Чтение онлайн

Будильник прозвонил второй раз через десять минут. И потом еще через десять. В его третью попытку, Лиззи все-таки оторвалась от фотографий и посмотрела на часы. Ей осталось сорок минут на сборы и на то, чтобы добежать до кафе в одной из гаваней Эйвона. Элизабет ни разу там не была. Раз уж ей выпала возможность назначить время и место встречи, она наобум нашла на карте что-то поближе к дому и сбросила адрес Неизвестному. По ее расчетам если бежать трусцой — можно добраться до гавани за пять минут.

Откинувшись на спинку стула, Лиз закрыла глаза и потерла веки пальцами, прощупывая глазные яблоки. Повезло, если на них не образовалась яркая капиллярная сетка. Поколение «игрек» привыкло подолгу пялиться в мониторы и экраны гаджетов, но всему есть предел. Покрутив головой в разные стороны, Лиззи свела лопатки, прогнулась, услышала характерный хруст. Прелесть какая. Прогулка и правда не повредит, несмотря на то, что (точнее, кто) ждет на другом ее конце.

Встав со стула, Элизабет подошла к шкафу, открыла створку и скептически посмотрела на полки. Если бы сейчас здесь была мама, она бы взвыла от паники и безысходности. В шкафу лежало несколько почти одинаковых черных джинсов, футболки, джемпера и пуловеры всех оттенков серого, а еще несколько милитари-рубашек (на случай важных встреч). Всю офисную одежду Лиз затолкала в пакет и спрятала в угол. Хотела отдать в какой-нибудь центр для бездомных, но все время что-то мешало.

А еще в шкафу было единственное платье. Черное, из плотного трикотажа, свободное, с длинным рукавом и более чем скромным вырезом. Передний край платья — чуть выше колена; задний — на несколько дюймов длиннее, доходил до подколенных ямочек. Недолго думая, Лиз вытянула это платье с полки. Мама была бы в шоке. Она решила бы, что Элизабет специально саботирует свидание. В принципе, это недалеко от истины. Просто Лиззи было искренне плевать. Она собиралась извиниться перед молодым человеком за мамино поведение, мило поболтать и уйти, без какого-либо продолжения.

Зайдя в ванную, Лиз стала перед зеркалом, стянула с коротких розовых волос резинку, распуская неряшливый пучок. Волосы упали вниз симпатичными волнами. Прочесав их пальцами, Элизабет перекинула волосы на один бок, постояла возле зеркала несколько мгновений, и направилась к выходу. Вступив в тяжелые ботинки с ремнями и заклепками, она надела парку, спрятала в карман мобильник, кошелек и ключи, и вышла за дверь.

Хотела по привычке взять тяжелый рюкзак, но вовремя опомнилась.

Лиззи не рассчитала силы. Пробежать трусцой полмили слишком сложно для бывшей офисной мыши. До гавани она добралась пешком, и заняло это не пять минут, а десять. Но все равно она пришла раньше намеченного времени. Девушки вообще могут быть страшно пунктуальными, если им не нужно три часа гладить выходной наряд и рисовать лицо.

Фасад кафе ей понравился. Старинный камень, арочные окна в пол, а напротив — река и кораблики. На площадке у входа стояли столики, но за ними никто не сидел, сегодняшние тучи не располагали к посиделкам на улице. Пройдя мимо этих столиков, Лиз осторожно открыла дверь кафе и заглянула внутрь. Несмотря на то, что она пришла рано, где-то в глубине души жила уверенность, что парень уже здесь. Сделав нерешительный шаг, Лиззи придержала дверь, чтобы та не хлопнула, и остановилась, осматриваясь по сторонам. За одним столом сидела парочка, потягивая через трубочки латте. За другим — компания из четырех девчонок. За третьим — два школьника что-то бурно обсуждали. Четвертый столик занимал один человек.

Парень. Большой. Он сидел боком к входной двери и ни на кого не смотрел. В одной огромной ладони он сжимал мобильник и был полностью погружен в изучение чего-то. Элизабет сделала короткий шажок вперед. Рука, держащая смартфон, своей толщиной напоминала ствол молодого дуба, растущего за родительским домом в Кливдоне, а обтягивающая руку водолазка хорошо очерчивала литые бицепсы. Но самой примечательной чертой в молодом человеке были волосы, собранные в толстый пучок на макушке. Рыжий, почти медный пучок. А еще короткая рыжая борода.

Элизабет нервно сглотнула. Прищурившись, она попыталась всмотреться в профиль парня, и это только подтвердило ее догадки. Она уже видела этот профиль с прямым носом, причем не так давно. В тот раз рыжие волосы закрывала вязаная шапка, И Лиз не предполагала, что там прячется такая грива. Но зато бороду ничто не скрывало.

Из всех парней мама выбрала для нее именно этого. Как такое возможно? Хотя, чему удивляться… Он ведь ехал в Кливдон, скорее всего к родне, и эта родня оказалась знакома с родней самой Лиз.

Чудесно.

Элизабет хотела достать телефон и позвонить на номер Неизвестного, чтобы убедиться, что это он. Но передумала. Нечего тут проверять. Парень из Кливдона не мог сидеть в этом кафе по какой-то другой причине. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Лиз сняла куртку, перебросила ее через руку, и нерешительной походкой направилась к столику.

— Привет, — тихо проговорила она, остановившись рядом и не осмеливаясь отодвинуть стул.

Коричневые ресницы взметнулись вверх, синие глаза непонимающе уставились на Лиззи. До этого он читал книгу. Ему понадобилось пара секунд, чтобы взгляд обрел осмысленность, а коричные брови медленно поползли на лоб, образуя горизонтальную морщину.

— Ягодка? — прогудел глубокий баритон.

Точно, Ягодка. Именно так он ее тогда назвал. Лиз уже привыкла к розовым прядям, но у людей они порой вызывали интересные ассоциации.

— Да, — кашлянула Элизабет. — Я Лиз, — она протянула руку для пожатия. — Элизабет Хэйл. Судя по всему, именно с твоей матерью моя играет в гольф.

Неизвестный медленно поднялся, не отрывая удивленного взгляда от лица Лиззи, взял ее ладонь и осторожно пожал. Будто боялся сжать слишком сильно. По мере того, как парень вырастал из-за стола, Элизабет начинала смотреть на него снизу-вверх.

— Элизабет? — переспросил он. — Серьезно?

Что не так с ее именем?

— Ну… да, — настороженно ответила она

Парень хитро ухмыльнулся одним уголком рта.

— Я Роберт. Дадли.

Лиззи не смогла задавить улыбку, проступившую на губах. Интересно, до какого возраста его подкалывали? А может и не подкалывали. С его комплекцией это было бы опасно для жизни шутника.

Они так и продолжали стоять, как два истукана, пялясь друг на друга, однако Роберт быстро нашелся и отодвинул второй стул, как бы предлагая Элизабет присесть. Она молча подчинилась, не зная, как реагировать. Впервые в жизни для нее отодвигали стул. Затем мощная ладонь отобрала куртку и повесила ее на спинку стула.