Реликт

В учебном классе царил полумрак, одна из двух лампочек перегорела, а вкрутить её до сих пор никто не удосужился. За столом условного учителя сидел подполковник Колесов Михаил Ильич. За последние годы он ощутимо постарел, вымотался в бесконечных командировках, осовел от бессонных ночей и заработал себе гастрит. В волосах появилась обильная седина, а на глазах его теперь были надеты очки, которых раньше никто не видел. На нём был надет потёртый коричневый пиджак, сильно мятый, без галстука и вообще не первой свежести. Начальник отдела явно прибыл только что, но дело требовало неотложных мер, а потому совещание собрали почти сразу. На столе перед ним лежал антикварный пистолет. Маузер с длинным съёмным магазином.

За первой партой сидел довольно представительный «ученик», занимавший своей необъятной тушей почти всё свободное место. Звали его Виктор Обухов, а друзьям он был известен под позывным Палач. Отставной военный, пулемётчик, прошедший кучу войн, а теперь подвизавшийся в качестве силовой поддержки на ниве исследования межмировых переходов. За последние несколько месяцев относительно спокойной жизни он слегка растолстел, а потому камуфляжная куртка была расстёгнута на груди. Тем не менее, это был всё тот же Палач, человек огромного роста, чудовищной силы и угрожающего внешнего вида, голову он всегда брил наголо, но при этом оставлял густую бороду, скрывавшую лицо до самых глаз. Среднестатистический обыватель, встретив этого воина в тёмном переулке без формы, сам, без всякого принуждения отдаст всю имеющуюся наличность и сотовый телефон.

Справа от Палача сидел ещё один специалист, на этот раз научный, оказавшийся в деле случайно, но в итоге оставшийся на всю жизнь. Илья Стрельцов, известный также под позывным Профессор, неплохой учёный, этнограф, кандидат наук, в прошлом преподававший в университете. Он и выглядел, как классический учёный, небольшого роста, худой, разве что без очков, зрение у него было хорошим. При этом некоторые жизненные повороты заставили его научиться владеть оружием и профессионально убивать людей.

Позади Палача сидел крепкий мужик слегка за тридцать, в странном наряде, похожем на средневековый костюм. Звали его Владимир Ситник, именно с него начался весь этот проект, именно он был первым официально зарегистрированным ходоком между мирами. Уходя в другой мир, он пытался зарабатывать деньги, маскируясь под доктора, поначалу у него неплохо получалось, но потом он, сам того не желая, влез в политику, поучаствовал в гражданской войне, а попутно попал под наблюдение спецслужб своего мира. Сейчас он выглядел смертельно уставшим, распространял алкогольные пары и старательно боролся со сном. Поэтому специально сел за широкую спину Палача, надеясь, что начальство его не увидит.

Чуть поодаль сидел странный молодой парень, одетый в камуфляж. Хлипкого телосложения, даже Илья на его фоне выглядел крепышом. Волосы его были не просто светлыми, а натурально седыми, альбинос или же химически обесцвеченный. На вид ему было лет двадцать, хотя глаза выглядели глазами глубокого старика. Особой приметой были странные шрамы на кончиках ушей, оставшиеся после пластической операции. Звали его очень сложно и заковыристо, но это имя осталось только в официальных документах, а друзья называли Гренн, но чаще проскальзывало прозвище Ушастый, как особенно любил называть его Палач. Это был лучший снайпер в отделе, в отличие от других бойцов он не только не принадлежал этому миру, но и не являлся человеком. О его истинном происхождении знали немногие.

Последним, кто пришёл на импровизированное совещание, оказался Степан Молчанов, самый молодой, едва за двадцать. Тоже случайно вписался со своим другом в нехорошую ситуацию, связанную с перемещением между мирами, к счастью для него получилось избежать уголовного дела и посадки на долгий (очень долгий) срок. При этом, правда, пришлось начать сотрудничать со спецслужбами, но это для него оказалось меньшим злом. Никакими особыми талантами парень не блистал, по образованию был химиком и биологом, но в своих приключениях получил кое-какие незаменимые изменения организма, что позволяло использовать его в боевых операциях.

Михаил Ильич ещё раз обвёл взглядом собравшихся, покосился на дверь, тяжело вздохнул, поняв, что больше никого не будет, и начал разговор:

— Добрый день, товарищи офицеры и младший начсостав, — он снова вздохнул и снял очки. — Я собрал вас здесь, что сообщить неприятные новости. Судьба подбросила нам новое испытание. В первую очередь, конечно, вам.

Слегка привстав, он заглянул за спину Палача и разглядел мирно дремавшего Ситника.

— Ваша Милость, я вас не утомляю? — сарказм начальника был к месту, Ситник, после всех своих приключений, заработал в Мире-1 милость тамошнего короля и титул барона, а в придачу получил неплохое поместье, где и располагалась теперь база пришельцев. — Ночь с горничными прошла бурно?

— Куда там! — фыркнул Палач. — Ему Наталья живо яйца открутит. Они там всей бригадой охотились, двадцать бугаёв на конях за одним несчастным оленем. А ночью, естественно, отмечали.

— Я слушаю, — спокойно отозвался барон. — Продолжайте, что там стряслось?

Колесов повертел перед собой пистолет. Палач, бывший неплохим знатоком оружия, привстал, перегнулся через стол, едва его не уронив, сграбастал свой огромной лапой Маузер и поднёс к глазам.

— Девятимиллиметровый, под Парабеллум, — выдал он вердикт. — Поздних выпусков, съёмный магазин. Такие иногда с режимом автоматической стрельбы делались. Только клеймо странное, никогда такого не видел.

— Вот об этом я и хотел с вами поговорить, — сказал Колесов, забирая пистолет.

— Об оружии? — уточнил Илья.

— О его владельце. Бывшем, разумеется. Если коротко, то третьего дня на нашей сибирской базе произошло невиданное ранее ЧП. Туда вломился пришелец из иного мира, который и был вооружён этим оружием, — он кивнул на пистолет. — Ещё у него были при себе кинжал, шпага и странный амулет.

— В смысле? — не понял Илья. — Прошёл оттуда сюда?

— Именно так, хотя наши научники и говорят, что такое сделать невозможно.

— И что потом? — уточнил Палач, — приняли его?

— Ещё как приняли, бойцы охраны свой хлеб недаром едят. Взяли на прицел, разоружили и заперли в камеру. Чуть позже провели поверхностный допрос. При этом сильно мешал языковой барьер, единственный доступный язык, на котором этот персонаж разговаривал, оказался латынью. За неимением лучшего переводчиком выступил наш дежурный врач, латынь он знал, но познания его, как вы понимаете, довольно специфические. В итоге, через пень-колоду, постоянно переходя с пятого на десятое, удалось человека допросить. К счастью для нас, персонаж произносил длинные монологи, которые целиком писались на видео, перевести их полностью мы смогли уже позже.