Чтение онлайн

'Это еда?! Я. Это. Есть. Не. Буду!'

Желудок протестующее взвыл, но рука уже запустила вилок гнилой капусты в темноту.

— Ты дебил! Ты, мля, чего еду бросаешь? Сегодня ничего не получишь, тварь.

Из темноты в ответ прилетел пинок по ноге и вонь дешёвого портвейна.

Мужчина вздрогнул.

'Талас! Гадость! Откуда я знаю, что это 'Талас'?

В темноте пьяно хохотали несколько голосов. В том числе — визгливый женский.

'Ляля? Кто это? Ляля… Я знаю, я… я… Максим'

Бывший владелец эвент-агентства повалился на склизкий матрац. Запах блевотины и испражнений резко шибанул в нос. Максим захрипел, от омерзения его скрутило и вырвало.

'Это не я. Это не со мной!'

Максим Баймуратович Укасов потерял сознание.

Заозёрный,

Июнь 13 г.

— Ну что же. Похоже все, наконец, в сборе. — Кузьмин внимательно осмотрел присутствующих. Кроме его заместителя, начальника порта Андрея Андреевича, в зале совещаний Управы Заозёрного была вся верхушка переселенцев. И федеральных и… тьфу! Нет никаких 'федеральных' и 'простых'.

'Есть люди и есть нелюди… и всё'

Верховный ещё раз оглядел притихших людей. Пал Палыч Шевцов, бессменный лидер посёлка. Мужик неплохой, но себе на уме. Хотя…

'Да нет, вздор! Ему можно доверять, тем более, что он уже и сам в курсе'

Сёмин. Странный человек. С одной стороны про таких говорят — настоящий Офицер. Именно так. С большой буквы. А с другой стороны… не удержал своих подчинённых в узде. Самые жестокие и дерзкие банды возглавляли именно его выкормыши.

'Ладно… с ним посмотрим'

Марина Егорова. Представляет гражданскую власть острова. Ну с ней всё ясно. Ноль амбиций. Бездна чувства вины. Вот и пашет.

'Энтузиаст-общественник, блин… но полезна, полезна'

И два десятка глав общин, хуторов и посёлков.

И Саша.

'Ну тебя на закуску оставим'

На незнакомого обществу Дубинина это самое общество периодически метало заинтересованные взгляды.

— Андрей, докладывай. Что с 'полковничьими'?

Сёмин немедленно покраснел и набычился.

'Ну-ну, подёргайся, подёргайся. Ты своё уже отдёргался, хотя формально север тебе ещё подчиняется… ладно… живи покуда'

— Ушли, проклятые. Там за хребтом их хрен сыщешь. Зато зачистили весь юг.

— Конкретнее.

— Объединённые силы ополчения, дружины Заозёрного и наших силовиков на сегодняшний день уничтожили всех…

Капитан торжествующе прокашлялся.

— Всех бывших заключённых с рудника, разбежавшихся во время бунта. Шестьсот двадцать душ.

Народ одобрительно зашумел. Каторжане за полгода вольницы успели наворотить такого, что жалости к ним и их семьям не испытывал никто.

— Заодно, частью постреляли их баб, — Заместитель Верховного смущённо почесал нос. — А частью — нахрен вывезли. На островок. Полста миль к востоку. Пусть живут, как хотят. Я их предупредил: сунетесь — убьём.

— Это жестоко. — Егорова поджала губы, а из задних рядов пришелестело.

— Да пошла ты…

— Шевцов. Что с переписью? Управились? Докладывай.

Палыч вздохнул и с трудом поднялся. Нога, простреленная бандитами при нападении на посёлок, до сих пор болела.

— Да сядьте вы!

Палыч благодарно кивнул.

— Что получается. За полгода от рук преступников на хуторах и в посёлках погибло почти четыреста человек. Сильно конефермы пострадали. Их разграбили в первую очередь. Сейчас собрали уцелевшие кадры, лошадей пособирали, где могли. Одну ферму восстановили. ДОК сгорел.

— О людях, Палыч.

— Женщин много изнасилованных. Всего зарегистрировано почти пятьсот случаев. А сколько ещё молчит — один Бог ведает. Вспышка венерических заболеваний сейчас страшная. Врачи делают что могут, но говорят — аукнется это нам потом. С рождаемостью.

Шевцов посмотрел на Кузьмина.

— Ваши сильно помогают…

Помолчал и будто выплюнул.

— Федералы.

Дубинин слушал и офигевал. Оказывается, пока они там у себя в медвежьем углу тихо-мирно жили, здесь бушевала настоящая война! С сотнями жертв. А они — ни сном, ни духом. И 'папаша' хренов! Мог бы предупредить. Хорошо, что хоть автоматы оставил. Докладчик заговорил о его хуторе и Саша, встрепенувшись, вернулся на совещание.

— Последний случай. Хутор Дубровка, на побережье. Полностью сожжён. Убиты все жители. Кто это сделал, мы пока не знаем. Думаю, одна из тех банд, что мы недавно уничтожили.

Народ удивлённо и встревожено загомонил — уничтожение целого хутора со всеми жителями было случаем из ряда вон выходящим.

Шевцов криво улыбался, глядя на Кузьмина.

— И ХОДОК тоже… убит.

В зале повисла тишина.

'Ай да Палыч! Молодец! Знал, но ничего и никому…'

— Какой ходок? Он же умер… — Марина растеряно оглянулась на Кузьмина. Зал взорвался вопросами и криками.

— Тихо! — Дубинин с изумлением понял, что это крикнул он. Все присутствующие с не меньшим изумлением обернулись к неизвестному мужику — тот поднялся на ноги и коротко поклонился.

— Разрешите представиться, Дубинин Александр. Хозяин хутора Дубровка. Я расскажу вам про Максима. Про Ходока.

Глаза собравшихся заинтересовано заблестели.

— Дело было так…

Алматы,

Май 2013 г.

Макс остервенело скрёб своё тело пучком травы, сидя прямо посередине реки. Голышом и на виду у всех. Рядом, прижатая камнями, полоскалась одежда. Ну как одежда. То, что на нём было надето это… это… это…