Чтение онлайн

Но не свезло.

И южане повезли с собой домой всякое, в особенности еду. Да, такую толпу она не спасет. Но хоть немного облегчит их ситуацию.

Беромир же стоял на небольшом пригорке, смотрел им вслед и думал. Пытаясь предугадать, как они поступят. И сможет ли он их впоследствии использовать. Слишком уж они легко согласились на предложение ведуна. Да и вообще… словно бы действовали по плану какому-то…

[1] На самом деле фамилия Попандопуло не уникальна и не выдумана специально для того фильма, а вполне распространенная греческая фамилия, которую можно было бы перевести на русский язык как «Попович».

Часть 3

Глава 7

167, декабрь, 8

— Ты живой! Живой! — воскликнула Злата, подбегая и вешаясь Беромиру на шею.

Он с ребятами только вернулся и едва успел выбраться на мосток. А она уже тут как тут. Прибежала. И сразу в слезы. И эмоции выплескивая через край, да так, что они аж оглушали.

— Тише, тише… спокойнее. — растерялся ведун, невольно уступая такому порыву и встречно ее обнимая.

— Я так переживала, так плакала… Мыслила уже, что ты не вернешься. На смерть же шел. Мы все тут вас оплакивали… убивались…

— Все хорошо, милая. Все хорошо, — поглаживая ее по спине, повторял он. — Видишь — мы все живы. Даже раненых нет. И не болеем. Вон — погляди, один другого свежее и бодрее. Даже выспались ладно. В катамаране под парусом идя, можно вполне выспаться и отдохнуть, если не твоя смена.

— Так вы в драку не вступали?! Ну и славно! Так даже лучше!

— Почему же? Вступали. И перебили много роксоланов.

— ДА?! — дивлено, сквозь слезы воскликнула она.

— Перун на нашей стороне. — жизнерадостно ответил Беромир.

— Истинно так, — порывисто произнесла она и прижалась как можно сильнее, а потом шепнув на ушко, что ждет ребенка.

Мужчина опешил.

Прям даже как-то растерялся, еще сильнее, чем ранее под напором ее эмоций. Он, конечно, выполнял супружеский долг, тем более что это было приятно, с такой-то красавицей молодой, но про детей как-то не думал. Сразу не получилось, вот и махнул рукой. Порешив, что жена травки какие из осторожности пьет. Ну или еще какие сложности. В конце концов, у него дел и других хватало, чтобы подобными вопросами забивать себе голову. А тут вон оно как вышло…

— Рад, что у вас все получилось. — произнес подошедший Борята, который шепотка Златы не мог расслышать, но обычный разговор вполне.

— А ты здесь чего? — осторожно поинтересовался ведун.

— Как услышал про нападение, сразу взял своих дружинников и поспешили сюда, на выручку. Здесь и ждали вашего возвращения, заодно приглядывая за раненными. Все ж одного страха перед ведьмой Мары для этого недостаточно.

— Милая, — обратился Беромир к жене, — может ты меня уже отпустишь? А то повисла и висишь. Задушишь еще.

— Нет. — решительно произнесла Злата, а потом жалостливым тоном добавила. — Ну пожалуйста, я так соскучилась.

— Негоже так жене вести себя! — повысил голос ведун и нахмурился, отчего она вздрогнула, немного отпрянув. — Муж с дороги, а стол не накрыт? Чем ты его потчевать станешь? И спутников его? После потешимся. Ныне праздновать надобно победу нашу и славное возвращение.

— Ой! — воскликнула она и упорхнула под улыбки всех присутствующих мужчин. Да не просто так, а подрядив вдовиц да Дарью еду готовить, ну и сама в это погрузившись с головой. Ведь по краю прошла в ее понимании — чуть сама молодой вдовой не стала.

— Вижу, удача на твоей стороне. — произнес Борята, провожая взглядом Злату. — Все живые и здоровые вернулись, пройдя через две битвы.

— Да какие это битвы, — махнул рукой ведун. — В каждой из них меньше сотни человек участвовало. Так — стычки мелкие.

— Я помню, ты рассказывал о великих битвах, которые гремят в ромейской державе да в иных местах. О тысячах и тысячах воинов, что только лишь гибнут в них. Но для наших мест и такие стычки, в которых ты сходился с супостатами, за битвы сойдут. И ты провел своих людей через две такие, и они остались живы. Даже раненых я не вижу. Неужто спрятал где?

— Ты их не видишь, потому что их нет. — улыбнулся ведун.

— Чародейство! — воскликнул один из дружинников Боряты.

— Помощь Перуна и Велеса, — осторожно возразил Беромир. — Один подсказал, как лучше сделать, а второй вложил дух, дабы претворить это все в жизнь. Мы даже не сходились врукопашную. В первом случае закидали недруга дротиками, и во втором. Правда, подкравшись ловко и застав степняков отдыхающими у костров. Оттого они и не смогли оказать никакого сопротивления. Даже луки натянуть не успели.

— А много было тех роксоланов?

— Почти шесть десятков.

— Ого! — воскликнул и сам Борята, и его ребята. Да и вообще, все, кто присутствовал и слышал. Ибо в их понимании такое количество роксоланов — сила запредельная. Во всяком случае, воинов. А тут молодые неопытные ребята пошли и победили их. Без потерь. Перед тем одолев набежников, которых числом было вдвое больше, чем самих учеников Беромира. Как в такое поверить?

— А тут нет ошибки? — осторожно спросил дружинник Боряты, высказывая общее мнение.

— Мы все умеем считать, — ответил вместо ведуна один из его учеников, тот самый, что бросал ему вызов, обвиняя. — Роксоланов было пятьдесят семь человек. Это почти шесть десятков.

— Да, да. — закивали остальные ученики. — Поклясться в том можем. На оружие.

— Да ты сам сейчас все увидишь, — улыбнулся Беромир.

И ребята стали разгружать трофеи. В первую очередь — доспехи.

К середине IIвека у сарматов в целом стали наблюдаться проблемы со снаряжением. В первую очередь металлическими доспехами. Это выразилось в том, что к концу Iвека в обиход прочно вошла кольчуга, замещая металлическую чешую. Ту, что являлась визитной карточкой сначала скифского, а потом сарматского мира.