Чтение онлайн

Наконец стрелки часов дошли до четырех пятнадцати. Он знал, что больше стука не будет. Глаза его щипало от слез, которые он сдерживал. В конце концов он заснул.

Утром опухоль на губе несколько спала, но в голове продолжали звучать голоса, которые он слышал во сне. Правда, звучали они приглушенно, словно пытались сообщить ему что-то сквозь стальные двери.

Шерон достала миксер и приготовила ему фруктовый завтрак. Том завтракал через соломинку. Оба молчали. Шерон не поднимала вопроса о Кейти и его увольнении, но он висел между ними, как мысль о приколотых к стене билетах на концерт, на который не хочется идти.

Шерон наполнила миксер бананами и включила его.

– У меня была любовная интрижка, – неожиданно произнес Том громким голосом под рычание механизма. – До того, как Кейти умерла. Обычная история.

Шерон села и приготовилась слушать. Глаза ее блестели, как новенькие монетки. Но продолжения не последовало. Шерон встала и снова включила миксер.

– Обыкновенная история, – сказал Том. – Вот и все.

Шерон нажала на кнопку выключателя.

– Можно снова включать или не надо? – спросила она.

– Не надо. Это было в школе.

—.С коллегой? И ты чувствуешь себя виноватым? Тебя мучает тот факт, что Кейти умерла после того, как ты изменил ей?

– Хуже. Меня мучает, что я не чувствовал себя виноватым, потому что с той, другой, мне было очень хорошо.

– Ты мучаешься оттого, что было хорошо?

– Это был великолепный секс. Я словно помешался. Меня притягивал запретный плод. Ну, я имею в виду, это ведь был грех.

– Ах вот в чем дело. Боюсь, исповедоваться тебе надо перед кем-нибудь другим. Я никогда не считала секс грехом.

– У греховного секса особый вкус.

– Интересно какой же?

– Это мед и огонь, сладость, которая обжигает.

– Знаешь, Том, делать из секса что-то особенное все же не стоит, это опасно.

– Но разве не таким он должен быть?

– Нет, мне так не кажется.

– Я знаю, как ты воспринимаешь мои слова.

– Ничего ты не знаешь.

– Нет, знаю. Ты смотришь на это цинично. Ты думаешь: «Глупый Том. Потерял голову из-за обыкновенной интрижки, а потом его жена умерла, и он не смог справиться с этим». Но как я могу передать тебе, как это было больно, как глупо и противно я себя чувствовал?… О господи, и во рту все еще больно!

– Хочешь еще льда?

– Нет. У меня уже зубы ноют от этого чертова льда. Все дело в женщинах, Шерон. Они не такие, как мужчины.

– Ага, ты это наконец понял.

Но Том не был расположен шутить. Откровенная сексуальность Шерон вносила путаницу в его представления о разнице между мужчиной и женщиной. Что касается мужской сексуальности, то, даже если ее и скрывали, она постоянно выскакивала на поверхность, а женская, пусть и не так уж отличавшаяся от мужской по своей сути, пряталась в укромном месте, в тени, и была более тщательно замаскирована. Исключения вроде Шерон встречались редко. Но по собственному, не столь уж богатому опыту он знал, что женщина, в которой разбужена страсть, гораздо настойчивее мужчины стремится добиться своего. Мужчины, плавающие у самой поверхности воды, время от времени выныривали на поверхность и снова с упоением погружались в волны. Женщины же забирались на самую глубину.

Том всосал через соломинку воздух, пустив булькающие пузыри на дно опустевшего стакана.

– Тебе этого не понять, – сказал он.

Шерон искоса взглянула на него и покачала головой.

Солнце медленно садилось за парковый павильон, и его видимая верхняя половинка была похожа на блестящий купол в каком-то экзотическом сказочном городе. На густую траву легли тени уходящего лета. В воздухе витал осенний запах сырых зеленых листьев. Кейти и Майкл Энтони брели по аллее декоративно подстриженных деревьев. У розовых кустов возле детской площадки они остановились.

– Цветущие розы, – произнес Майкл. – Омар Хайям. Все это начинаешь замечать, когда у тебя впереди совсем нет времени.

– Можно взять вас под руку? – спросила Кейти.

Она взяла его под руку, и они пошли дальше.

– Я не осмеливался спросить вашего разрешения. Под руку. Господи! Знаете, мне не хочется мчаться в спортивном автомобиле по шоссе, прыгать с парашютом. Мне хочется самых простых вещей. Сидеть, чувствуя солнце у себя на лице; пить пиво с другом; ходить в прекрасный день по парку под руку с женщиной. Я очень вам благодарен. И поблагодарите от меня вашего мужа.

– Он хороший человек.

– А где он сейчас?

– У него назначена встреча.

– С кем?

– Он не сказал, с кем и где. Наши отношения в последнее время немного разладились.

– О, вы должны наладить их! Мне тоже надо было жениться. Я ужасно сглупил, став священником. Мне теперь кажется, что я прожил жизнь в противоречии с собственными наклонностями, и в конце концов это, наверное, и заставило меня взбунтоваться. Трудно сказать. Но мне надо было жениться, я уверен.

– В семейной жизни не одни лишь удовольствия, Майкл. Давайте сядем.

Они сели на скамейку, солнце грело их лица. Кейти по-прежнему держала его под руку.

– Вы оставили церковь для того, чтобы напоследок все-таки жениться?

– О нет. Слишком поздно. Я упустил свой шанс. Просто я больше не мог заставлять себя верить во все эти сказки. Всякие непорочные зачатия, черт бы их побрал, и прочую чушь. Прошу прощения, я только недавно обнаружил, что ругаться очень приятно, и не могу удержаться. Все это дребедень для детишек.

– Значит, вы не верите тому, что написано в Библии?

– А чему там верить? Ведь Иисус был женат. Он был раввином, а они должны были обязательно жениться. А ранние христиане выкинули это все из Писания. Иисус любил женщин, но нам, видите ли, нельзя.

– Как-как?

– Да, Он любил женщин! В апокрифах описывается, как гневались Его последователи, когда Он публично поцеловал жену. Им не нравились эти объятия и поцелуи. Тем более с Магдалиной, Боже, будь милостив к ней. А как вы думаете, почему Он ждал, чтобы Его ученики ушли, прежде чем подошел к самаритянской проститутке у колодца? Да почитайте сами. Каждый раз, когда в Библии упоминается женщина у колодца, это символизирует плодовитость, секс. Это шаблон. Но они все это отрицают.