Чтение онлайн

Пока я добивал Змия, Лукаш, повозившись немного с застежками и завязками, освободил голову витязя от шлема. И сразу стало видно, что это юноша лет двадцати. Очень бледный, без сознания, но живой. Прислушиваясь к едва слышному дыханию, находящегося в глубоком обмороке воина, Лукаш попытался привести его в чувство, хлопая ладонями по лицу и растирая уши… Но пока все было напрасно. Даже вылитая на лицо вода не принесла желаемого эффекта, рыцарь не приходил в сознание.

– Вот напасть, что же нам с тобою делать?

– Неужели ничему у деда не научился?

– Научился, – буркнул тот обижено. – И все, что мог уже сделал. Только, зашиб его Змий очень уж сильно. Странно, что вообще жив остался. Да и я не кудесник… Вот что, надо бы его разоблачить и пустить кровь. Чтоб не загустела. А не поможет и это, повезем в замок. Пусть с ним настоящий лекарь возиться. Так что ты лучше не мешай, а раз уж у тебя в руках меч, то добей коня, чтоб не мучилась зря животинка.

– Хорошо, – хоть мне и не слишком была по нутру работа мясника, но конь и в самом деле страдал напрасно. Да только и пары шагов сделать не успел, как послышался топот множества копыт и из-за холма вынесся отряд конницы.

– А ты беспокоился, что дите без няньки гуляет, – настороженно проговорил я, зная уже из приобретенного опыта, что здешние норовят: 'сначала рядить, а потом судить'. – Вон сколько тетушек и дядек поспешает…

Всадники, в свою очередь, тоже заметили нас. И увиденное, похоже, им не слишком понравилось. Потому, что они заорали что-то непонятное из-за расстояния, но вполне угрожающее, и пустили коней вскачь.

– Интересно, они всех так радостно приветствуют, или нам выпала особенная честь?

Я вернулся к рыцарю и положил рядом его меч. Интуиция подсказывала мне, что иные, слишком впечатлительные натуры, увидев оружие в руках у незнакомца, стреляют быстрее, чем думают. Мысль была не совсем правильная, что-то в ней кольнуло, но для более углубленных раздумий времени не оставалось.

Отряд конницы разделился. Несколько всадников гнало коней к нам, остальные заложили дугу, отрезая путь к лесу. А впереди тех, кто несся напрямик, выделялся рыцарь в черных латах и белым пером на шлеме. Я мог бы попробовать помериться с ним силами, но даже, если и удастся одолеть эдакого бугая, вряд ли остальные воины станут безучастно взирать на исход поединка. Мигом нашпигуют стрелами… Поэтому оставалось ждать и надеяться, что в этот раз, прежде чем в темницу тащить, хоть имя спросят.

– Вот и Зеленые Вепри пожаловали. Которым мы везем весть от баронеты! – заметил Лукаш. – Черный рыцарь – это, видимо, сам Ставр! О его силе, крестьяне когда зерно привозят каждый раз новые байки рассказывают. Трудно ошибиться. Едва ли где найдется еще такой здоровяк. Правда, я слышал, что после смерти графа, Ставр больше хозяйством занят. Как старший… – Лукаш взглянул на лежащего без сознания рыцаря. – И в этом случае, мы пытались помочь, Любомиру. Третьему из братьев. Потому как, средний Вепрь – Вышемир, больше к учению склонен, нежели к ратному делу. Есть у них и сестра – Весняна, но о ней мало рассказывали.

Тем временем Вепри взяли нас в кольцо.

– Кто вы такие и что здесь произошло? – воскликнул Ставр, поднимая забрало. Но ответа дожидаться не стал, а продолжил спрашивать. – Что с Любомиром? Тяжело ранен?! Вышемир, посмотри брата!

Высокий, сутулый мужчина в длинной черной хламиде с отброшенным за спину капюшоном уже и сам спешил к раненому. Потирая на ходу ладони, будто в предчувствии давно ожидаемого наслаждения.

'Вепрь средний… – догадался я. – Тот, что больше книжник, чем воин. Значит, и в лекарском деле понимание имеет. Только чего он так радуется? Родной брат без сознания лежит, а этот весел, словно на дармовую пьянку попал'.

А рыцарь тем временем уже снял шлем и, демонстрируя пышный слегка посеребренный смоляной чуб, длинные обвислые усы и густую бороду, спросил:

– Я – Ставр граф Зеленый Вепрь. Что вы за люди и что на наших землях делаете?

– Здравствуйте и вы, господин граф! – поспешил ответить внук мельника, прежде чем я собрался с мыслями. – Скоморохи мы. Игорь – кулачный боец, а я тяжести берусь подымать, или на руку бороться.

– Что здесь случилось?

– Рыцарь пострадал в битве со Змием, – взялся объяснять Лукаш. – Мы поспели только, чтоб успеть добить чудовище и помочь раненому. Господин виконт надел его на копье так ловко, что Змий уже почти подыхал. Так что нашей заслуги тут нет. Вся честь за победу принадлежит молодому рыцарю.

– Как он? – тут же поинтересовался Ставр.

– Жить будет, – отозвался Вышемир. – Этот малец, – уверенно указывая на Лукаша, – хорошо потрудился, удержал. Мне не совсем понятен метод целительства, но сработано надежно. Пара минут и Любомир сам очнется. Нога тоже срастется. Недельку полежит, и как новый будет…

– Вы поступили храбро и достойно, – смягчаясь, пробасил Ставр. – Будьте моими гостями. С развлечениями у нас в Зеленце последнее время довольно скудно. Все ваша братия в Турин перебралась, поэтому имеете возможность хорошо заработать.

– Благодарствуем. Охотно… – начал было кланяться Лукаш, но я, по какому-то наитию, шагнул вперед. – Непременно воспользуемся вашим приглашением, тем более, что должны передать известие графини Звениславе от баронеты Дубров.

– Вот как, – удивился Ставр и вопросительно посмотрел на меня. – Так вы, прямиком из Дуброва? Хорошо. Если сообщение срочное, я дам вам сопровождающих и скачите в замок.

– Ничего такого, что не могло бы подождать, пока виконт очнется. Тем более, он уже приходит в себя.

Юный рыцарь и в самом деле пытался сесть. Но сил хватило только приподняться, опираясь на локоть.

Некоторое время рыцарь мутным взглядом обводил все вокруг и не мог понять – где он? Как здесь очутился? Где его конь, оружие?… Что здесь делает Вышемир?

Любомир не сдержался от брезгливой гримасы, когда тот наклонился к нему слишком низко. Среднего брата он недолюбливал, за льстивость и тщательно скрываемую подлость натуры. И что, невзирая на благородное происхождение, тот пристал к касте хранителей. Даже сумел достичь третьего ранга. И с высоты постигнутой мудрости относился к младшему брату как к безмозглому балбесу, способному только махать мечом и морочить головы девицам. Соответственно, такое неожиданное беспокойство могло свидетельствовать лишь о его плачевном состоянии. О чем Любомир и сам мог утверждать со всем основанием: мышцы тела болели так, как будто по нему пробежалось стадо бешеных коров. Голов в двести… Со стопудовым бугаем впереди. Особенно правая нога…