Чтение онлайн

Все это он проговорил ровным безэмоциональным голосом и вернулся за стол. Раскрыв мою историю, принялся в ней что-то писать. Не глядя на меня, бросил:

– Переодевайтесь и ждите меня в кресле. Буду через пару минут…

Ну а я что хотела, чтобы он забыл вдруг о своих обязанностях? Размечталась, называется! И с какой это стати я вдруг решила его стесняться. Он не первый гинеколог-мужчина в моей жизни – так откуда такая ненормальная реакция?

В общем, я заставила себя подняться из кресла и направилась к ширме, попутно отмечая, что и та не белая, а узорчатая – совсем не в стиле привычных больниц.

За ширмой ничего, кроме вешалки и современного гинекологического кресла не было. Разве что, еще тумбочка. Много времени на переодевание я не могла себе позволить потратить, чтобы не делать этого при докторе. Ну и небесно-голубой халатик оказался до неприличного коротеньким. Впрочем, так и надо, чтобы не задирать еще и его, когда лезла на кресло.

Я как раз успела устроиться в кресле, поместив ноги на специальные подставки и не забыв положить одноразовую пеленку под попу, как за ширму вошел Шевцов. Не глядя на меня, он прошел к тумбочке и достал из нее инструменты, как успела заметить. Особенно порадовало, что все одноразовое. Куда как лучше этих металлических зеркал, что не известно в ком побывали до меня…

Спокойно, Настя, спокойно! – мысленно уговаривала я себя, закрыв глаза сразу же, как только Шевцов повернулся в мою сторону. Он всего лишь врач, а не мужчина. Таких врачей в твоей жизни было много. И мужчина-гинеколог ничем не отличается от того же хирурга…

Надо же! Первый раз в меня вставили зеркало так, что я даже практически не почувствовала. Обычно приходилось преодолевать трение, а смазкой врачи пренебрегали. Интересно, пользовался ли смазкой Шевцов? Но даже это не заставило меня открыть глаза. Разве что, я принялась прислушиваться к собственным ощущениям.

Почувствовала, как он взял мазок. Потом достал зеркало и приступил к пальпированию. Далее по звуку я догадалась, что он снял перчатки, и его руки прикоснулись к моему животу. А перед этим он развязал пояс халата и раскинул полы в стороны. Теперь я перед ним лежала обнаженной. Но он же врач, а не мужчина!

Ощупав мой живот, мужские руки коснулись груди. Но и ее они тоже исследовали на высоком профессиональном уровне. А уж мне было с чем сравнивать. Ну и мысленно я представляла не Шевцова, а престарелую врачиху из Центра планирования семьи. Так легче, так проще, для чего, и сама не знала.

Запахнув на мне халат, доктор произнес:

– Можете вставать и одеваться…

Когда я отрыла глаза, его уже за ширмой не было. Стараясь не делать резких движений, я слезла с кресла и быстро облачилась в свою одежду. Потом пригладила волосы руками за неимением расчески и только после этого вышла из-за ширмы.

– На завтра я назначу вам ультра-звуковое исследование, – удостоил меня доктор разве что мимолетного взгляда. – С утра дополнительно сдадите кровь, натощак, – снова посмотрел он на меня. – Через медсестру я передам, на какой день назначена ваша встреча с генетиком. Ну и мы с вами увидимся через неделю, в среду, в десять утра. До свиданья, Анастасия Владимировна, – на прощание мне досталась скупая мужская улыбка, а потом он снова уткнулся в бумаги.

– До свидания, – проговорила я и пулей выскочила из кабинета.

Что испытывала в настоящий момент, и сама не понимала. Наверное, сразу слишком много, чтобы выделить что-то главное. Ну а в холле первого этажа меня перехватила Лора.

– Ну что?.. Ну как?.. Понравилось тебе?.. Что он делал?..

Она буквально засыпала меня вопросами, на которые я вынуждена была дать один общий ответ.

– Все отлично!

– Да? – даже остановилась Лора. – Прямо отлично?

– Ну, Лор, ты о чем? – натужно рассмеялась я, чувствуя как снова краснею. – Прием прошел хорошо, без эксцессов.

– А… ну ладно, – кивнула она. – А кого Даня назначил тебе лечащим врачом?

– Не знаю, кого. Об этом он ничего не сказал. Сказал, разве что, что встретимся мы снова в следующую среду…

– Ну и дела! – снова замерла Лора.

На этот раз мы с ней находились посреди холла первого этажа. Такими темпами до своих апартаментов я доберусь не скоро.

– Ты понимаешь, что это значит? – зашептала Лора, приблизив ко мне свое лицо, усыпанное конопушками.

– И что же? – тоже перешла я на шепот, хоть в холле кроме ресепшионистки и нас не было больше никого.

– Это значит, что вести тебя Даня будет сам! – торжественно проговорила Лора, а мне в очередной раз поплохело.

– Ты так рано встал… Почему не разбудил, я бы приготовила тебе завтрак?

Олеся прижалась к спине теплым со сна телом и обхватила его руками. Потерлась о него щекой, а потом поцеловала спину.

– Жалко было будить тебя, ты так крепко спала, – перехватил он ее руку, что принялась путешествовать по груди, спускаясь к поясу брюк. – В городе позавтракаю.

– Ты куда-то собираешься?

– Да. В клинику.

– Сегодня же суббота, – почувствовал он, как она напряглась. – Выходной же…

В голосе ее прозвучала обида, и она отошла от него.

Даниил не спешил отворачиваться от окна, продолжая рассматривать уже по-весеннему нарядный, усыпанный цветом сад. Ночью прошел дождь и посбивал цветы с деревьев, и теперь те устилали сочный от влаги газон. И после дождя немного похолодало – как это по-весеннему.

По субботам в клинике работала генетик, и нужно было обсудить с ней ситуацию новой пациентки – Кирилловой. Анастасии Владимировны или просто Насти, как она сама разрешила себя называть, но он не стал отступать от этики делового общения.

Странная она, эта Кириллова. Внешне ранимая и даже нежная, но внутри чувствуется стальной стержень, а еще какая-то тайна, хранимая ею за семью замками. И почему-то эту тайну хочется разгадать, хоть у него и существует правило не лезть в личную жизнь пациенток. Приветливое и даже порой панибратское общение не отменяет права каждого на личную жизнь. В своей клинике он стремится создать по-домашнему уютную атмосферу, чтобы пациентам было комфортно в ней находиться. Особенно учитывая, как много времени некоторые проводят в ее стенах. Но все же, это казенное помещение, а не дом – стены клиники не хранят сокровенных тайн.