Рейнджер
Шрифт:
В ответ омыли волны эмоций, беззвучный хор голосов, от «справлялись же раньше» до «иди уж, не мнись». И легкая ирония, и благодарность, и понимание, и забота — но все пронизаны истинно родственным и теплым чувством, что они все — ближе, чем род или семья. Стражи. Старшие братья, хранящие единство и сущность миров нашего Мультиверсума.
Я шагнул вперед, в круг теплого солнечного света под ногами, услышав напоследок:
— Ступай. В твоем родном мире тоже хватит работы, Страж.
Эпилог
Заслонив рукой глаза от бьющего в них солнца, я потянулся.
— Привет, — раздался рядом, заставив меня вздрогнуть, голос Длинного. — Слушай, ты как тут нарисовался-то? Только что никого не было!
Я обвел глазами, в которых еще плавали круги, окрестность. Сижу, прислонившись спиной к сосне, на краю небольшой полянки, где размещается лагерь «вестфолдских копейщиков». В своем теле, только вот ничего нигде не болит, не тянет, да и видно все замечательно, хоть очков на мне и нет. И ни секунды колебаний в стиле «а было ли это?», хоть и имел право.
— Как откуда? Партизанскими тропами в глухой тайге…
Ага, три дерева да четыре куста в округе. Я прокрутил в голове три заветные строчки с Алениной записки. Смоленск, надо же, почти под боком. В Хабаровск ехать было бы куда дольше. И ни тени сомнений в том, что поехал бы. И дата — скорее всего, Переноса. Через две недели после меня, есть время подготовиться. Раньше-то она меня все равно не узнает…
— Семен, на ежика не наступи! — окликнул я одного из копейщиков, направившегося в лес. — И подосиновик слева под кустом не бери, он червивый!
Чувство леса, брошенное рефлекторно, откачивало силу быстрее, чем она пополнялась, ну надо же! ТАМ я и не замечал, что оно потребляет энергию. Похоже, беден на магию наш мир, придется экономить.
— Блин, фокусы у тебя — чем дальше, тем круче. Уже страшновато становится. Вот откуда ты про гриб и ежика знаешь, если с другой стороны пришел?!
Хм, знал бы ты, друже, какие «фокусы» мне доводилось «откалывать» еще недавно…
— Кстати, где ты был всю игру? Не, от Арагорна приходил паренек, сказал, что у тебя особое задание, — и все на этом.
— Да, кстати, — раздался с другой стороны голос командира отряда. — Бонусных очков нам за твои действия в тылу врага накинули немало.
— Где был, где был… Бегал, как не знаю кто. Наверное, до Орши и обратно добежал, если в прямую линию вытянуть. Ноги в задницу вогнал. Даже проверяю иногда на ощупь — не стер ли до колена…
Вокруг хохотнули.
— Ну и ладно, все равно нам следопыт на этот раз без надобности был. Нас в столичном гарнизоне поставили после того, как мы настоящего «ежа» показали.
В голосе дядьки звучала искренняя гордость.
— Молодцы, что сказать.
— Кстати, а где снаряга? Лук, посох…
— Погибли в бою. Кстати, не посох, а глефа!
— Ааа… тогда понятно, зачем вот это.
Я открыл глаза и повернулся к командиру. Он держал в руках блочный лук, охотничий, если не ошибаюсь — «Хищник» такой называется. И пять стрел на нем в специальном зажиме — причем с острыми стальными жалами наконечников!
— Арагорн передать просил. Говорит, подарок. Я спрашиваю — приз, что ли? «Нет, — говорит, — призы отдельно, а это от меня лично подарок в компенсацию».
— Нехилая, я скажу, компенсация за кусок фанеры с леской!
— Ага, статья готовая! — прорезался у кого-то голос разума.
— Нет, Арагорн подстав не делает! — заявил командир, заставив меня внутренне даже не усмехнуться, а заржать, катаясь по земле и держась за живот. — Тут пакет с документами, даже разрешение на ношение есть! И как только сделал — не понимаю!
Я молча взял в руки оружие. Мне показалось, что тетива на миг блеснула снежной белизной, и в голове раздался знакомый ехидный голос:
— Неужели ты думал, что все на самом деле кончилось?
Будем считать, что это мне только почудилось…