Чтение онлайн

– Подождите, Джордж, не торопитесь, ведь я же еще не сказал «да».

– Верно, но я не думал, что у вас остались какие-то сомнения.

– Простите, Джордж, если разочарую вас, но они есть. Что будет с моим телом?

– Да, верно, – нахмурился Хозяин, – я испытываю некоторое разочарование. Пожалуй, это действительно щекотливый и наиболее болезненный вопрос. Что, собственно, вас волнует, Бенни? Посмотрите на себя: вот оно, ваше тело, привычное и осязаемое, с вами. И оно останется таким сколь угодно долго. Если вы не захотите слегка усовершенствовать себя, например, вырастить крылья или жабры. В качестве эксперимента.

– Я все это понимаю, но настаиваю на обсуждении этого вопроса, для меня это очень важно.

– Важно сейчас, но поверьте, что этот предрассудок быстро проходит. Ну хорошо, я объясню. Тело подлежит переработке, после которой оно перестает существовать. Как только ваше сознание сливается с моим миром, тело умирает, не может оно жить без души.

– То есть вам нужна моя душа? – тихо спросил Адамс.

– Что? При чем тут душа? – Хозяин начинал сердиться. – Я употребил это слово как образ, совокупный образ вашего сознания. Видите ли, вы, человек разумный, состоите из семи духовных слоев, можете называть их астралами. Именно они и образуют вас как личность. Тело в число астралов не входит, оно имеет нулевой номер, понимаете, ноль! Тело – это временное местопребывание, одежда, которую мы носим, а потом выбрасываем, когда приходит время. Зачем сожалеть о костюме, из которого вырос, ответьте мне?

– Я никогда не задумывался о том, что вы сказали. – Бенни на минуту замолчал. Хозяин терпеливо пережидал паузу своего строптивого собеседника. – Получается, что после смерти человек не умирает, его душа, личность, сознание продолжают жить?

– Вряд ли я могу вам ответить на этот вопрос однозначно, друг мой, я могу только предполагать, основываясь на логике глубоких размышлений. Не исключено, что личность сохраняется, но вполне возможно, что распадается, сразу или через некоторое время. Никто не знает этого точно, ни наука, ни религия. Смерть – это тайна, которую неизбежно познает каждый. Что касается меня самого, если вам интересно, молодой человек, то я не спешу на пути к этому знанию, готов ждать пару миллионов лет, я не тороплюсь, и вас к этому призываю.

– Но религия учит верить в бессмертие души.

– Да, не исключено, что они правы, но что это меняет, Бенни? Если у вас впереди вечность, почему бы некоторое время из нее не уделить проживанию здесь, – Хозяин широко развел руками, – в этом чудесном мире?

– А не может ли это навредить?

– Бенни! Ну чего вы боитесь? Посудите сами, если бессмертие так или иначе вас ждет, что может ему навредить, ведь тело в момент смерти все равно умирает! А если бессмертия все же нет? Здесь-то вы его гарантированно получаете, ну, пусть не вечность, а миллионы лет, пока будет жива эта планета, какая разница?! Вы ничего не проигрываете в любом случае! Избавьтесь же от этих глупых переживаний насчет вашей бренной плоти, говорите – «да», и мы обнимемся, как истинные друзья.

– Подождите, Джордж, не спешите.

– Ну, что еще?!

– Поймите, для меня это очень важное решение, наверное, самое главное за всю жизнь.

– Ладно, говорите, но учтите, мое терпение почти иссякло.

– Я вас не задержу. Последний вопрос: мое тело еще живо, вы ничего не сделали с ним?

– Да, живо, живо, спит спокойно в каменном кресле. И еще долго может спать, ведь здесь время ощущается иначе. Мы мыслим и действуем несоизмеримо быстрее, чем во внешнем мире, там прошло всего минут тридцать.

– Разве такое возможно?

– Это факт, Бенни. Вопрос в другом. Я очень огорчен, вы последним вопросом подвергли сомнению мою порядочность, косвенно обвинили в коварстве. Нет, я не таков, я, несмотря ни на что, очень человечен. Кроме того, открою маленький секрет, чтобы вы окончательно успокоились. Я не могу уничтожить ваше тело до слияния. Что-то происходит, когда тело умирает, личность испытывает сильнейший шок и практически разрушается. Кстати, это не наводит вас на мысль, что бессмертия все-таки не существует?

– Это меня пугает, Джордж.

– Немудрено. Итак?

– Я говорю «нет».

Повисла долгая пауза. Лицо Хозяина посуровело, взгляд стал колючим и злым.

– Это ваше окончательное решение?

– Да. Я понимаю, что навлекаю ваше неудовольствие, но не могу переступить черту, я хочу вернуться во внешний мир и прожить столько, сколько мне отпущено Богом.

– Мальчишка! – крикнул Хозяин и вскочил с кресла. – Бога вспомнил! Очень вы, да и мы все, ему нужны! Нет на нашей планете Бога, а если и был, то ушел! – Джордж заложил руки за спину и, резко отодвинув ногой кресло, стал нервно ходить по комнате. – Если не хотите добром стать полноправным членом моего мира, то будете его пленником. Чудовищно, – вскричал он, – я ему предлагал свою дружбу! А он, песчинка, смеет спорить с ветром! Бенни, – Хозяин остановился перед Адамсом и угрожающе наклонился над ним, – вы глупец! Вы поняли, что нужны мне, что я не выпущу вас отсюда, но у вас не хватило ума поддержать мою игру, получить максимальные выгоды от добровольного решения. Что ж, пеняйте на себя.

Хозяин щелкнул пальцами, и уютная комната исчезла. Бенни мгновенно перенесся в массивное металлическое кресло, руки, ноги и шея оказались закованы, пошевелиться было невозможно. Вокруг ничего не было, ни стен, ни пола, только бордовые отсветы пламени со всех сторон. Кресло висело в воздухе, а вокруг горел огонь! Его сдерживаемая мощь пряталась в напряженном гудении всполохов и жаре, липнувшем к телу.

«Совсем как в конторе мусорщиков», – безучастно подумал Адамс. Он предполагал, что все закончится подобным образом. Может, он и вправду глупец и не стоило отвергать предложение Хозяина? Тем более, что он знал: предложение при отказе автоматически перерастет в ультиматум. Нет, он ни о чем не сожалел, но было жаль себя и немного страшно. Он закрыл глаза и вздрогнул: огонь был и там, за закрытыми веками, от него невозможно было спрятаться. Эх, подумал с иронией Бенни, а Джордж говорил, что он не коварный.

Шло время, ничего не менялось. А может, в этом огненном шаре время вообще остановилось? Похоже, даже внутренние часы здесь не работали. Бенни горько усмехнулся, они же биологические, а я их с собой не взял. На Адамса накатывалось оцепенение, тело немело, мысли начинали путаться. Но он боролся с этим, встряхивал себя, начинал размышлять, вспоминать хорошее и плохое. Главное – не терять контроля, думал пленник; судя по всему, Хозяин не просто меня сюда засадил, а пытается как-то меня обрабатывать. Очень мучительно было то, что от огня нельзя скрыться даже за закрытыми веками, казалось, что в них песок, их резало и кололо. Неужели и это Хозяин предусмотрел?

«Нет, дорогой Джордж, – разозлился Бенни, – так дело не пойдет!» Здесь нет ни огня, ни глаз, ни тела, это все внушение и самовнушение. Надо бороться! Но как? Что вообще он может, намертво прикованный… стоп! Что значит прикованный?! Здесь же голый разум. Это надо как-то использовать. Адамс огляделся. Может быть, это обман зрения? Но стена огня вокруг, кажется, стала ближе. Точно, и жара больше. Выходит, он меня должен или сломить, или спалить. Нет, надо искать выход. А где? Только в себе. Мир Джорджа нес только зло, от него надо оградиться.