Родина
Шрифт:
Родительский день.
Тоска. Погода будто плачет!
Такой сегодня грустный день.
Мы вспоминаем тех, кто значил,
Так много их, здесь нет теперь.
Слеза течёт о том, что было.
О том, что больше не вернуть.
По плитам мраморным, уныло,
Стекает в землю, чтоб шепнуть.
Что время так проходит мимо,
Как эта капля по плите.
И бьет в сердца неуловимо,
По их, несбывшейся мечте.
Погода плачет – плачут души,
Кап-кап, кап-кап, кап-кап, кап-кап
Не могут слышать даже уши,
И только сердце бьется в такт.
У душ ушедших нынче праздник,
Они встречают в гости нас.
«Какой ты в детстве был проказник»?
– Так вспоминают, они вас!
– Спасибо Вам, что не забыли!
Обнявшись душами – стоим.
И вспоминаем то, что было,
О жизни нашей говорим.
А рядом брошена могила,
И там стоит одна душа.
Как долго к ней не приходили?
А вечность длится не спеша.
В табличке стерлось его имя,
Лишь с фотографии глядят,
Глаза с прищуром волевые,
Весь в орденах, лихой солдат.
И стало как то очень стыдно,
За тех, кто просто позабыл,
Что подвиг предка очевиден,
И жизнь он детям подарил.
Моя душа пред ним склонилась,
Порядок быстро я навел.
В его глазах все изменилось,
Слезу дождя, рукой утер.
Я помянул его, как предка
И вспомнил тот неравный бой,
Он пересек судьбы разметку,
Чтоб вечно жить, во мне с тобой!
25.04.2017 г. АС
Экипаж.
I.
Наш экипаж готов к атаке,
Нам предстоит тяжёлый бой.
Мы все надеемся, как всякий,
Он не последний нам с тобой!
Механик в сотый раз проверил,
Машину к бою, пусть везёт.
Он в танке, как в себе уверен,
В дороге нас не подведёт!
Вчера громили мы фашистов,
По башне вдарил рикошет.
Наводчик ранен, бой неистов,
Отправлен мною в лазарет.
Наш экипаж два человека,
В засаде мы колонну ждём.
Он небольшой, но не калеки,
Машины мы, как факел жжём.
Стоит прекрасная погода,
У леса праздничный наряд.
Сентябрь – такое время года,
Березки выстроились в ряд.
А мы готовы – ждём сигнала,
Когда нам совершать налёт.
И время нам осталось мало,
Противник нас пока не ждёт.
Смотрю в прицел я на дорогу,
Движок – как мирный кот урчит.
Снаряд дослал теперь немного,
И нам команда прозвучит.
Вдруг, вижу я колонну тигров,
Штук десять – точно насчитал.
Сценарий боя нам обыгран,
Я бью второго – отсчитал.
А там ещё автомашины,
Пехота едет, будет бой.
И пушки сзади прицепили,
Ох тяжело, но не в первой!
У нас всего четыре танка,
И сорок молодых солдат.
Завысив нам сегодня планку,
Даст Бог враги не победят.
Наметил цель и жду приказа,
Снаряд зашел, щелчок – затвор.
Под башню бью – Ура, не смазал,
Огонь еду себе нашёл.
Меняем место, для дуэли,
Механик газ – скачек вперед.
Еще один, подбить сумели,
Два танка к нам по полю прёт.
II.
Вдруг оглушительный удар,
Наверно нас опять достали.
Из носа кровь, в груди пожар,
Для нас конец теперь баталий.
Пролез к механику, вперёд,
В броне дыра, снаряд взорвался.
Василий мертв, нам не везёт,
Откуда третий тигр взялся?
Тушу пожар, мотор урчит,
За рычаги – лишь лес спасенье.
И танк по лесу быстро мчит,
Его не видно – вот везение.
Ещё немного, глубже в лес,
Сюда не сунутся – мне плохо.
Теперь в овраг и танк исчез,
А рана на груди, жестока.
Глушу мотор, а силы нет,
Василий рядом он не дышит.
Он поседел, хоть мало лет,
Теперь родных он не услышит.
Он не успел мне передать,
Письмо жене – любимой Зое,
Хоть пару слов и не держать,
Дочурку Машу – землю рою.
Теперь лежать тебе в земле,
Здесь место светлое, берёзки.
Не долго здесь пробыть и мне,
Пишу жене, я эти строчки!
III.
Всю ночь промучился от боли,
В груди уже пожар угас.
Я потерял так много крови,
Что не могу поднять и глаз.
В душе, я полностью спокоен,
Обидно, что не сделал всё.
Стоит лицо передо мною,
Глаза и небо голубое – твоё!
Лежу я в танке на сиденье,
Над головой – открытый люк.
Передо мной одно спасенье,
Что нет теперь у нас разлук.