Чтение онлайн

Слегка приободрившись при мысли, что она занимается именно тем, что когда-то делали только французские короли и королевы, Элен наконец расслабилась и облегчилась. Хоть и не слишком приятная процедура, мелькнула у нее мысль, но все же лучше так, чем ужасная смерть в полностью оборудованном и автоматизированном туалете.

Она аккуратно подтерлась бумажной салфеткой, а перед тем как натянуть изрядно пропахшие трусики, обильно побрызгала под юбкой одеколоном. Открыв пудреницу и увидев в зеркале свое лицо, она поняла, что макияж тут не поможет: веснушчатое лицо так вспотело и покраснело, что сильно напоминало кусок спелого арбуза. В жару она вообще выглядела неважно.

Первым делом Элен привела в порядок свои роскошные рыжие волосы. Затем, оттянув шелковую блузку на груди, слегка обдула вспотевшее тело. Заметив под мышками расплывшиеся пятна пота, она решила, что без блузки ей будет не так жарко, и, стащив ее, убрала в сумочку. Если мужчины будут уж слишком пялиться, то прикроется сверху. Во всяком случае, лучше, чем обливаться потом.

Она плотно закрыла за собой дверь и уже собиралась возвратиться на кухню, чтобы вымыть руки, когда услышала колокольчик подошедшего лифта. Сердце так и прыгнуло у нее в груди. В первый момент она подумала, что они спасены и вот-вот в коридоре покажутся пожарные или полицейские в униформе.

Он даже чуть не взвизгнула от радости.

– Слава тебе. Господи! – простонала она, но тут же поняла, что жестоко ошиблась – из кабины никто не появлялся. Она медленно двинулась вперед, когда вдруг раздался сильный треск, словно треснуло огромное яйцо, и между медленно раздвигавшимися створками лифта показалось густое облако холодного пара. Из лифта никто так и не появился. Во всяком случае, никто живой.

Элен замерла, сердце бешено заколотилось. Она понимала, что лучше бы ей туда не смотреть, но в то же время ей хотелось узнать, что там такое, чтобы потом рассказать остальным. Она заглянула в открытую дверь, и воздух у нее изо рта тут же застыл густым облачком, как в настоящий морозный день. Но ледяную дрожь, которая внезапно прошибла ее, вызвали не только испуг и действительно ледяной воздух из кабины лифта. Элен показалось, что она впервые встретилась лицом к лицу со смертью и та коснулась ее своим дыханием.

Она не закричала, это было не в ее характере. Ее всегда раздражало, когда женщины в кино визжали при виде трупа. Конечно, главной задачей киношников было до смерти напугать зрителя – это-то ей было ясно, но все равно крики и визг выводили ее из себя. По правилам ей полагалось крикнуть три раза, поскольку в лифте было как раз три трупа. Вместо этого Элен Хасси, преодолев ужас и переведя дыхание, прошла мимо, чтобы рассказать об увиденном сержанту Куртису.

После перенесенного электрического удара Виллис Эллери был заметно подавлен и слегка оглох на одно ухо. К тому же плохо слушалась левая рука – результат электрошока, вполне обычное явление.

– Вероятно, это у вас из-за недостатка кислорода в крови, – объяснил Куртис, помогая пострадавшему выпить воды. – Все придет в норму, но понадобится некоторое время. Уж поверьте мне. Виллис, вам чертовски повезло, что вы вообще остались в живых. Должно быть, у вас сердце, как у бегемота.

Затем Куртис обследовал следы от газового ключа на обожженных ладонях Эллери, а также обугленную кожу и большой волдырь на пальце, через который из тела проскочил электрический разряд. Чтобы защитить раны от инфекции, Дженни Бао заклеила их бактерицидным пластырем, а затем дала ему таблетку обезболивающего из пузырька, который Бич откопал в одном из бесчисленных карманов своего охотничьего жилета.

– Она над вами неплохо поколдовала, – заметил – Куртис. – Ну а теперь расслабьтесь, идёт? Мы отправим вас в больницу, как только представится малейшая возможность.

Эллери слабо улыбнулся.

Куртис привстал, растирая плечо, сильно нывшее от многочисленных ударов в дверь туалетной комнаты.

– Ну, как он? – поинтересовался Дэвид Арнон. Обернувшись, Куртис отвел его за локоть подальше от лежавшего на полу Виллиса Эллери.

– Не очень. Должно быть, слегка повредил мозги. Точно не скажу. После перенесенного ему сейчас полагается интенсивная терапия. – Куртис кивнул на «уоки-токи» в руках у Арнона. – Как у них там дела?

– Добрались до середины.

– Держите меня в курсе. Им может понадобиться помощь, чтобы забраться с верхних веток на балкон.

Тут он заметил, как из дверного проема за ним внимательно наблюдает Элен Хасси. В первую очередь он обратил внимание, что она была без блузки, и отвел было глаза в сторону, но затем увидел ее бледное лицо и слезы на щеках. Он быстро подошел к ней и взял за руку.

– Что такое? – спросил он. – С вами все в порядке?

– Со мной все нормально, – ответила она. – Там люди в лифте. Те, что поднимались на лифте из холла. Сейчас их кабина на нашем этаже. – Она провела ладонью по лбу. – Думаю, мне лучше присесть.

Дженни подвинула Элен стул.

– Пойду взгляну, – решил Куртис.

– Я с вами, – сказал Митч.

За ними увязался и Дэвид Арнон.

В углу промерзшей насквозь кабины лифта лежали белые, как дед-морозы, спаянные льдом, скрюченные тела троих мужчин, напоминая печальные останки неудачной экспедиции в Антарктиду. Своими широко распахнутыми глазами они словно продолжали зачарованно смотреть на приближавшуюся смерть.

– Не могу поверить, что такое возможно, – тихо проговорил Арнон. – Замерзшие люди, и где?! В Лос-Анджелесе. Настоящий сюрреализм.

– Оставим их здесь? – спросил Митч.

– Я не могу представить, что с ними делать, – ответил Куртис. – А потом, они же твердые, как ледышки. Даже в такой жаре пройдет немало времени, пока их можно будет растащить. Нет, давайте пока их оставим там, где они лежат. – Он посмотрел на Митча. – А сам факт их появления вас не тревожит?

– Я как раз об этом размышляю, – задумчиво произнес Митч. – Авраам явно преследовал какую-то цель, посылая сюда этот лифт.

– Хочешь сказать, он пытается нас деморализовать? – спросил Арнон.

– Вот именно. И это говорит о неплохом знании человеческой психологии, тебе не кажется?

– Уж меня он точно достал, – подтвердил Куртис.

– В таком случае, похоже, поведение Авраама не так уж и необъяснимо. Я хочу сказать, это можно рассматривать как своего рода послание, хотя и не слишком приятное. Но хоть какая-то попытка наладить связь. – Митч помолчал. – Вы не находите? Если Авраам пытается с нами связаться, то и мы можем ему ответить. Наша попытка может оказаться успешной, и тогда нам удастся получить от него объяснения. Кто знает? Не исключено, что мы сможем убедить его прекратить весь этот кошмар.