Чтение онлайн

Терри вытащил из кармана какой-то старый рецепт и уже писал на нем номер своего мобильника.

— Это в каком же смысле? Ведь ты же вроде в Лос-Анджелесе?

— Не-а. Без «Хотхауса» ошиваться там совершенно бессмысленно, и я всегда предпочту Нью-Йорк Лос-Анджелесу. Он, ну, ты знаешь… более настоящий.

Он отдал Гленне номер телефона.

Она сидела на земле с клочком бумаги в руке и улыбалась Терри; ее локти стояли на коряге, на лице играл пробивавшийся сквозь кроны деревьев свет. Она смотрелась потрясающе.

— Только я думаю, — сказала она, — мы будем жить в разных районах.

— Затем-то Бог и изобрел такси.

— Так это Он их изобрел?

— Нет. Их изобрели люди, чтобы безопасно добираться домой после ночи, проведенной в пьяном безобразии.

— Если подумать, — сказала Гленна, — большинство хороших мыслей направлено на то, чтобы сделать грех проще и безопаснее.

— Тоже верно, — согласился Терри.

Они встали, чтобы прогуляться, утрясти в желудке сэндвичи, и стали неспешно огибать литейную. Подойдя к ее фасаду, Терри приостановился и взглянул на широкую полосу обожженной земли. Было довольно странно, как это ветер понес огонь прямо к лесу, а затем поджег одно-единственное дерево. Этодерево. Оно все еще стояло, цепляясь за небо своими жуткими черными рогами. На Терри повеяло холодом, он содрогнулся.

— Смотри, — сказала Гленна, наклоняясь и что-то поднимая.

Это был золотой крестик на тоненькой цепочке; он качался у Гленны в руке, и на ее симпатичном лице играли солнечные зайчики.

— Красивый, — сказала она.

— Хочешь взять его себе?

— Я, пожалуй, загорюсь, если надену эту штуку, — сказала Гленна. — Бери лучше ты.

— Не, — покачал головой Терри. — Это девочковый. — Он отнес крестик к молоденькому деревцу, росшему у стены литейной, и повесил его на ветку. — Может быть, та, что его потеряла, когда-нибудь вернется.

Почти не разговаривая, только наслаждаясь тихим погожим днем, они обогнули литейную и вернулись к ее машине. Терри даже не заметил, как это произошло, но, подойдя к «сатурну», они держались за руки. Ее пальцы высвободились с явной неохотой.

Порывы ветра подметали лужайку, приносили запах пепла и осенний холод. Гленна обхватила себя руками и не без удовольствия передернулась. Откуда-то издали донеслись веселые задорные звуки трубы; Терри насторожился, но музыка, видимо, звучала из какой-то машины, проносившейся по шоссе, потому что через секунду она умолкла.

— Ты знаешь, я ведь о нем скучаю, — сказала Гленна. — Прямо не знаю как.

— Я тоже, — сказал Терри. — Но тут есть одна такая странность. Иногда, иногда мне кажется, что он так близко, что вот повернусь и его увижу. Улыбается и чуть ли не подмигивает.

— Да, я такое тоже чувствую, — сказала Гленна и улыбнулась — жесткой, щедрой, настоящей улыбкой. — Слышь, мне пора ехать. Может быть, в Нью-Йорке увидимся.

— Никаких там «может быть». Точно увидимся.

— Хорошо. Точно.

Она села в машину, захлопнула дверцу, помахала ему рукой и только потом тронулась с места.

После ее отъезда Терри снова обвел глазами пустую литейную, выжженную лужайку. Он знал, что должен бы думать об Иге, разрываться от горя… но вместо этого он думал, как скоро после его приезда в Нью-Йорк позвонит Гленна и куда он ее поведет. Он знал кой-какие места.

Прилетел новый порыв ветра, не прохладный, а уже по-настоящему холодный, и Терри насторожился: ему опять послышался звук трубы. Прекрасно сыгранный маленький рифф; в этот момент, впервые за недели, его снова потянуло играть. Затем звук трубы исчез, улетел по ветру, да и ему пора было двигать.

— Вот же чертовщина, — вздохнул Терри, сел в арендованную машину и уехал прочь.

Эксперты расходятся во мнениях относительно текста хита «Романтиков» «Что мне в тебе нравится». Иг поет «Твой шепот звучит все ближе и ближе», но многие слушатели утверждают, что Джим Маринос орет «Твой шепот звучит все тише и тише». Учитывая эту неразбериху, я разрешил Игги петь, как ему хочется, однако извиняюсь перед пуристами, если мы с ним ошиблись. Как верно заметила корректор этой книги, саранча вымирает уже в июле, но автор притворился, что он этою не знает — по этим знаменитым художественным причинам, о которых мы столько наслышаны.

Я глубочайше благодарен доктору Энди Сингху за описание BRCA1 — разновидности рака, которая свела в могилу сестру Меррин и могла бы свести и ее, не потребуй мой сюжет иного развития событий. А любые ошибки в смысле медицины принадлежат автору и только ему. Я благодарен также Керри Сингх и всему остальному сингховскому клану за то, что в процессе создания этого романа много вечеров позволяли мне выворачивать им руки.

Я не могу не поблагодарить Даньелл и доктора Алана Эйдса; когда мне нужно было место, чтобы работать и чтобы никто меня не беспокоил, они мне его нашли.

Я благодарен также персоналу «Ли Мак» за то, что кормили меня целых четыре месяца. Я благодарен своим друзьям Джейсону Кьярамелле и Шону Леонарду, прочитавшим эту книгу в рукописи и обеспечившим мне весьма плодотворную обратную связь.

Спасибо Рею Свайману, просветившему меня относительно креста в Дон Орионе, и моей сестре, священнослужительнице Наоми Кинг, указавшей мне несколько полезных мест в Библии. Полезным источником была также книга Барта Эрмана «Проблема Бога; как вышло, что Библия не дает ответа на самый важный вопрос — почему мы страдаем». Я прочитал «Проблему Бога», работая над пятым черновиком. Сильно подозреваю, что, прочти я ее раньше, это был бы совершенно другой роман. Не лучше и не хуже, а просто другой.

За сценой над книгой работала увлеченная издательская бригада из «Уильям Морроу/Харпер Коллинс»: Мэри Шук, Бен Бартон, Тавия Ковальчук, Линн Грейди, Лиате Стехлик, Лори Янг, Ньямекайе Валияя и корректор Морин Сагден. Благодарю их всех за то, что так много сделали для этой книги.

Нельзя не поблагодарить Джоди Хотчкисса и Шона Дейли, страстных книголюбов (а также страстных кинолюбов), бывших яростными сторонниками этого романа.

В какой-то момент мне самому стало казаться, что эта книга — дьявол; я благодарен своим редакторам Джен Брель, Джоу Флетчер и Питу Краутеру, а также литературному агенту Микки Чоату как за терпение, с которым они наблюдали мою борьбу с этой штукой, так и за их помощь, без которой мне бы и не обойтись. И в завершение я выражаю любовь моим родным, Леоноре и мальчишкам, — без них я черта бы с два закончил «Рога».