Революция
Шрифт:
Этот мир был неестественно тихим. Я шла сквозь темноту, стараясь не потревожить покров тишины, окутавший все вокруг. Видимость ограничивалась несколькими футами. Из всех звуков я слышала лишь свое дыхание и неутомимый стук сердца.
Я была одна. Куда подевались остальные, я не знала. Я что-то искала и никак не могла найти. Ноги беззвучно несли меня дальше. Земля становилась все мягче, и теперь ноги слегка утопали в ней. В нос ударила волна зловония. Запах был мне знаком. Я недовольно поморщилась. Темнота мешала разглядеть источник этого жуткого запаха. Меня начало мутить. Сладковатый, гнилостный запах разлагающегося человеческого тела подхлестнул страх, который все это время я старалась подавить.
Стало еще темнее. Казалось, меня затолкали в стенной пролом, откуда нет выхода. Носок ботинка обо что-то зацепился, я не удержалась на ногах и упала, впервые заметив, что меня окружает не рыхлая земля, а жидкая грязь.
Грязь облепила мне пальцы. Жидкостью, создавшей месиво, была не вода, а кровь. Я запаниковала и попыталась встать, но вместо этого еще глубже увязала в этой жиже.
Тогда я попыталась хотя бы сесть, отчего еще сильнее запачкалась в жуткой смеси крови и грязи. Что-то тянуло меня вниз. Я открыла рот, намереваясь позвать на помощь, и вдруг чья-то рука зажала мне рот. Глаза округлились от страха, хлынувшего во все поры. Холодная, липкая ладонь лишила меня возможности кричать и звать на помощь.
– Воры, – шепотом пронеслось в воздухе.
Произнесшего это слово я не видела, но голос заставил меня похолодеть. Мычать – на большее я была не способна. Рука, зажавшая мне рот, была невероятно сильной. Любое движение, любая попытка отлепить руку лишь глубже погружали меня в клейкую кровь, норовившую проникнуть внутрь.
Я судорожно билась, отчаянно стараясь вырваться из плена этих ужасов. Потом прекратила, уловив вокруг странное движение. Совсем рядом кровавая жижа вздыбилась, словно под нею кто-то двигался. Оцепенев от страха, я следила за появлением еще нескольких бугров. Вскоре все пространство вокруг меня было заполнено ими.
Будь мой рот свободен, я бы сейчас отчаянно завопила, излив весь свой ужас. Но еще через мгновение я поняла, отчего возникли бугры. Они начали прорываться, обнажая отрезанные руки. Попадались кисти рук, но еще страшнее было зрелище обрубков, не имевших пальцев. Все они тянулись в мою сторону.
У меня заледенела кожа. Мертвые руки и культи впились в меня, продолжая тащить вниз.
– Нет! – удалось крикнуть мне сквозь липкие пальцы.
Они несколько обмякли. Я сделала новое ужасное открытие: эта рука тоже была отрубленной. Ее хватка теряла силу. У меня на глазах рука сгнила и исчезла.
По щекам катились слезы ужаса. Я уже по пояс погрузилась в кровавую жижу. Я извивалась и дергалась, пытаясь отшвырнуть от себя эти жуткие руки и хотя бы за что-нибудь ухватиться. Но хвататься было не за что. Меня неумолимо тянуло вниз, и было никак не остановить погружение.
– Нет! Помогите!
Мой голос звучал глухо и сдавленно. Я звала, но никто не появлялся. Я погрузилась по самые плечи. Пара холодных отрубленных рук клещами впилась мне в запястья. Кровавая жижа почти достигла подбородка. Стараясь не захлебнуться в ней, я крикнула, наверное, в последний раз:
– Хейден…
Крика не получилось. Я прошептала его имя, а чужая кровь уже плескалась мне в лицо, не давая дышать. Я могла лишь покорно ждать, когда все это кончится, и просить судьбу, чтобы конец не затянулся.
Руки продолжали меня трясти, словно торопясь утопить. Они обхватили мое лицо, растирали щеки и тормошили меня. Я слышала приглушенный голос, однако слов не разбирала, погружаясь в кровавую трясину.
– Грейс…
Мое имя прозвучало совсем тихо, но я была слишком испугана и не ответила.
И вновь руки взялись за мои щеки. Я мотала головой, стараясь их сбросить. Сердце бешено стучало. Ноздри не втягивали воздух.
– Грейс!
Меня снова встряхнули.
– Грейс!!!
Я резко открыла глаза и очень удивилась, не увидев вокруг блестящей липкой крови. Я вдохнула до боли в легких и почувствовала холодный пот, густо покрывавший лоб. Лихорадочно моргая, я начала озираться по сторонам. Вместо кровавого месива и отрубленных рук взгляд наткнулся на пару прищуренных зеленых глаз. Они с тревогой смотрели на меня.
– Хейден, – выдохнула я, удивляясь и радуясь.
Сердце продолжало бешено стучать. Я торопилась выбраться из когтей паники. Руки Хейдена снова потерли мои щеки, расправили волосы. Такие же руки я видела во сне, но эти были теплыми и успокаивающими. Этих рук я ничуть не боялась.
– Грейс, все нормально, – сказал он.
От сна на боку волосы Хейдена сбились на одну сторону. Я сообразила, что лежу на спине, а он – слева от меня.
– Это был всего-навсего кошмарный сон, – добавил Хейден.
Я судорожно вздохнула. Его пальцы продолжали гладить мои волосы.
Тело не желало успокаиваться, но мне все же удалось обнять Хейдена за шею и притянуть к себе. Мои объятия были невероятно крепкими. Потом и он обнял меня за шею и прижал к себе. Я дрожала, ударяясь в его мускулистое тело.
– Но ведь все кончилось, – тихо нашептывал он мне на ухо. – Это был сон. Я тебя разбудил.
Я по-прежнему не могла вымолвить ни слова и только слушала его шепот.
– Грейс, ты здесь, со мной. Тебе нечего бояться.
Как же я ослабела, если дурацкий кошмарный сон столь сильно подействовал на меня. Мозг и сейчас цепко держал картины увиденного. Самым отвратительным было то, что они не порождены воображением, а взяты из реальной жизни. Отрубленные руки, прибитые к стенам, разлагающиеся трупы, слово, выведенное кровью… Все, что мы видели в подземелье Арсенала, прорвалось в мой сон.
– Ты нормально себя чувствуешь? – спросил Хейден, немного отодвигаясь, но по-прежнему не сводя с меня глаз.
– Вполне нормально, – ответила я, кивнув.