Революция Любви

Калигула Владислава Мека

Революция Любви

Владислава Мека.

Революция Любви.

Мы были созданы друг для друга. Идеально совпадало все. И звезды, и знаки, и даже места. Словно кто-то свыше уже все решил за нас...

Этот гад! Пришелец из другой вселенной! Да как он посмел попасться ей на глаза?! Никто, кроме меня, не может претендовать на ее внимание! Убью, паршивца! Слово Алекса!

Пролог.

Не надо с людей срывать маски, вдруг это намордники...

– Эй, детка! Куда это ты собралась?
– из-за переулка, где Машка секундой раньше меня оказалась, раздавались мужские голоса будущих кастратов.

Почему "будущих" потому, что на сто процентов эти козлы пристают к моей Мани, а раз так, то уйдут они из этого переулка без своих "балаболок", гарантирую.

Так и есть! Моя Машуня стоит окруженная тремя какими-то придурками не из нашего универа и даже не из окрестного, конечно, у тех смелости не хватит зариться на "мое". У этой залетной троицы тоже... скоро хватать перестанет! Маня замечает меня первой, так как стоит лицом и буквально прижата к стене какой-то застройки довоенных времен:

– Алекс!
– рассекречивает она мое появление.

Парни, как по заказу оборачиваются, я неспешной походкой кошки поймавшей мышку приближаюсь к ним:

– Ну, ушлепки, можете начинать пытаться найти себе оправдание - великодушно предлагаю я.

– Слышь, малец, свалил отсюда по-быстрому, не видишь у нас тут девочка без внимания остается - послышалось в ответ.

Точно залетные! Когда, тот, с бандитской мордой лица поворачивается ко мне, понимаю я. Давно меня никто мальцом не называл, конечно, на их фоне мне массы тела не хватает, но это мне только на руку. Асихара - карате, контактный стиль, в котором вес противника можно обратить против него самого и именно поэтому я упорно и усердно тренируюсь и изучаю этот вид боевого искусства.

– Сами нарвались - пожимая я плечами и ударом ноги отправляю в нокаут первого...

...-Алекс, скажи тебе обязательно ввязываться в драки?
– спрашивает Маша попутно пытаясь остановить кровь и рассеченной брови - гады попались неумелые, но и не лохи совсем.

– А что ты предлагаешь, Мань? Какие-то козлы пристали к тебе, а мне надо было просто стоять и смотреть?
– удивляюсь я.

– Нет, но... Алекс, разве нельзя было позвать на помощь кого-нибудь?
– робко спрашивает Манька и складывая сахарные губки трубочкой дует на ранку, а я представляю, как впиваюсь в эти губки страстным поцелуем... Ах, мечты, мечты.

– Кого? Да и время тратить не хотелось. Мань пойдем ко мне? Разве твой персональный герой - защитник не заслуживает особых почестей и ухода?
– строю я рожицы и беспокойство покидает лицо любимой, на его месте возникает улыбка.

– Подлиза! Ну пошли, знаю ведь, тебе от тети Эли попадет, если придешь в одиночестве с такой разукрашенной моськой.

– Спасительница - шутливо кланяюсь я и простираю к ней руки, Манька звонко смеется и нет на планете лучшего звука для моих ушей.

Глава 1.

Как всегда. Пока мозг думает, задница уже приняла решение...

Утро... Убейся утро, об стену! Советую! Как же я ненавижу утро. Это злой рок, каждое утро начинается с того, что я ненавижу утро. Интересно, но сегодня утро не такое уж и ненавистное. Маша спит рядом - оттого и не ненавистное.

– Алекс, привет - улыбается самая любимая для меня девочка на свете, сонно потирая глазки.

– Привет, Машунь - кое-как удалось удержаться и не сказать "малыш".

– Сегодня тебя не пришлось будить - приподнимая светлую голову с моего плеча, которое онемело, но онемение приятное, ведь Маша почти всю ночь проспала прижимаясь к этому самому плечу, удивляется девушка.

– Неа, по ходу маман что-то приготовила и это "что-то", вкусно пахнет. Ну, что встаем?
– а как же не хочется, особенно после того, как Маша откидывая одеяло остается в одном топике и трусиках, ну что за несправедливость, могу смотреть на эту эротическую фантазию, а трогать нельзя.

– Алекс, ты чего грустишь?
– наконец замечает мою гримасу Машка.

– Да так, ничего... Поцеловать тебя хочу - вырывается у меня.

– Ну так целуй - не понимая причины, подставляет Маня мне щеку.

– В губы хочу - наглею я.

– На - совершенно доверчиво и безропотно поворачивает ко мне свои красные губки Манька.

– Не, шутка. Я есть хочу - тут же иду я на попятные, понимая, что если начну целовать ее в губы точно не сдержусь и натворю дел.

– Вредина - фыркает Маша и натягивает на себя мой халат - я первая в ванную.

– Иди - не возражаю, ну еще бы, могу потом подобно извращенцу - преследователю стоять под душем и представлять, как минуту назад тут также мылась Маня.

За такими глупыми мыслями прошло не меньше получаса, прежде чем маман не позвала нас к столу. Путь от комнаты до кухни занял больше времени, чем рассчитывалось. Все меня неплохо вчера потрепали. Хоть квартирка у предков небольшая, но после вчерашнего захотелось жить в малометражке.

Маман стояла у плиты напевая себе под нос радио - хит, жарила гренки. Обожаю ее. Она у меня замечательная. Невысокого роста, брюнетка с пышными формами, в свои сорок пять она выглядит не больше чем на тридцать и ей вслед оборачиваются от молокососов до мужчин в почтенном возрасте. Но, маман любит моего папку и это непоправимо. Она всегда говорит, что я его вылитая копия. Мне бы не предавало это уверенности, если бы она при этом не вздыхала так мечтательно.

– Шурик, надо же сегодня подъем для тебя был безболезненным - удивленно улыбается она.

– Маман, сколько тебе раз говорить, я не Шурик, я - Алекс - возмущаюсь я, пыхтя доползаю до табуретки и счастливо жмурюсь.

– А сколько мне раз тебе повторять, что я - мама, мамочка, но никак не маман!
– упирает руки в боки маман и я понимаю, все - капец, сейчас меня будут тискать.

Так и выходит, чмоканье над самым ухом, словно рыбу глушит, а не любимое чадо целует, следом обнимашки, после которых я однозначно буду выглядеть, как встрепанный щенок. Когда Машка появляется на кухни, я уже не хуже спринтера бегаю от маман, которая последнюю минуту чуть не придушила меня в заботливых объятиях. Машка, поганка эдакая, смотрит и умиляется, никакой от нее помощи не дождешься!