Чтение онлайн

– Угрожаешь?

– Ага. Прямо при следователе прокуратуры. Ты уже один раз сбежал. На твой век хватит.

Викинг смотрел ему в глаза. Это был сильный человек, умевший сдерживать свои эмоции, но было очевидно, что и он нервничает. Не мог простить себе, что так глупо подставился. После происшествия в клубе он обязан был понять, что кто-то может его сдать. Либо сутенер, либо напарник, либо бывшая знакомая. Но он понадеялся на удачу и приехал сюда. И вот результат.

– Это ты организовал нападение на машину Арзуманяна.

Дронго смотрел на сидевшего перед ним бандита и думал, как трудно удержаться от соблазна убить его прямо на месте.

Викинг пожал плечами. Недовольно ответил:

– Ты не следователь, я с тобой говорить не обязан.

– Это ты все устроил, – продолжал Дронго звенящим от ненависти голосом. – Это ты вместе с Карликом ждал в засаде машину Арзуманяна. Это ты договорился с его телохранителем, чтобы все сделать наверняка. Но когда увидел в машине детей, понял, что твой план провалился. Нельзя было стрелять. Но ты понял и другое. У телохранителя больше не будет повода отсутствовать. И тебе пришлось выбирать. Поэтому ты приказал Карлику стрелять и сам открыл огонь, хотя видел, что в машине дети. Ты не собака, Викинг, ты мерзкая тварь, которую нужно давить. И какой ты, к черту, Викинг! Викинги были смелыми людьми, а ты дрянь трусливая. В детей стрелял.

– Не нужно ему ничего объяснять, – прервал его Гордеев, поняв, что Дронго заводится и что дальше остановить его будет трудно.

Гордеев достал наручники и собирался подойти к Викингу, когда сидевший рядом с ним второй бандит неожиданно метнулся к небольшому столику, стоявшему рядом с их столом. Дронго не мог стрелять, так как его закрывал Гордеев. Но в этот момент раздался выстрел из окна, и бандит, схватившись за руку, упал на пол, крича от боли. Все обернулись. За окном стоял Эдгар Вейдеманис. Он прострелил бандиту правую руку. Не обращая внимания на раненого, Гордеев шагнул к Викингу, протягивая наручники.

– Руки! – строго потребовал следователь.

Викинг взглянул на Дронго. У того в руках был пистолет. С такого расстояния он не промахнется. За окном стоял Вейдеманис тоже с оружием. До него было не больше пяти метров. Викинг понял, что если он сделает хоть одно движение, его расстреляют с двух сторон. Не задумываясь. И он скрестил руки за спиной. Гордеев быстро надел на него наручники. Затем посмотрел на второго бандита. Тот продолжал кричать. Подойдя к столику, Гордеев забрал лежавший под салфеткой пистолет.

– Не ори, – сказал следователь. – Сейчас вызову тебе «скорую помощь».

Подойдя к телефону, он начал набирать номер. Дронго указал Вейдеманису на Викинга:

– Держи этого гада на мушке.

Затем подошел к раненому. Ранение было неприятное, очевидно, пуля раздробила кость, что вызвало сильную боль.

– Не нужно было дергаться, – резко произнес Дронго, перевязывая бандиту руку. Нужно было остановить кровотечение.

Тот продолжал кричать и ругаться матом. Дронго поморщился. Он никак не мог привыкнуть к этой лексике.

– Сейчас приедет «скорая», – сказал Гордеев, – потерпи немного.

Викинг сел в кресло и, ухмыляясь, взглянул на Дронго.

«Почему он так спокоен? – в который раз подумал Дронго. – Почему он ничего не боится? Неужели он полагает, что сумеет снова сбежать? При его статьях десять лет назад его бы расстреляли, не задумываясь, а сейчас он будет жить еще лет тридцать-сорок, но в тюрьме. С его статьями из тюрьмы не выходят. Почему в тюрьме люди живут дольше? Может, стресс заставляет мобилизовывать силы? Жаль, что он не потянулся за оружием. Насколько я знаю Вейдеманиса, он переживает не меньше моего. Он бы наверняка выстрелил не в руку, а в живот. Чтобы умер, захлебываясь кровью».

– Где тебе делали пластическую операцию? – спросил Гордеев, разглядывая Викинга.

Тот отвернулся, явно показывая, что не желает разговаривать.

– Ты нам все расскажешь, – сказал следователь. – И учти: Карлик уже дает показания. На этот раз ты из тюрьмы не выйдешь.

Викинг снова промолчал, но тень усмешки вновь скользнула по его лицу.

Дронго шагнул к нему.

– Я хочу, чтобы ты знал, прежде чем мы с тобой расстанемся. Я дал слово старшему следователю Гордееву. Только поэтому ты сейчас жив. Если бы я приехал один, ты бы уже был трупом. И я сделаю все, чтобы в тюрьме, где ты будешь сидеть, узнали о твоих «подвигах». Чтобы все знали, что ты, мразь и бандит, стреляешь в детей, если тебе нужно получить деньги за убийство их отца. Чтобы все знали, с кем они будут сидеть. Тебя все будут презирать и ненавидеть. Всегда, везде, на все оставшиеся годы. И еще я жалею, что все-таки не добил тебя. Не должен ты дышать с нами одним воздухом, не имеешь права, Викинг. Если бы у тебя не были связаны руки, я бы дал тебе по морде.

В комнату вошел Вейдеманис. Он строго посмотрел на Викинга и на стонущего бандита. Протянул Дронго его плащ. За окном, взрывая ночную тишину, раздались сирены «скорой помощи» и милиции.

– Вот и все, – сказал Гордеев. – Мы закончили это расследование.

Дронго отвернулся, убирая оружие. Он был весь в грязи, уставший и опустошенный. Не глядя больше на Викинга, он вышел из комнаты.

«Все закончено», – подумал он, не зная, что самое страшное его ждет впереди.

Он вернулся домой в четвертом часу утра. Джил не спала. Она, как и обещала, ждала его, сидя в кабинете и листая книги. Дронго молча прошел в ванну, стащил с себя одежду и встал под горячий душ. Она вошла следом и смотрела, как он купается. Дронго стоял под горячими струями воды, закрыв глаза. Все было кончено. Он не знал, как расскажет обо всем Арзуманяну, как вообще увидится с ним. Но он знал, что свою работу они сделали неплохо.

– У тебя все в порядке? – осторожно спросила Джил, когда он потянулся за полотенцем.

– Да.

Дронго тщательно вытерся и, набросив халат, пошел в спальню, чтобы надеть свежее белье, а она отправилась на кухню. Когда он появился там, она разогревала для него равиоли, купленные в магазине, расположенном напротив.

– Я не очень хорошо готовлю, – призналась Джил, – но равиоли ты, по-моему, любишь.

Он кивнул, усаживаясь за стол. Действительно, ему нравилась итальянская еда. В ней было что-то знакомое с детства, угадываемые вкусовые ощущения теста с жареным мясом. Бакинская кухня отличалась от кухонь других районов Азербайджана тем, что здесь преобладали мучные блюда с мясом. Он помнил, как мать готовила всевозможные блюда. Здесь были дюшпара – небольшие пельмени, сваренные в бульоне и подаваемые как первое блюдо, невероятный хинкал, который отличался от грузинских хинкали. Тонко раскатанное тесто разрезалось на маленькие квадратики, после чего его отваривали и перед подачей к столу сверху засыпали обжаренными в масле с луком мясным фаршем. И еще невероятные кутабы, которые раньше делали из верблюжьего мяса, а теперь стали готовить с бараньим мясом или с зеленью и тыквой. Он вспомнил родной дом, родной город, маму, семью.