Чтение онлайн

— Слышала, что сказала леди. Еще один толчок, и мы, наконец-то, встретимся с Олив.

«Мы».

При этой мысли я напрягаю все оставшиеся силы. Стиснув зубы, тужусь изо всех сил, крича сквозь боль:

— БЛ*ДЬ!

А потом слышу самый сладкий звук в мире.

Плачь моего ребенка.

— У тебя девочка! — Сияющая Хоуп передает мне мою малышку и кладет ее мне на грудь.

«Моя малышка.

У меня дочь.

Дочь».

Смотрю на крошечную головку, покрытую копной светлых волос, и меня накрывает волна любви, подобной которой я никогда не испытывала. Слегка сдвигаю ее крошечное тельце, чтобы впервые увидеть ее лицо. Оглядываю ее сверху вниз.

Боже, какая она красивая. Идеальная.

На меня взирают любопытные темно-синие глазки.

Я ласково целую ее в нежную щечку.

— Я твоя мама, — шепчу я ей.

— Она прекрасна, Кэрри.

Оглядываюсь на Ривера, который смотрит на нее с благоговением, обожанием и удивлением.

Он переводит взгляд на меня.

— Она очень похожа на тебя.

Я снова смотрю на дочь.

— Ты так думаешь?

— Определенно. — Он нежно целует меня в лоб. — Ты прекрасно справилась, Кэрри.

Может, от всепоглощающей эмоции момента или, может, просто от нужды, но я подаюсь к нему и прижимаюсь легким поцелуем к его губам.

Начинаю отодвигаться, но его рука обхватывает мою щеку, возвращая меня к своему рту.

Он целует меня мягко, ласково. Нежно посасывая нижнюю губу.

Я отстраняюсь от поцелуя и смотрю ему в глаза. Он бережно заправляет мне волосы за ухо. Его глаза не отрываются от моих.

— Спасибо, — шепчу я.

— За что?

— За то, что ты здесь. За то, что ты — это ты, — повторяю я слова, которые он сказал мне в ту ночь, когда мы научились доверять друг другу.

— Пару минут, ребята, — Хоуп появляется снова, привлекая мое внимание, — а потом мы перенесем маму и ребенка в машину «скорой помощи» и отвезем вас в больницу.

Замечаю, что нижняя половина тела покрыта одеялом. Я даже не поняла, что Хоуп меня прикрыла. Была слишком увлечена любовью к своему ребенку и мужчиной, сидящим позади меня.

— Можно мне поехать с ними в «скорой»? — спрашивает Ривер. — Ты не против? — обращается он ко мне.

— С удовольствием, — отвечаю я.

— Итак, у нас уже есть имя для этой маленькой красавицы? — спрашивает меня Хоуп.

Я долго смотрю на нее, потом перевожу взгляд на дочь, и на моих губах появляется улыбка.

— Не было. Но теперь есть.

Кэрри

Хоуп Олив Форд — самый совершенный человечек на свете.

И я говорю это не только потому, что я ее мама. Это правда.

Она потрясающая.

Она пребывает на этой земле уже два месяца, и это были лучшие месяцы в моей жизни.

Утомительные. Но самые лучшие.

Честно говоря, я не помню жизни до нее.

Может, потому что я измотана.

Но не хочу, чтобы что-то было иначе.

Мне всегда казалось, что если бы я могла вернуться назад во времени к тому моменту, когда встретила Нила, то убежала бы в противоположном направлении. Но теперь... с Хоуп, я знаю, что, если бы мне дали этот шанс, я бы повторила свое прошлое. Вытерпела всю боль, унижения и страдания, потому что в итоге получила бы ее. А она — это все.

Я ненавижу Нила за все, кроме нее. Она — единственное, за что я ему благодарна.

Потому что она совершенна.

Иногда мне приходится напоминать себе, что все это не сон. Что я не проснусь в том доме, по-прежнему с Нилом.

Никогда не могла представить, что у меня будет такая жизнь, как сейчас, с Хоуп. И Ривером.

С момента рождения Хоуп Ривер вел себя удивительно. Он без памяти влюбился в нее. То, как он смотрит на мою дочь... словно она драгоценный дар, который он будет защищать любой ценой, вызывает в сердце щемящую боль, но в хорошем смысле. Удивительно наблюдать, как этот большой мужчина превращается в месиво из-за моей маленькой девочки.

Он почти все время у меня дома. Уходит домой только, чтобы принять душ и переодеться, и когда ему нужно работать над заказами своих стеклянных изделий.

Он во всем принимает активное участие. Меняет подгузники. Помогает купать и укладывает спать. Укачивать ее, если может обойтись без меня.

Кормит, чтобы поддерживать во мне энергию. Оказалось, что у Хоуп отменный аппетит. У меня такое чувство, что она постоянно висит на груди.

Но если моей девочке нужно молоко, то она его получит.

Ривер даже присматривает за ней, когда я на работе. Да, я вернулась на работу. Мама должна приносить домой бекон для своей девочки.

Две недели назад Ривер предложил присматривать за ней, когда мне придет время возвращаться на работу, где я сейчас и нахожусь, стоя у стойки и ожидая заказ своего клиента на завтрак.

Я даже и словом не обмолвилась ему о своих опасениях по поводу того, что мне придется оставить ее в детском саду с кучей незнакомых людей.

Мне даже не пришлось ничего ему говорить, словно он знал о моих проблемах.

Он понимает меня лучше, чем кто-либо.

Иногда мне кажется, что он — вторая половинка моей души. Часть, которую я утратила, но не осознавала этого до того дня, когда посмотрела ему в глаза и увидела его. Настоящего его.

Мы почти как семья.

Но это не так.

Мы с Ривером... мы вместе во всех смыслах этого слова, за исключением того, что на самом деле мы не вместе.

Я никогда не упоминала о нашем поцелуе после рождения Хоуп, и он тоже. Совсем как и о поцелуе до этого.