Реванш
Шрифт:
Бочком-бочком, он добрался до автоматической кабинки выдачи билетов. Повторив все манипуляции на терминале, подтвердил заказ.
– Пожалуйста, посмотрите в глазок справа от вас, – заговорил компьютер. – Необходимо отсканировать сетчатку ваших глаз.
– Сейчас, дорогая, одну минутку, – ответил Райс, молясь о том, чтобы глаз педераста не пострадал сильно.
Алламан достал еще мягкое глазное яблоко и поднес к нужному отверстию. Небольшая вспышка – и компьютер женским голосом произнес:
– Спасибо, мистер Макнузо Рафаэли. Ваша личность подтверждена. Будьте так добры, для оплаты проезда вставьте платежную карточку и приложите палец к пластине.
– Один момент, дорогуша.
На этот раз из коробочки с уже растаявшим сухим льдом (чем и объяснялась мягкость глаза) Райс вытащил посиневший палец и приложил к нужной пластине.
– Благодарю. Мы рады, что вы выбрали для путешествия транспортную компанию…
Алламан не задерживался на одном месте больше, чем того требовала необходимость, и, как только в выдающем пазе появился корешок билета, выхватил его. Приметив плотную группу людей, он вклинился почти в ее центр.
Теперь следовало попасть на орбитальную станцию, откуда и уходили все транспортные и пассажирские корабли и лайнеры. Так, перебегая от одной толпы к другой, он довольно быстро добрался до посадочного терминала.
– Ваш контрольный билет, мистер… – растянув губы в дежурной улыбке, попросила проверяющая.
– Пожалуйста…
Райс протянул девушке билет, на которой ярким пятном выделялась «его» фотография.
– Простите, сэр, не могли бы вы подтвердить свою личность?
– Каким образом, мэм?
– Нажмите на эту пластинку, сэр.
«В твою душу!» – воскликнул про себя Райс. Никаких подтверждений никогда не требовалось, однако ж, на тебе…
Алламан засуетился, шаря по карманам. Служащая космодрома нахмурилась.
– В чем дело, сэр?
– Ни в чем, мэм… просто я жуть как боюсь микробов…
С этими словами Райс достал носовой платок и провел им по пластинке, после чего перехватил его левой рукой, закрывая таким образом правую руку, в которой он держал палец настоящего Макнузо Рафаэли.
Прибор чуть слышно пикнул, и девушка посмотрела на экран своего терминала.
– Все в порядке, мистер Рафаэли. Прошу вас пройти на борт…
Алламан едва не сорвался с места: он уже давно заметил следящий глаз камеры. Камеру он провести ни за что бы не смог, если местный Дядя сдал его биометрические данные, наверняка списанные в погребальной конторе.
«Все-таки сдал, тварь…» – понял Райс, когда, уже будучи в конце коридора, у створок в шаттл, поверх голов идущих за ним людей заметил какую-то суету в дальнем конце зала.
– Проходите, сэр, не задерживайте…
– Да-да, конечно…
«Интересно, пойдут они на то, чтобы сорвать рейс шаттла или нет?» – подумал Райс. Но потом понял, что навряд ли. Им пришлось бы объясняться с местной полицией, а это время, ненужная огласка и прочее, чем мог воспользоваться Алламан.
Окончательно агент успокоился, когда занял свое место, и шаттл мелко задрожал от продувки двигателей: корабль готовился войти в стартовый режим и взлететь. Утрясались последние вопросы с диспетчерами.
Толчок – и легкая перегрузка сдавила грудь.
85
Алламан лихорадочно искал выход из положения. Шаттл вот уже как две минуты вышел на орбиту и приближался к станции. То, что рейс не отменили, говорило лишь о том, что его будут ждать на причале. Орбитальной полиции нагородят, что он террорист, насильник, и вообще гад редкий, каких еще поискать. А сбежать с орбитальной пересадочной станции, в отличие от города, практически невозможно… космос кругом.
Райс встал и поплелся в конец шаттла.
– Мистер, мистер! – запричитала бортпроводница, подбегая к нарушающему инструкции пассажиру. – Немедленно займите свое место, мистер…
– Не могу детка, – повернул Райс к ней свое искаженное гримасой лицо.
– Почему?
– Вспучило меня, дорогуша…
– Но мы подлетим к станции через пять минут, мистер. Неужели нельзя потерпеть?!
– Никак нет, мисс… Или я сейчас попаду на толчок, или… этим толчком станет кресло. Вы меня понимаете? – добавил Райс и вполне натурально схватился за живот. – Видимо, что-то не то съел, мисс, вот и бурлит…
– Хорошо… – сдалась бортпроводница. – Следуйте за мной, сэр…
Райс засеменил за девушкой, выпучив глаза и сгибаясь чуть ли не пополам.
– Вот, прошу…
Райс оказался перед открытой дверью в гальюн и, поблагодарив отзывчивую бортпроводницу, юркнул внутрь.
«И что теперь?!» – вспыхнула мысль.
Алламан внимательно осмотрел туалет. Потолок, стены, пол. Пол… он делился словно пополам. Цепкий взгляд агента нашел несколько замков у стенки. Быстро их осмотрев, Райс понял, что открыть запоры не составит труда. Нажатие панелей – и замки сухо щелкнули. Рывок – и половина пола поднялось. Вниз вела крохотная лестница…
– Мистер, мистер… Мы уже причаливаем…
«Чтоб тебя», – выругался Райс, вздрогнув от неожиданности. После чего изобразил довольно правдоподобные звуки страдающего человека, у которого дела никак не идут, и с надрывом произнес:
– Минуту, мисс-с-с!
После чего спрыгнул вниз.
Шаттл был немаленьким, и потому Райс заплутал среди кабелей, трубопроводов, теплообменников и черт еще знает чего, но лишь на минуту. Технического персонала на борту не оказалось, что было Алламану лишь на руку, зато нашлась роба, по всей видимости, предназначенная для самой грязной работы на судне. Привередничать было некогда, и Райс натянул ее поверх своей одежды.