Чтение онлайн

— Пусть снимает, — ответил Крокодил и продолжил речь по громкой трансляции. — Повторяю специально для милиции. Не пытайтесь нас задержать. У меня в руке все время будет граната с выдернутой чекой. Молитесь, чтобы я ее не уронил.

Несколько минут после этого стояла мертвая тишина. Потом негромко щелкнул внутренний замок гаража, и спустя мгновение синяя «теиста» ударом капота распахнула ворота.

Коваль, спрятавшийся в неосвещенной зоне за кустами, проводил машину взглядом, даже не пытаясь ничего предпринять. Конечно, похитители могли блефовать — но ни один специалист не станет в такой ситуации рисковать жизнью заложницы ради того, чтобы взять бандитов.

Лишь когда «тойота» скрылась за домами, Олег осторожными перебежками стал приближаться к коттеджу. Вряд ли там остался кто-нибудь из бандитов — но опять-таки, лучше не рисковать.

Коваль вбежал в дом первым. Следом за ним устремился гаишник, а дальше поперла вся орава фанов.

Милиционер первьм делом кинулся к телефону — доложить о происшедшем по команде. Коваль, выглянув в окно, увидел, как некоторые рокеры седлают мотоциклы, чтобы ехать в погоню, и тут же потянулся к микрофону громкой трансляции, который так и не был. отключен.

— Говорит «Львиное сердце», — сказал Олег, и голос его перекрыл рев мотоциклов. — Предупреждение всем. Погоней не увлекаться, к машине бандитов не приближаться больше чем на сто метров. Если взорвется граната, от Яны не останется ничего, а от вас — рожки да ножки.

Тем временем группа фанов ввалилась в подвальное помещение и узрела там голого Шурика в состоянии сильнейшей тревоги.

— Яна жива?! — крикнул он, бросаясь к вошедшим.

А в поселок в эту минуту вкатывалась лавина милицейских машин.

Фанам, которые ехали в «Победе», не повезло больше всех. Только они прошли развилку, где разделялись дорога в город и дорога в аэропорт, как из поселка вынеслась «тойота». Кто-то из пацанов сразу понял, что это смываются похитители, и выхватил свой самопал. Казанова тут же срубил его очередью — Вроде бы не насмерть, но достаточно, чтобы сделать парня безопасным. Остальные тут же попадали на землю, опасаясь новой очереди.

Казанова резко ударил по тормозам и выскочил из машины, угрожающе поводя автоматом. Ближе всех к нему оказалась Оксана Светлова, которая, почувствовав приближение бандита, вознамерилась вскочить и побежать — но тут же несколько пуль вонзились в асфальт возле ее ног.

Приблизившись к девочке вплотную, Казанова коротко ударил ее в солнечное сплетение, грубо протащил несколько метров и втолкнул в машину на левое переднее сиденье — руль у этой машины был справа.

Усевшись за руль и нажав на газ, Казанова пояснил Крокодилу:

— Моя страховка.

— Раздень ее, — безразличным тоном сказал Крокодил.

— Зачем? — удивился Казанова. С одной стороны к ним приближались рокеры и трубинская «Таврия», с другой уже слышался вой милицейских машин. Вроде бы, не время думать об одежде или ее отсутствии.

— Ты дурак и ничего не понимаешь в психологии, — объявил Крокодил. — По голой женщине труднее стрелять. Не тебе, а им. Дополнительный барьер. Типа: ее трахать надо, а не пулями калечить. И кровь на голой коже заметнее.

— Профессионалам все равно, по голой стрелять или по одетой.

— А я профессионалов не боюсь. Я безымянных героев боюсь. Так что раздень от греха.

Оксана сидела рядом с Казановой в каком-то оцепенении, и губы ее беззвучно шевелились.

— Все слышала? — спросил Казанова и ткнул ее стволом автомата в плечо.

Оксана вздрогнула и уставилась на него непонимающими глазами.

— Раздевайся, — приказал Казанова. А когда она никак не отреагировала, добавил, передернув затвор: — Первый выстрел в коленную чашечку.

Медленно, словно в трансе, девочка стала расстегивать рубашку. Бюстгальтера на ней не было, а ее формам любая девочка такого возраста могла бы позавидовать. Сняв рубашку, Оксана положила ее на колени и прикрыла груди руками.

— Продолжай, не стесняйся. Здесь все свои, — сказал Казанова, касаясь автоматом голой кожи. При этом он подумал, что не чувствует разницы, раздета жертва или одета. Стрелять в нее и так, и так не хотелось бы. Но Казанова не сомневался, что если понадобится, то он спустит курок без колебаний. Наверное, привык за последние дни.

Оксана сняла джинсы, а потом без напоминаний стянула последний предмет туалета. Казанова забрал у нее все, включая босоножки, и передал на заднее сиденье. Крокодил забросил шмотки еще дальше назад. При этом он так взмахнул рукой с зажатой в ней гранатой, что до полусмерти напугал Яну.

Раздетая Оксана сжалась на переднем сиденье, а Крокодил назидательным тоном сообщил:

— И еще одна польза обнажения. Человек, которого внезапно раздели, теряет на некоторое время всякую волю к сопротивлению. В особенности это касается женщин. И этим никогда нельзя пренебрегать.

Они мчались по пустынной дороге, ведущей в сторону аэропорта. Преследователи держались на солидном удалении и пока не выказывали агрессивных Намерений. Но впереди была неизвестность.

Казанова слишком хорошо знал Крокодила и понимал, что он сейчас страшно психует и мандражирует — но при этом сдерживается изо всех сил, помогая себе рассуждениями и распоряжениями, в которых, в общем-то, нет никакого смысла. Потому что, если профессионалы или геройствующие дилетанта захотят открыть стрельбу — они ее откроют. И тогда уже не поможет никакая психология.

— Машина с преступниками и заложниками движется по направлению к городскому аэропорту. Условия освобождения пока не объявлены. Повторяю еще раз для всех: не пытаться задержать машину, огня ни в коем случае не открывать. Существует опасность взрыва гранаты и канистр с бензином. Под личную ответственность всех руководителей подразделений приказываю — самостоятельно никаких действий не предпринимать, беспрепятственно пропустить «тойоту» по трассе, выполнять все условия преступников до тех пор, пока не будет выработан общий план освобождения заложников…