Чтение онлайн

– Ей нужна систематическая учеба по профилю личности, – настоял психолог. – Ее способности должны находить выход, иначе вы потеряете способного ребенка, а получите озлобленного.

В 14 лет Эрла получила международную (читай – туанскую, от герцога Эйнаа) стипендию для художественно одаренных, в 17 – по итогам выставки попала в Академию культуры на курс изобразительного творчества, прихватив от жадности еще курс истории искусств; Академия была почетная, предмет гордости правительства – здесь и преподавали, и даже учились иномиряне из высших цивилизаций. А уж верхом гордости стипендиата было получить приглашение в мир иной – чтобы без роздыха рисовать для туанцев мультики ручной работы и настенные панно, имея вместо гражданства временный вид на жительство, а вместо прав человека – куцые «права приезжего». Даже контуанское – в одной из автономий орбитального пояса – подданство даровалось как привилегия за наиболее ценный вклад в чужой карман. Академия откачивала к звездам самых перспективных, снимая с Федерации интеллектуальные сливки.

Эрла была умна, любопытна, мила и неопытна – откуда взяться жизненному опыту в семнадцать лет? Студенческая жизнь выхватила ее из мирка родительского дома и закружила по тусовкам, вкус которых был Эрле в новинку. Здесь говорили о прекрасном – мудро, возвышенно, причудливо; здесь низвергали авторитеты и ставили себя на опустевшие пьедесталы. Через год великолепный плейбой от изящных искусств Арвид Лотус, в свои 25 испробовавший уже все, что можно и нельзя, ввел Эрлу в салон «Ри-Ко-Тан». «Ступенька в Рай» – так называли порой этот салон. Скатившихся отсюда в ад болезней, сумасшествия и деградации не замечали и не вспоминали, и тем более – не брали в лучшие миры.

Эрле хватило ума не погружаться в «Ри-Ко-Тан» до полного самозабвения. Но решительно перешагнуть эту ступеньку она все же не смогла – в отличие от Рамакришны Пандхари, крутившегося здесь с Иалой в те же годы. Мираж взаимного проникновения культур разных миров, непринужденные контакты с чуждыми существами, речь и мысли которых ты так обманчиво легко понимаешь, – это стиль бытия, это воздух для дыхания, и кажется, откажись ты от этого – и умрешь от удушья в окружающей пустоте. Она ныряла в «Ри-Ко-Тан», когда наскучивший мир становился до боли постылым.

Стоя у высокого панорамного окна, с приложенными к стеклу пальцами, Эрла невесело улыбнулась своим воспоминаниям. Как все это теперь далеко!.. Сколько лет проплутала она в закоулках фантазий, нередко – усиленных психотропным зельем? Надо ли было увидеть тьму, чтобы понять, что есть свет?

Остались знакомства и связи. Остался Лотус, сильно поднаторевший в продаже предметов искусства и менеджменте на просторах интеркультуры. Но сам мир сместился. Смешно! столько людей и нелюдей старательно вели ее по лабиринту видений вглубь, к некоему сокровищу истины, и всего двое разогнали рой призраков – системный инженер и второразрядный художественный критик.

– …она свободный человек и вправе сама выбирать для себя круг общения, – материализовавшись из памяти, раздался в пустынной студии за спиной Эрлы вибрирующий голос Лотуса. – Кто вы такой, Хармон, чтобы диктовать ей…

– Я ее друг.

– Вы ее гость, ее каприз. И только! Она вас выставит, когда вы…

– Я ее ЛУЧШИЙ друг, Арвид. А вы им больше не являетесь.

– Скажите пожалуйста! С каких это пор?!

– С этой минуты. Теперь я за нее отвечаю. Она не пойдет с вами.

– Эрла, а ты что молчишь?!

Как и тогда, Эрла закусила губу. Как быть?! Стиснуть веки.

– Хармон, вы вынуждаете меня к рукоприкладству. Я вас, как котенка…

– Кэннан, сядь, не вмешивайся!

Несколько быстрых приглушенных звуков, шум падения тела.

– Убирайтесь. Проводить?

Арвид зарычал. Эрла плотней зажмурилась, зажала уши. Творческие люди не выносят громких звуков и насилия; им это – как бритвой по нервам.

Открыв глаза, она увидела одного Хиллари, идущего от дверей – он оправлял пиджак и отряхивал руки. Кэннан за все это время тоже не проронил ни звука, хотя присутствовал при сцене от начала до конца.

– Он не очень ушибся? – спросил Кэннан с некоторым беспокойством.

– Пара синяков, – утешил Хиллари. – Эрла, извини меня, но… Я тоже ухожу.

– Да, – разлепила губы Эрла. – Тебе лучше уйти.

Кэннан остался; Хиллари она позвала по трэку лишь через неделю.

Пальцы сжались, уперлись костяшками в гладь толстого стекла.

В полете к дому голова у Хиллари гудела от усталости и умножающихся мыслей. Погром. Киборги разгромили его старую, еще в студенческие годы купленную квартиру. Это – знак? Знак, что пора менять жилище на престижное, по средствам? Устраивать приемы, вечеринки… Для чего? Он же не светский человек… Можно позвать Горта с женой, Тито Гердзи с невестой, Джомара Дагласа (есть ли у него семья?..), а где Горт – там и Дарваш-старший, прочие дельцы из клиентуры военного лобби… Но тогда нужна хозяйка в доме. Эрла? А будет ли это солидно после интервью в «Арт-Паласе»?.. Но дом, дом, старый холостяцкий дом – даже представить, что он разорен, было больно. Наверно, это обязательная часть судьбы – увидеть то, что тебе дорого, мертвым и отчужденным…

Киборги Банш действительно ВОЮЮТ! Сид сообщил, что террорист узнал их на просмотре в «короне сэйсидов», дал высокую реакцию опознавания. Двенадцать тысяч взяла Маска у Снежка; на эти деньги тайно куплено горючее для «харикэна», электроника и остальное оборудование. Они нашли, кому доверить разрушительную акцию – тяжелобольному; ему нечего терять и не на что надеяться. Затем – мечи; три раздвижных меча кто-то украл со склада в оружейном магазине, и один был обнажен на улице Энбэйк (Маска воспроизвела тьянский боевой клич «Санай, а-агира, танумэ», подтвердив тем самым достоверность слов Габара: «Я Маску на мечах драться научил»), а второй – в блоке «Баттлин» на линии BW-4 – значит, остался еще один меч. Первый Закон запрещает им убивать и ранить – и они решили отыграться на имуществе.

Ладно, положим, Рыбак, не имеющий встроенных Законов, нарушил обещание не убивать – а куклы обязаны были взять с него такое обещание, иначе б не сидеть ему на Вышке с джойстиком. Но серые из группы усиления!.. Хиллари только что тестировал их – Ветерана, Принтера, Квадрата и Ковша. Фленаган НЕ ОТДАВАЛ приказа бить на поражение! В момент стычки НЕ БЫЛО прямой угрозы жизни Фленагана! Он лежал, он был защищен костюмом и прикрыт щитом, а F60.5 бил на уровне головы и груди. Первый Закон работал в пользу F60.5 – но Ветеран УМЫШЛЕННО попал в него. Мотивировка – «Согласно рабочей инструкции». Какой такой инструкции?!! Доступ закрыт ключом, и ключ странно похож на сэйсидские блокировки в мозгу Этикета. Загадочных ключей все больше – субботняя поездка на фургоне «Архилук», наводка на Энбэйк, 217, рабочие инструкции, строго предписывающие наносить ранения не по выбору согласно ситуации, а обязательно… Ключи собираются в связку… в Связку… Банш…

И некогда разобраться в этом!! Надо лететь домой, оставив Гаста фальсифицировать записи и мотивации в мозгах четверых серых, чтобы при независимой проверке (а полиция не постесняется и экспертов из BIC пригласить!) все выглядело так, что стрелял и попал в F60.5 Фленаган. Иначе, если правда станет широко известна… Доран «спасибо» скажет. Гаст, получив задание, взвыл, но в его мученических глазах загорелся и азартный огонек – он студентом подрабатывал, рисуя анимацию к видеоиграм, так что – справится как лучше не бывает, тем более – работка нелегальная, изящный должностной подлог во имя чести мундира, это ему как лакомство. Пальмер взялся дотошно исследовать Маску. Сид поджидает на квартире. Все при деле. Один шеф в смятении.