тебе одна просьба. Если не считать матери, вы с Лидией — мой единственные родственники, поэтому мне бы хотелось, чтобы вы занимали на церемонии подобающее вам место… И я хочу, чтобы ты сделала для меня одну вещь.
Странная нотка в его голосе заставила Рейчел поднять голову. «Сделала для меня», — сказал Гейбриел, возродив в ней слабую и глупую надежду. А вдруг он попросит о чем— то, что поможет ей показать ему свою любовь.»
— Помнишь, когда ты прилетала в Нью-Йорк, я сказал, что у меня для тебя две новости? Одна из них касалась твоей работы, и мне так и не удалось объяснить в чем дело: нас перебила Кэсси, а потом все не находилось времени.
— Ты упоминал о каком— то заказе. О важном заказе.
Он кивнул. И Рейчел села прямее, в глазах ее зажглась искра интереса.
— Для важного клиента?
— Можно сказать и так. Заказ делаю я. Нужно, чтобы ты изготовила для меня нечто особенное.
Глаза Рейчел мгновенно потухли. В его словах чувствовался какой— то подтекст, придающий его просьбе более глубокое и тревожное значение. Она похолодела, внезапно поняв, чье имя собирается назвать Гейбриел.
— Я хочу, чтобы ты сделала что-нибудь для Кэсси. Нечто особенное, что я мог бы преподнести ей в качестве свадебного подарка.
— Никогда! — Это слово само сорвалось с ее губ. Боль оказалась так сильна, что сдержаться было невозможно. — Ни в коем случае!
— Но у тебя же настоящий талант, ты можешь сделать что— то действительно необычное. Может быть, нечто вроде диадемы, которая придержи вала бы фату…
— Я же сказала, ни в коем случае!
Создать ювелирное украшение для его невесты? Которое в день свадьбы сделает Кэсси еще красивее? Гейбриел не понимает, о чем просит! Ведь единственным желанием Рейчел было оказаться на ее месте, рядом с ним?
— Ты хочешь слишком многого.
Он нахмурился, явно сбитый с толку.
— Но почему? Мне казалось, что это будет замечательной рекламой твоего таланта. Каждый присутствующий на свадьбе увидит, какими прекрасными могут быть твои работы. Фотографии появятся на страницах светской хроники всех газет. Лучшей возможности для привлечения заказчиков и быть не может. Кроме того, я думал, что, будучи в некотором смысле моей родственницей, ты захочешь…
— Я захочу? — резко повторила она. — Захочу принимать участие в твоей свадьбе? Разделить ваше с Кэсси счастье? Неужели ты не понимаешь, что для меня не может быть ничего ненавистнее, после того как ты?..
— О Боже! — прервал ее Гейбриел как раз вовремя, пока она не успела выставить себя полной дурой, признавшись в том, какую боль он ей причинил. — Рейчел, не надо! Скажи, что это не так! Меньше всего на свете я хотел испортить твою жизнь…
На вид он был совершенно искренен. На слух тоже. Ему даже удалось выразить определенную степень озабоченности.
— Если я причинил тебе боль…
— Причинил мне боль? — Пытаясь замести следы, она выдавила из себя циничный смешок, прозвучавший, впрочем, весьма убедительно. — О нет, я имела в виду совсем другое.
Если Рейчел хотела сбить его с толку, то это ей вполне удалось. Озабочено нахмурившись, Гейбриел запустил пальцы в свою густую шевелюру.
— Тогда что именно ты имеешь в виду?
Внезапно вскочив на ноги, он налил себе еще вина, но рука дрогнула, и несколько капель попало на стол. Сердце Рейчел затрепетало, однако она не могла позволить себе выказать свою слабость.
— Что касается дня моего девятнадцатилетия, то ты был прав, говоря об обоюдной вспышке желания, быстро разгоревшегося и так же быстро погасшего. Но это — а главное то, что произошло потом, — научило меня одному. Я поняла, как мало значат подобные вещи для всех, наверное, мужчин, но в особенности для тебя.