Чтение онлайн

— В этом вся я. Всегда выделяюсь.

— Нет, я серьёзно. Мне очень понравилась твоя причёска ещё в тот первый вечер, когда мы встретились. Ясно, что ты знаешь, кто ты есть, и ты полностью владеешь этим.

— Ты тоже не так уж плоха, — Джинкс улыбнулась. — Готова?

— Конечно.

Рано или поздно она должна была увидеться с Локи, так почему же не сделать это прямо сейчас.

Джинкс бросилась к двери, и Роар последовала за ней. Роар услышала других охотников в пивной прежде, чем увидела их — раскатистый смех Рансу, сопровождаемый криками Бейта.

— Да ладно тебе! Это было забавно.

В помещении стояли четыре длинных стола со скамьями. Охотники были единственными в комнате. Роар была совершенно уверена, что они были единственными гостями в гостинице и, вероятно, единственными гостями этого города за долгое время. Локи нахмурился, увидев ухмыляющуюся Джинкс. Почему-то у Роар возникло ощущение, что Локи не просто предложил дать Роар поспать. Вероятно, он потребовал этого, а Джинкс явно не хотела подчиняться его приказам.

Ведьма села на левую сторону скамьи напротив Рансу и похлопала по сиденью рядом с собой, чтобы Роар заняла место напротив Локи. Она глубоко вздохнула и скользнула на место.

— Что мы пропустили?

Они с Джинкс принялись наполнять пустые тарелки завтраком, разложенным на столе. Глазированная выпечка, варенье, яйца и даже мясо. После нескольких недель в дороге и потребления только той еды, которую можно было приготовить на костре, желудок Роар заурчал от нетерпения.

— Мы как раз собирались обсудить наши планы на ближайшие несколько дней, — сказал Дьюк, а затем жестом пригласил Локи подменить его в разговоре.

Локи мельком взглянул на Роар, а потом сразу же перешёл к делу.

— Вчера вечером, когда мы приехали, я поговорил с кузнецом и договорился об использовании его кузницы и оборудования. На починку Скалы может уйти от нескольких дней до недели. После того, как я осмотрю повреждения, я смогу сказать точнее.

Роар не понравилась идея провести целую неделю в этом городе. Она уже боялась крови, которую ей снова придётся пролить этим утром.

— Поскольку мы с Рансу будем проводить большую часть времени в работе со Скалой, Джинкс возьмёт на себя обучение Роар.

Роар застыла с кусочком еды на полпути ко рту.

— Что?

Локи не встретился с ней взглядом, пока объяснял:

— С её земной магией, она может бросить тебе вызов способами, которыми я не могу. И теперь, когда мы знаем, что ты нормально реагируешь на магические бури, она может использовать их тоже.

Еда во рту была похожа на пепел, когда она проглотила её.

— И, — Локи бросил на Роар страдальческий, извиняющийся взгляд, и ей вдруг захотелось вернуться в постель, — вы все могли слышать грозу прошлой ночью. Прежде чем я разобрался с ней, гроза оказала на Роар такое же действие, как и торнадо.

— Она снова набросилась? — Слай сидела наискосок от Роар, и её взгляд был яростным. — И ты ничего не сказал?

Желудок Роар сжался, и неприятный горячий румянец распространился по её шее.

— Она не нападала на меня. И я сейчас кое-что скажу, — ответил Локи. — Как и в случае с торнадо, Роар была охвачена эмоциями, которые ей не принадлежали.

Он не стал вдаваться в подробности, и Роар была ему благодарна. Она чувствовала себя липкой и тошнотворной, просто думая о том, что случилось прошлой ночью.

— Думаю, что Роар чувствительна, но не к магии бурь. Я думаю, что она чувствительна к сердцам бурь, что объясняет, почему она не была затронута магией огненного смерча или грозой, которую я выпустил, чтобы управлять пламенем.

Такого не могло быть. Роар держала в руках сердца бурь. Даже сейчас она носила одно из них под тканью рубашки. Ни одно из них никогда не реагировало на неё. Она начала качать головой, но Локи оборвал её. Он сказал:

— Я знаю, что у всех нас разные представления о бурях. Я буду первым, кто признает, что хотя мы всегда осознавали, что у бурь есть сердца, я никогда не задумывался о них как о человеческих. Со способностью чувствовать, хотеть и причинять боль. Но другого объяснения я не вижу. Роар была охвачена неистовой яростью за мгновения до и во время торнадо. И снова… прошлой ночью, — он заколебался, и Роар приготовилась к тому, что он всё расскажет. — Прошлой ночью ты горевала, когда поднялась гроза. Я мог бы сказать, просто наблюдая, что ты испытывала сильную эмоциональную боль.

— Мы могли бы поспрашивать в городе, — вмешалась Джинкс. — Духовники поклоняются бурям. Если возможно, что кто-то чувствует эмоциональную связь с бурей, они могут знать.

— Я никогда не слышала ни о чём подобном, — вклинилась в разговор Слай.

— Тем не менее, это стоит исследовать, — сказал Дьюк. — Возможно, я смогу осторожно поспрашивать, чтобы Джинкс могла сосредоточиться на тренировке Роар.

— Это твой милый способ сказать мне, что, по-твоему, я не могу быть хитрой? — спросила Джинкс.

— По-моему, ты сама ответила на свой вопрос, — пробормотал Рансу.

— Я слышала это.

— Так и должно было быть.

— Тогда ладно, — оборвал их Локи. — Слай и Бейт, следующие несколько дней вы будете с Дьюком. Он хочет уточнить наши карты этого района, пока мы здесь. Посмотрите, есть ли какие-либо горячие точки в пределах охотничьего диапазона. А теперь заканчивайте завтракать и приступайте к работе. Бейт и Роар, не забывайте, что мы должны сходить к алтарю для нашего ежедневного подношения крови.

Роар очень пожалела, что не осталась в постели.

Они быстро поели, и Роар только слушала, пока остальные общались в своей обычной непринуждённой манере. Они все дразнили друг друга, как братья и сёстры, и она представляла, что для них это была семья. Она знала, что у Локи не осталось кровной семьи. Он намекал, что у всех остальных было также. И посмотрите на ущерб, который она уже нанесла их неортодоксальной семье. Слай почти не разговаривала, что не было чем-то необычным, за исключением того, что от неё исходил ощутимый гнев. Локи тоже не присоединился к разговору с остальными. Он сидел неподвижно и молчал, и Роар знала, что это её вина.