Чтение онлайн

Бо краснеет.

Наконец Кьюрмих в кресле, по-державински завернувшись в шубу, нетерпеливо пошевелив покрытыми инеем усами, спрашивает у Бо:

– Что такое "командор"?

"Щорс идет под знаменем, - думает Бо, - щорс его знает".

Тогда Кьюрмих разворачивается из шубы, хватает черный мел и рисует на потолке

[+]

(мальтийский крест)

XXII

Грегуар живет у Кьюрмиха, курит трубку и рубит ему дрова.

Бо с Грегуаром идут сдавать бутылки Кьюрмиха. От голубого дома они спускаются они спускаются по ступенькам на улицу Херне. У входа в магазин Бо ставит сумку с бутылками на землю, чтобы помочь Грегуару снять рюкзак. Из сумки выпадает одна бутылка и разбивается. Бо приседает подбирать осколки и порезал палец.

И Бо с Грегуаром поднимаются по ступенькам обратно

к'Юрмиху

домой за йодом.

XXIII

На военке Бо сбивал сосульки с крыши длинной палкой, пока одна из них не пробила ему голову, кровь полилась по лицу, и трясущийся гражданский дяденька повел его через дорогу в травмапункт.

Вечером в гости к больному Бо на Каре пришли Силь-Бухра с Вороной на голове. Они подарили ему повязку, а он показывал им сосульку, пока она не растаяла.

XXIV

Летом Бо со Слайком сидят на скамейке в ЦПКО, и Слайк рассказывает Бо про половое созревание.

Летом маленький Слайк с мамой поехали по путевке в Прибалтику, и там Слайк коротал одиночество на пляже среди каких-то странных предметов из материала, похожего на пенопласт, но гораздо тверже и другого цвета.

XXV

На Пасху Бо со Слайком идут в церковь с зелеными куполами в двух шагах от Главного здания. В церкви серьезный Солонич в очках крестится и кланяется. Бо со Слайком крестятся и неумело кланяются.

Впереди всех у иконостаса крестятся и кланяются разные женщины Плуцера.

Вокруг церкви темнеет пьяное быдло.

Бо со Слайком возвращаются из церкви на Пяльсони, идут к Пильке на третий этаж в крайнюю комнату напротив женского туалета и пьют чай с яйцами шепотом, потому что Алка сказала, характерно прикрывая рот ладошкой, что маленький Пилька только что уснул.

XXVI

Черемуха

Климуха ходит вся в белом как черемуха и всем радуется.

"Бо милый! ты, пожалуйста, приходи к нам почаще. Мы тебя очень любим и ждем, даже когда официально не приглашаем. Приходи всегда когда захочешь. Ты давно не был у нас в гостях. Если этот повод кажется тебе недостаточным для посещения, можешь придумать свой".

"Жаль, что не застала тебя.

Я ужасно по тебе соскучилась.

Надеюсь, что у тебя все

хорошо".

Климуха ходит вся-вся в белом и ужасно рада всех вас видеть!

Часть третья

I

Шива-навыкат

Шива работал по распределению на острове Сарема учителем литературы и ездил на велосипеде. Шива приехал на велосипеде на Пяльсони на открытие доски в свою честь в комнате, где он жил. Шива приехал в строяк в тапках. Внешне Шива не производил впечатления сильного человека, но он одной рукой взваливал женщин на плечо, если нужно было перенести их через лужу. Насчет силы Шивы считалось, что это единственный человек на Пяльсони, с которым считались гегемоны.

У него такая в общем ничем особенно сильно не запоминающаяся русско-еврейская внешность. Из-за того что очки такие сильные, кажется что глаза немного навыкате. А самое замечательное, то что может наблюдать женщина, когда он вот с ней разговаривает. У него расслабляются все мышцы лица, а глаза как-то смотрят так, что он не то что тебя раздевает взглядом, а как будто проникает вовнутрь через все отверстия, и главное, от этого никак нельзя защититься.

Не то что он прищуривается, нет, он смотрит на тебя широко раскрытыми глазами.

Шива во ВГИКе. Шива катается по Пяльсони на велосипеде в очень толстых очках с большими монтажными ножницами. Шива снимает множество маленьких фильмов, чтобы когда-нибудь склеить из них один большой.

II

Конец Жени Доброго

Женя Добрый умер от разрыва сердца. У Жени Доброго было большое доброе больное сердце, большие добрые сильные руки и ужасно бестолковая голова. Про таких говорят "был без башни".

Женя Добрый ломился во все двери с запершимися от него женщинами, слушал "Депеш мод" и пил, пока его большое доброе слабое сердце не начинало прыгать по коридору.

III

Две справки

Бо собирался в Дурку брать академку. Накануне в стотретьей Бер учил Бо не спать, что говорить и как себя вести. Не спать, чтобы под утро выглядеть понеадекватней. Не употреблять терминов, например, не говорить: "У меня депрессия", - сразу отправят. В случае удачи академку могли дать сразу, а могли продержать в дурке недельку-другую.

Бер прошел не только простую Психушку, но и полный Дурдом, где он насмотрелся ужасов и наслушался кошмаров. В Психушке Бера любили все врачи и спасали от армии. Наслушавшись за ночь ужасов от Бера и прочитав несколько страниц учебника по психиатрии, Бо с утра отправился под проливным дождем в Психушку на Стадиони.

– Пишете что-нибудь?
– сразу спросила у Бо высокая серьезная эстонская женщина-врач, обратив к нему свое внимательно-волевое лицо. И не успел Бо ответить уклончиво-утвердительно, как она сразу удовлетворенно кивнула и стала писать справку.

Бо приехал в первый раз в Тарту поступать. В Главном здании ремонт, в приемную комиссию приходится продираться сквозь строительные леса. Вдруг у Бо не приняли документы: у него нет справки о психическом здоровьи и фотографии с уголками.

Уголки добили Бо. Эстонский фотограф согласился снять его только через неделю. И Бо убито отправился за справкой через реку на Ленинградку в медпункт на втором этаже. В медпункте на втором этаже две пожилые эстонские женщины-врачи вдруг сразу дали Бо справку! Бо так обрадовался, что влюбился в первую белобрысую эстонку и долго шел за ней по пешеходному мосту.

IV

Маленький автобус

На похоронах Кьюрмиха кролики перегрызлись с поросятами.

Гуртавый медлит Выспреннийстрекочет

Рокочет сплетень

Медлит кучевряжась

Рахат лукумый Китоврас растенье

Окрошка справясь Маленький автобус.

Тело Кьюрмиха выставлено в актовом зале Главного здания. В задней аудитории толпятся поколения студентов, занимая очередь в почетный караул.

– Поздравляю, - говорит Солонич Бо.

– С чем это?
– спрашивает у Бо любопытная И.