Чтение онлайн

Ромул лежал в шалаше Юлия на соломе, покрытой попоной.

— Скажи, сын Марса, ты давно это выдумал? — спросил Юлий.

— Нет, во время пира. Увидел, как нас много, молодых и сильных, и подумал: что мы — толпа, войско, община или народ? И решил, что все вместе.

— Это бог говорил твоими устами. Я давно думал об общине, но не мог найти опоры для начала. А ты нашёл! Завтра ты станешь нашим царём, — продолжил Юлий. — Ты дал людям надежду, за ночь она созреет и вознесёт тебя над нами. Мы будем слушаться тебя и ждать от тебя чуда, — Юлий остановился и, помолчав, спросил: — А ты? Может быть, ты будешь возиться с нами, пока не устанешь? Как младенец с игрушкой?

— Ты спятил? — рассердился Ромул. — Какая игрушка, полтысячи храбрых парней! Тех, кто доверится мне, я спасу или погибну с ними.

Ромул вспомнил свои детские мечты, в которых воображал себя Энеем. Так вот как это бывает! Ни царских плащей, ни торжественных слов. Но тем не менее (о, бессмертные боги!) само собой получилось, что он оказался вождём небольшого народа. Да и вряд ли больше было людей и у Энея. Конечно, Эней был знатен, но и Ромул а боги не обошли, он сам сын бога и принадлежит к древнему роду Сильвиев, прямых потомков Аскания-Юла, сына Энея и Лавинии. Что же помешает Ромулу устроить жизнь людей по законам справедливости и сделать свой народ примером для других?

Утром Ромула единогласно избрали царём. Первое, что он сделал, по примеру Рема, назначил заместителей, ими стали Юлий, Руф и Квинт. Казначеем Ромул поставил Клавса, вспомнив слова царя Тация о честности сабинян. Он поручил Клавсу набрать стражу и обеспечить охрану остатков караванной добычи, которую объявил общинным имуществом. Потом он нацарапал записку, позвал Юлия и велел ему ехать в Габии за Туском, которого собирался послать к этрускам в Пиргу, порт торгового города Цере, чтобы предложить тамошним корабелам мачтовую сосну. Ему было стыдно посылать друга, которому стольким обязан, но кому кроме Туска он мог доверить такие переговоры?

Юлий в одежде, взятой из дорожного тюка Тивула, выглядел вполне пристойно. Ромул для поездки дал ему своего Рыжего, и посланец скрылся в лесу. Новоиспечённый царь пошёл в казнохранилище — наскоро устроенную землянку, где уже успели сложить связки бронзовых палок и запасы продуктов, и вместе с Клавсом попытался определить, надолго ли им всего этого хватит. Их отвлёк неожиданный стук копыт — у землянки появился запыхавшийся Юлий.

— Беда! — крикнул он, спрыгнув с коня. — На нас идут ценинцы.

Оказалось, не желая попадаться на глаза стражам тускульского укрепления, которые его хорошо знали, Юлий решил ехать в Габии мимо Ценины, и на краю леса встретил сотни полторы отдыхавших пеших ценинцев. Юлий назвался охотником, угостил начальника вином из дорожного бурдючка, и тот сообщил, что солдат послали отогнать лесных бродяг подальше от города. Так что очень скоро можно ждать нападения.

— Надо скорей разбегаться, — закончил Юлий.

— Никакого бегства, — оборвал его Ромул. — Примем бой!

Ромул выбежал в центр поляны, вскочил на дерновое возвышение и закричал:

— К бою! Квинт, Руф, Юлий — ко мне! Ты, — ткнул он Юлия, — собери всех, у кого есть настоящее оружие. Собери и построй в четыре ряда, будешь центурионом ударного отряда. Ты, — обернулся он к Руфу, — построй остальных, пусть вооружаются топорами, жердями, рогатинами, дубинами. Будешь центурионом вспомогательного войска. А ты, Квинт, собери и возглавь отряд лучников. Пусть твои люди берут луки и у имеющих другое оружие, но запоминают, у кого взяли и после битвы вернут. Учтите, времени у нас мало. Как исполните, возвращайтесь сюда.

Ромул огляделся, обдумывая план сражения. Тем временем справа быстро рос строй ударной центурии, вооружённой мечами и копьями. Напротив выстроились юноши с кольями и дубинами. Их было гораздо больше, и надо отдать должное Руфу — он распределил бойцов по видам оружия. Кольеносцы стояли отдельно от дубинщиков, рогатники от топорников. Лучников оказалось совсем немного. Ромул определил число воинов первого ряда: получилось около сотни с мечами, полсотни лучников и больше трёх сотен всех прочих.

Выполнив задание, трое командиров подошли к Ромулу.

— Сейчас я сам не буду драться, — сказал он. — Важно следить за боем. И вот что, — обратился он к Руфу. — Мне нужны целеры. Человек пять хороших бегунов без оружия для передачи приказов.

Руф отбежал к своему строю и привёл пять худощавых юнцов. Ромул поднял руку с мечом и заговорил медленно и громко, так, чтобы всем было слышно:

— Слушайте план битвы. Ценинцев полтораста человек, они в шлемах, панцирях, лучше владеют оружием. Но нас втрое больше, и мы победим. Наша цель — опозорить противника. Лучше всего — никого не убить, а всех захватить в плен. За убитых получим войну, за пленных — телятину! Поэтому приказываю без нужды не убивать, тонущих вытаскивать. Пленных обобрать до нитки, но не бить. Пленные считаются общими, захваченные вещи получает тот, кто добыл. Дубинщиков и топорников назначаю сторожить пленных. Топорники, если бить, то только обухом!

Главная роль достанется второй центурии и отряду лучников. Как будут действовать ценинцы? Сперва станут нас искать. Надо сделать так, чтобы нашли легко. Поэтому вторая центурия разжигает большие дымные костры и изображает отдых с пением. Наше главное оружие — внезапность.

Скорее всего ценинцы войдут на поляну с севера, со стороны, которая у меня за спиной, и бросятся на сидящих у костров. Вторая центурия! Вы должны изобразить панику и под прикрытием воинов с кольями и лучников отступать в сторону болота. Скрывшись из глаз, перебегайте обратно, огибайте врагов и нападайте на них со спины. Кто окажется слева, кричат: «Тут топко!», «Помогите, я провалился!» или что-то в этом роде. Пусть ценинцы думают, что болото там. А там будет первая центурия.

Первая центурия! Вы отходите шагов на триста от левого северного края поляны и прячетесь там. По приказу возвращаетесь и незаметно окружаете поляну. Ваша цель — перехватить беглецов.

По местам! Приступить к выполнению!

Центурионы бросились к отрядам, первая центурия двинулась в лес, вторая занялась кострами.

Ромул повернулся к целерам:

— Видите тот дуб за кустами? Подсадите меня на ветку, а сами прячьтесь в кустах. Будем ждать.

Костры в середине поляны уже вовсю дымили, и от них неслись заунывные песни.