Чтение онлайн

Правители Испании решили на этот раз любой ценой добиться нейтралитета. Но это противоречило договору в Сан-Ильдефонсо. Взбешенный таким вероломством, Наполеон решил свалить самонадеянного испанского диктатора. Он поручил своему послу в Мадриде передать из рук в руки конфиденциальное письмо королю. Отбросив дипломатический этикет, Бонапарт разоблачал роль Годоя при дворе и его отношения с королевой.

Наполеон не мог, однако, предвидеть всей ловкости фаворита — у того были шпионы и во французском посольстве. Королева узнала от Годоя о грозящей им обоим беде. Она внушила Карлу, что Наполеон хочет рассорить его с Мануэлем.

Когда посол на аудиенции протянул королю яичное письмо Первого консула, тот вернул его со словами:

— Наши отношения улажены договором. Поэтому нет нужды, чтобы я читал это письмо. Я даже уверен, будет предпочтительнее, чтобы я не читал его.

На этот раз Годой испугался не на шутку. В тот же день он заявил французскому послу, что Испания будет точно следовать условиям договора.

Но Бонапарт предъявил ряд новых требований — в сущности, это были приказы, подкрепленные угрозами. Он уведомлял Годоя, что у самой границы, в Байонне, сконцентрирована армия, которая вступит в Испанию в случае повторного невыполнения Карлом договорных обязательств. Эта же армия займет Португалию, если та не будет придерживаться дружественного Франции нейтралитета. Наполеон соглашался на нейтралитет Испании, но налагал на нее большую контрибуцию. Испания должна была открыть свои гавани для французских судов.

Кроме того, Бонапарт требовал, чтобы мадридским газетам запрещено было печатать направленные против Франции статьи, а также чтобы были немедленно заменены все враждебные ему капитан-генералы испанских провинций.

Эти условия были крайне тяжелы. Более того, они оскорбляли национальное достоинство Испании. Наполеон распоряжался союзной страной, как завоеванной территорией. Но Годоя заботила лишь его собственная судьба, и он безропотно подчинился.

Выполнение предписаний Первого консула неизбежно приводило к войне с Англией. Когда французские военные суда зашли в испанские гавани, английский премьер Питт ультимативно потребовал, чтобы их немедленно изгнали оттуда. Он настаивал также на гарантии недопущения прохода французских войск через Испанию.

Испания оказалась между молотом и наковальней. Годой не смог ответить англичанам сколько-нибудь удовлетворительно на их требования — и тотчас последовали репрессивные меры. Английские каперы начали топить испанские торговые суда и захватили фрегаты с золотом из американских колоний Испании. Теперь Карлу ничего не оставалось, как самому объявить войну Англии.

Наполеон, ставший императором французов, предложил своим союзникам-испанцам смелый стратегический план: объединенная франко-испанская эскадра нападет на английские владения в Америке, чтобы отвлечь туда британский флот, а тем временем французская десантная армия беспрепятственно переправится через Ламанш и овладеет британскими островами.

Попытка осуществления этого плана привела к катастрофе. В октябре 1805 года союзная франко-испанская эскадра потерпела полный разгром в морском бою у испанского мыса Трафальгар.

Англичане надолго прогнали с морских путей французов вместе с испанцами.

Сокрушительное поражение французского флота при Трафальгаре ободрило всех старых врагов Франции. Они решили снова померяться силами с Наполеоном. В 1806 году против Франции объединились Англия, Россия, Пруссия и Саксония. Новая коалиция делала секретные предложения и испанскому двору.

Годой воспрянул духом: наступило, наконец, время вырваться из объятий тиранического союзника. Но на открытый переход на сторону коалиции он никак не мог решиться: нетрудно ведь и просчитаться. А в отношении такого врага, как император французов, ошибка могла стоить головы.

Первый министр избрал путь извилистый и очень уж хитрый. В начале октября 1806 года на стенах Мадрида появилась «прокламация к испанскому народу». В напыщенных и туманных выражениях Годой призывал народ подняться. «Придите, любезные соотечественники, поклясться на знаменах благодетельнейшего из монархов. Придите, и я покрою вас мантией благодарности, исполню то, что теперь вам обещаю, если бог дарует нам такой счастливый и продолжительный мир, какого мы просим».

Читая воззвание, «любезные соотечественники» диву давались — против кого это должна восстать испанская нация?

Наполеону передали прокламацию Годоя через несколько дней после его триумфа при Иене, где он наголову разбил пруссаков. Для Бонапарта не было сомнений в подлинных намерениях автора прокламации.

Попавший впросак Принц Мира напрасно стал засыпать императора поздравлениями по случаю победы его армии, тщетно пытаясь выдать свою прокламацию за противоанглийскую. Мера терпения Наполеона переполнилась. Он решил разрубить испанский узел.

Новый властелин Европы ненавидел Бурбонов. Созданная им Французская империя построена была в значительной части из былых владений этого дома. И пока хотя бы в одной из стран Европы на троне восседает отпрыск Бурбонов, император Франции будет неизменно наталкиваться на его враждебную политику.

Что, говорил он, представляют собой испанцы? Управляемый прогнившей насквозь династией, погруженный в невежество народ весь во власти средневековых суеверий, инквизиции. А Испания? Испании нет — она вся в прошлом. Чтобы возродить ее, нужны новые правители, которые перестроили бы страну от фундамента до кровли.

Наполеон стал подумывать о присоединении Испании к своим владениям. Это должно быть вассальное королевство с просвещенным, преданным ему королем или даже попросту провинция Франции.

— Ну-ка, Риэго, посрами этих безмозглых телят, докажи, что ты знаешь историю своей страны. От стола, за которым сидят два десятка ребят, отделяется мальчик лет одиннадцати. Он подходит к длинному как жердь священнику, стоящему у окна. Следует поклон. Затем ученик взбирается на кафедру.

— Ну же, Рафаэлито!

Падре нацеливает на мальчика толстые стекла очков.

— Я был с отцом в пещере и…

— Ты ответь на вопрос, откуда пошла слава Астурии, матери всей Испании.

Мальчик самолюбив. Его волнует сосредоточенное на нем внимание сверстников и отца Хулиана. Нервно щурятся большие серые глаза, вздрагивают ноздри прямого, своевольно поднятого кверху носа.

— Стойкость астурийского народа спасла от гибели Испанию. Наша Астурия дала пример, как следует бороться с завоевателями при помощи… владея…