Чтение онлайн

Лао Ли чуть не поперхнулся и побагровел от злости.

–  У Чжан Дагэ всего три дома, это вся его жизнь.

–  Ладно, я не злодей, у меня тоже есть сердце, пусть отдаст два.
– Сяо Чжао тяжело вздохнул.

–  А что ты скажешь, если я дам тебе немного денег и в виде любезности попрошу согласиться на один дом?

–  Смотря сколько дашь!

–  Двести. Больше нет, хоть на колени меня ставь.

–  Двести пятьдесят, идет?

–  Ладно. Чжан Дагэ отдает дом, а я двести пятьдесят юаней. Ты освобождаешь Тяньчжэня и оставляешь в покое Сючжэнь. Договорились?

–  Ради друга я готов и на такую жертву!

–  Ладно, бери ручку и ниши.

–  Что там писать. Дело выеденного яйца не стоит. Разве моего слова не достаточно?

–  Не достаточно! Пиши и ставь подпись!

–  Пусть будет по-твоему. Беда с этими образованными! А что писать?

–  Пиши, что ты сегодня взял у меня двести пятьдесят юаней. Когда Тяньчжэнь живым и невредимым выйдет на свободу, его отец отдает тебе дом. И еще - что ты оставишь в покое его дочь. В общем, в таком духе!

Сяо Чжао рассмеялся и вынул ручку:

–  Не думал я, Лао Ли, что ты такой жестокий, хотя знал, что с тобой шутки плохи. Да, вредный ты человек. Подписывать такой пустяк! А может, еще приложить палец вместо печати?

Сяо Чжао написал два одинаковых документа.

Лао Ли едва вывел свою подпись, так у него дрожали руки. Ему хотелось уничтожить Сяо Чжао, но ради друга он готов был иметь дело даже с таким негодяем. Что и говорить, Сяо Чжао - человек более чем современный, а Лао Ли в конечном счете такой же, как Чжан Дагэ! Лао Ли бросил на стол чек.

Сяо Чжао взял его, осмотрел со всех сторон и, осклабившись, положил в бумажник:

–  Держишь деньги в банке? Капиталист! Знай я раньше, поторговался бы с тобой. И много накопил?

Лао Ли пропустил его вопрос мимо ушей.

С распиской он отправился к Чжан Дагэ. Тот был очень растроган, и Лао Ли стало еще тяжелее. Он думал, что нашел наконец в этой серой жизни для себя утешение, стал героем трагедии. А вместо этого уподобился Чжан Дагэ; к великому удовольствию Сяо Чжао, позволил ему поглумиться над собой да еще сорвать куш.

«За что Сяо Чжао так ненавидит меня?
– Это была единственная мысль, оставшаяся в душе Лао Ли.
– Наверно, за то, что я еще не окончательно превратился в Чжан Дагэ. Должно быть, так. Как все это скучно!…»

Лао Ли возвращался от Чжан Дагэ с поникшей головой. Жене он ни слова не сказал о том, что отдал Сяо Чжао двести пятьдесят юаней. Даже жене приходится лгать!

Зарозовели абрикосы, а Тяньчжэнь все еще не был на свободе. Праздник лета [50] принес веселье и радость. Все двери были украшены ветвями священной ивы, артемизиями, талисманами и изображениями судьи Бао [51] . Только в доме Чжан Дагэ не слышно было смеха, сердца супругов, как стенные часы, отбивали одно лишь слово: Тяньчжэнь! Тяньчжэнь! Птички Дина Второго растеряли свои последние перья и стали еще более жалкими. Гранатовое дерево во дворе - ему не хватало влаги - пожелтело и терпеливо ждало дождя.

Когда Лао Ли встречался с Сяо Чжао, тот всякий раз заявлял:

–  Я всех делал, но не могут же его сразу выпустить! Не так это просто. Думаешь, я меньше тебя заинтересован? Думаешь, не хочу получить дом? Я только этого и жду: будет дом - будет свадьба!

У Лао Ли пропала всякая охота справлять праздник лета; госпожа Ли забеспокоилась: что это с ним? И снова стала следить за госпожой Ma-младшей, даже Лин и Ина подучила шпионить.

После праздника явилась Туша с таким запасом слез, что ими можно было оросить весь двор.

–  Конец, конец мне пришел, развожусь! Теперь некуда податься, только к вам! Мы, сестра, обе несчастные, но с Лао Ли я посчитаюсь! Это он испортил мне жизнь, и я не оставлю его в покое.

–  А что он сделал?
– Госпожа Ли побледнела.

–  Что сделал, спрашиваешь? Я все узнала, это он спихнул моего мужа. Если бы не он, мой муж не лишился бы места. Я узнала! У меня есть доказательства! Но это не все, он получает два жалованья. Нашел какого-то Вана, который от силы два раза в месяц бывает на работе, чтобы получить свои пятнадцать юаней, остальные идут в карман Лао Ли. Не веришь? Только недавно он дал двести пятьдесят юаней Сяо Чжао, откуда он их взял? Ты знаешь?

–  Не знаю.
– Госпожа Ли глотнула воздух.

–  Оно и не удивительно, глупая моя сестра! Откуда тебе знать! Позавчера он через Сяо Чжао передал моему мужу пятьдесят юаней. Я выгнала бы Сяо Чжао, если бы не знала, что его прислал Лао Ли. Сяо Чжао мне все рассказал: как Лао Ли хотел купить дом у Чжан Дагэ, как подзуживал мужа развестись со мной, чтобы потом запугать тебя и взять себе наложницу. Ничего не подозревая, муж принял эти пятьдесят юаней, а меня выгнал вон! Он взял себе молодую, я не стала связываться, а теперь я ему не нужна! И все это Лао Ли, все Лао Ли. Я ему этого не прощу! Пойду в управление, пусть знают, какой он. Подумаешь, чиновник! Да будь он хоть сам император, я из него всю душу вытряхну!

Госпожа Ли едва не утонула в море слез.

–  Сестра, погоди скандалить, подумай об этих крошках. Если его выгонят, что мы будем есть? Пожалей меня, я все разузнаю и рассчитаюсь за тебя.
– Наговорив еще много жалостливых слов, госпожа Ли в конце концов убедила Тушу.

После ее ухода госпожа Ли чувствовала себя, как муравей на сковородке. Она долго размышляла, а потом оставила детей на попечение госпожи Ma-младшей и отправилась к госпоже Цю за советом.

Желая продемонстрировать свой сильный характер, госпожа Цю не дала гостье рта раскрыть и без конца тараторила о своих собственных делах:

–  Муж решил избавиться от меня, я это вижу! Придет домой - все ему не так, даже не улыбнется. Только и говорит о сыне, которого он обнял бы, и еще о том, что ему опротивела служба и что жизнь не имеет смысла. Притворяется! Говорит одно, а на уме другое. Я понимаю, что надоела ему. Рано или поздно мы разойдемся, но с моим образованием мне не страшно!

Воспользовавшись паузой, госпожа Ли открыла рот:

–  Лао Ли тоже меня обманывает.

–  А кто из них не обманывает?
– подхватила госпожа Цю.
– Но у вас дети, а мне гораздо труднее, хоть я и могу сама заработать. У меня нет ребенка, и потому моя жизнь лишена смысла. Каждый человек боится одиночества, верно? Вот я и не иду на скандал. Тяжело! Если же все терпеть, он приведет в дом наложницу, как господин У. А каково мне, с моим образованием, слушать разговоры о том, что я не сумела удержать мужа. Ведь это невыносимо. Развод, вот чего он добивается.