Риск
Шрифт:
Вот и все.
Поднимая голову с его плеча, чтобы увидеть его лицо, я сдвигаюсь на диване, прислоняюсь спиной к подлокотнику, подтягиваю колени к груди и обнимаю их.
Он тоже двигается, поворачивается ко мне лицом, поднимает ногу на диванную подушку между нами. Он кладет руку на спинку дивана.
— Я просто не знал, что ты с кем-то встречаешься. — Его голос звучит мягче, чем я когда-либо слышала.
Я сглатываю.
— Я не встречаюсь.
В его глазах нет осуждения. Ло никогда и никого не осуждает. Он из тех, кто живет свободно и дает жить другим.
— Это был секс на одну ночь, — тихо говорю я.
— Хорошо.
Боже, как мне сказать, что это Кейден? Я знаю, что должна, но это сложно, потому что это не какой-то случайный парень, которого Ло не знает. Это лучший друг нашего старшего брата. Человек, которого Ло считает другом.
— Это тот парень, которого ты привела на день рождения Зевса? — спрашивает Ло.
— Аарон? Нет. Он просто друг. Я не в его вкусе.
Ло выглядит сбитым с толку. Боже, как я его люблю.
— Ты больше в его вкусе, — поясняю я.
— А, понял. — Он постукивает пальцами по спинке дивана. — Так... — он осторожно подталкивает меня.
Я глубоко вдыхаю, а затем говорю:
— Это Кейден.
Я вижу удивление на его лице.
— Кейден? Скотт? Тот самый Кейден Скотт?
Прикусив губу, я киваю.
— Что? Когда? Как?
— В ночь, когда Арес и Ари поженились, мы...
Ло поднимает руку, прерывая меня.
— Не надо. Мне действительно не нужно знать подробности того, что делает моя сестра.
Я закатываю глаза.
— Я не собиралась рассказывать тебе все, только как...
— Мне не нужно знать, как.
— Ты сам спросил! — восклицаю я. — Ты сказал: «Что? Когда? Как?», — я имитирую его глубокий голос.
— Да, ну, я идиот. Ты не должна делать все, что я говорю.
— Ты идиот, — бормочу я. — Но, по крайней мере, ты не забеременел. Не то чтобы ты мог забеременеть, но ты понимаешь, о чем я.
— Вы не использовали... — Он неловко ерзает на диване.
— Защиту? Использовали. Я принимаю таблетки, а он использовал презерватив.
— Больше не надо. Умоляю тебя. — Он закрывает уши ладонями.
Я отрываю одну из его рук от уха.
— Твоя сестра занимается сексом, привыкай к этому, и, если не хочешь знать подробности, то перестань меня спрашивать!
— Хорошо. Я больше не буду задавать вопросов.
— Хорошо.
Мы оба замолкаем, как в детстве, когда злились друг на друга.
— Не могу поверить…ты и… Кейден, — бормочет он, нарушая тишину. — Зевсу это ни черта не понравится.
— Э-э, ты так думаешь?
Мне становится физически плохо от мысли, что я могу разозлить или разочаровать Зевса, или Ареса. Они оба так много для меня сделали. Зевс и Арес практически воспитали Ло и меня после смерти нашей мамы. Я никогда не хотела бы обидеть или расстроить кого-то из них.
— Слишком рано спрашивать, что ты собираешься делать... с... ну, ты знаешь... — Он указывает на мой живот. — С ребенком? — говорит он голосом, более мягким, чем я когда-либо слышала от него, почти как будто он думает, что ребенок сможет его услышать.
Я грустно вздыхаю, прижимаюсь щекой к колену, смотрю через комнату и вижу свое отражение в черном экране телевизора.
— Я понятия не имею, что буду делать.
— Ты знаешь, что я поддержу тебя, что бы ты ни решила, и Зевс с Аресом тоже.
— Знаю, — выдыхаю я. — Дело не в том, что я никогда не хотела ребенка. Просто я думала, что, когда это произойдет, у меня будут серьезные отношения, и это будет после того, как я получу докторскую степень и хорошая карьера, понимаешь.
— Я знаю, сестренка. Но ты же знаешь, что жизнь не всегда складывается так, как мы ожидаем.
Я знаю, что он имеет в виду то время, когда мы были моложе, когда мы потеряли маму из-за рака, а папа не смог справиться с потерей любви всей своей жизни и обратился к алкоголю, чтобы справиться с горем, оставив нас самих по себе.
Я поднимаю голову, потираю лицо руками, а затем снова обхватываю ими ноги.
— Я просто... Я не против абортов и всего такого - тело женщины, ее права, но мысль о... — Я замолкаю. — Я не уверена, что смогу это сделать.
— Тебе не нужно принимать решение сразу. У тебя есть время. И аборт - не единственный вариант, если ты решишь не оставлять ребенка.
— Усыновление?
— Да.
— Не знаю, смогу ли я это сделать, Ло. — Я обхватываю себя руками в защитном жесте, который сначала даже не осознаю. — Я не смогла бы выносить своего ребенка, а потом... отдать его.
Я знаю, что для некоторых людей это правильное решение, но не для меня. Черт, я даже старую одежду с трудом отдаю. Не то чтобы я считала усыновление чем-то вроде отдачи старой одежды. Просто мне трудно расставаться с вещами. Поэтому расстаться с ребенком, которого носила девять месяцев, я просто не смогу.
Я качаю головой, уверенная в этом.
— Я не могу пойти на усыновление. Я не смогу.
— Хорошо, — говорит он, и я резко поворачиваюсь к нему. — Конечно, это был бы твой выбор, и ты знаешь, что я поддержу любое твое решение, но знать, что моя племянница или племянник где-то там, воспитываемые незнакомыми людьми, было бы тяжело.
Я протягиваю руку и сжимаю его руку.
— Хорошо. — Он выдыхает. — Итак, этот вариант отпадает. Остается только... аборт...
Еще когда он произносит это слово, я чувствую беспокойство при одной только мысли об этом.