Чтение онлайн

– Спорить сложно, – Аарон опрокинул в себя остатки остывшего кофе, – но, как ты сама сказала, галстук подходит исполнителю. Не инициатору, а пешке. Не думаю, что мне стоит рассматривать его всерьез.

– Ну… Мое дело описать. Решать тебе.

Особого оптимизма в голосе Анны не было, но возражений не последовало. Бросив колючий взгляд на Берга, она снова повернулась к шкафу и через минуту выудила из его недр следующий «вариант».

– Галстук-бабочка! – в руках у нее оказалась темно-синяя лента ткани с небольшими утолщениями по краям. – Идеальный аксессуар для мужчины с фантазией. Для того, кто, может, и не боец, но, если лишить его желанной игрушки, больно укусит при первой же возможности. Директор по развитию, дизайнер, владелец рекламного агентства – им бы такой галстук пошел. Тебе же… – смущенная улыбка заиграла на губах рассказчицы. – Ты другой породы.

Демонстрируя высшую степень удивления, Берг пальцем приподнял бровь.

– Аарон, прости, но на тебе бабочка, как на каком-нибудь коте – мило, но без лоска.

– Во мне лоска недостаточно? – закашлялся. – Это даже обидно, знаешь ли.

– Ты как в том анекдоте… – Анна возмущенно фыркнула, – …евреи настолько самоуверенный народ, что еще в детстве делают обрезание. Всё правда! Пупы земли, ей-Богу!

Сраженный наповал таким откровением, Аарон задрал голову к потолку и громко расхохотался.

– И нисколько не смешно! – Анна старалась быть серьезной, но губы так и растягивались в улыбку.

– Нет, конечно не смешно! – по комнате прокатилась новая волна хохота. – Суровая правда жизни!

– Иди ты… – собеседница махнула рукой, а потом не удержалась и все же прыснула.

Хохотали долго. Со стороны могло показаться, что обоих внезапно свалило какое-то загадочное психическое заболевание. Лишь спустя пару минут, смахнув слезы с уголков глаз, Анна смогла вернуться к подбору галстука.

Следующий экспонат не отличался особой формой.

– Виндзор – галстук чиновников и бизнесменов. – Анна провела рукой по дорогой ткани. Улыбка на ее лице померкла. – У тебя их штук пять. Практичные, без претензий на оригинальность, удобные. Их носитель не любит быть пешкой в чужой игре. Мстительный, властный. Любой альянс против себя будет воспринимать со всей серьезностью. Контрмеры неизбежны.

Указание на Леонова Аарон разгадал быстро. Второй акционер «Альфы» идеально подходил под описание. Берг уже ознакомился с методами, который тот использовал, и особого желания проверять их эффективность на собственной шкуре не испытывал.

– Ты какого-то терминатора описала, – попытался отшутиться он.

– Нет, всего лишь носителя галстука. Мне такие типы не нравятся больше остальных. Им только дай повод…

– Дорогая, ты очень критична к моим галстукам, – поспешил разрядить обстановку Аарон. – Послушать тебя, так любой из них годится лишь чтобы повеситься.

– Половина из них – точно, – Анна провела рукой по полке и вдруг выхватила больше похожий на женский шелковый шарф, чем на галстук, лавальер. – А вот им могут и удушить.

Выразительная молчаливая пауза, последовавшая за эти предупреждением, полностью перечеркнула шутливый тон повествования. Лавальером была сама Марина – сомневаться не приходилось. Красивая шелковая ткань так и льнула к рукам. К ней хотелось прикасаться, скользить пальцами… ощущать. Как женщину! Как одну из самых необычных и притягательных женщин из всех, кого он встречал. При одной мысли о ней кровь бежала быстрей.

– Что ж, очень познавательная лекция. Про галстуки я все понял. Удушение – меньшее из зол. – Берг наклонился к подоконнику, чтобы взять свой ежедневник. Пора было от представления переходить к делу. – Однако, прости, но свиданию быть. И это… – он протянул Анне сложенный пополам листок. – Список покупок и поручений тебе.

Анна осторожно, как гранату без чеки, взяла протянутый листок. Собирать босса на свидания ей еще не приходилось.

– Однако… – она пробежалась глазами по содержанию. – А срок?

– Узнаешь у благоверного, – скороговоркой, не заостряя внимания, прокомментировал Берг. – Надеюсь, управишься. Не хочется перед дамой упасть лицом в грязь.

– Аарон, – взгляд Анны остановился на последнем пункте, – ты уверен, что дело дойдет до… – откашлялась.

– Ты ведь сама сказала – мы, евреи, весьма самоуверенная нация.

– Но купальник! На свидание… – она пару раз моргнула. – Ты отчаянный.

Вместо ароматного кофе и вкусного завтрака Марину Львовну в кабинете встретила свежая стопка документов. Сразу же вспомнился куплет из песни, что утром регулярно крутили на радио:

От последней строчки стало особенно грустно. Песня словно была придумана про нее. «Сойти» или даже «впасть в безумие» при ее вечно занятом отце точно не спасло бы вороха дел, а судя по высоте стопки на столе, нынче «счастья» привалило больше обычного.

Захотелось взвыть, но Марина не позволила себе и пикнуть. Как боксер на ринге она размяла шею. Собрала волосы в хвост. И нырнула в работу.

Вскоре оказалось, что огромное количество сложных вопросов – это не так уж и плохо. Благодаря отчетам и письмам она на время забыла о своем эпичном фиаско накануне. Харизма Берга не дотягивала до квартальной налоговой декларации, а статистика отдела продаж с первого же графика затмевала его беспардонную наглость.

Утренний разбор бумажных завалов проходил в режиме угара. Не поднимая головы, Рогозина внимательно изучала документы, делала звонки, сверяла данные разных департаментов. Секретарша дважды приносила кофе, и дважды уносила полные чашки с остывшим напитком.

К обеду Марина оказалась выжата как лимон, но стопка бумаг на столе не уменьшилась. Это можно было считать мистикой, но в отчете технического департамента за квартал почему-то были не просто ошибки – настоящие черные дыры, причем в финансовых расчетах.