Чтение онлайн

– «Все мужчины наглецы», – подумала она, и уже перед самой стойкой, доставая паспорт и билет, посмотрела назад.

С высоты своего роста усмешливым взглядом на нее смотрел красавец культурист. Тот самый. Кто мешал ей раньше обернуться? Только теперь Эльза призналась себе, что втайне стояла и мечтала об одном, увидеть его рядом с собою, прилагающего усилия к знакомству. А тут так здорово получалось.

Но ничего, они, оказывается, будут лететь одним рейсрм в Москву. То есть она его видит в первый, но не в последний раз. Ей срочно надо было исправить ошибку и дать парню повод представиться. Наплевав на свои высокие принципы, Эльза мило ему улыбнулась. Брошенную ею кость, этот породистый кобель не захотел поднимать.

«Не знает наверно ни слова по-немецки, – подумала она, – а по-русски, думает, не знаю я». Так она объяснила себе причину его молчания. А парень, как умудренный опытом рыбак, почувствовал, что белорыбица клюнула, но еще не поняла, что попалась на крючок. «Эх, жаль пари не заключил», подумал он, – беспроигрышный вариант».

Огорченная Эльза вынуждена была отвернуться. Впереди стоящий пассажир получил на руки документы и освободил ей место перед стойкой.

– Ваш билет! – деловито прозвучал голос таможенника. Ей показалось, что он моментально сфотографировал ее своим изучающим взглядом и неожиданно улыбнулся. – А я вас сразу узнал, фрекен Эльза. В Москву надолго?

– На неделю! – Пришлось в ответ улыбаться и ей, и еще благодарить.

Парень, стоящий за ее спиной, видимо, знал азы немецкого языка, потому что полунасмешливая улыбка, таившаяся по краям его губ, вдруг превратилась в презрительно-пренебрежительную.

На билете появилась отметка и Эльза прошла в приемник-накопитель, в зал ожидания. Мысли роились вокруг одного и того же. Теперь она нещадно ругала себя за излишнюю гордость. Кто не давал ей повернуть вовремя голову. Давно бы уже болтали с парнем обо всем на свете. Хоть он и прожигал ее взглядом, но дожидаться от него новой попытки знакомства можно до скончания века. Она решила схитрить и взять инициативу в свои руки. Для начала как бы в раздумье Эльза остановилась посреди зала-накопителя.

Сейчас проверят документы у парня, и она вроде бы нечаянно станет рядом с ним. А там как бог на душу положит. Боковым зрением она видела, как парень, пройдя контроль, легким движением руки закинул на плечо необъятную сумку и стал высматривать в зале угол посвободнее. Всеобщее внимание ему видно надоело, и так взоры половины зала были обращены на него. Вторая половина смотрела на Эльзу.

Мужчины любовались ею, а женщины мысленно хрустели косточками современного Геракла. «Глянет он на нее или нет?» – гадала Эльза, – если глянет, значит засвербило на душе, значит хоть маленькая, но заноза осталась». Она покрутилась на месте, делая вид, что высматривает свободные кресла, расставленные по периметру зала. «Ну же, проявляй инициативу», говорили ее глаза, остановившиеся на минуту на нем. Парень вскользь посмотрел на нее, ей показалось, даже двинулся в ее сторону и… наглец остался на месте.

«Истукан! – мысленно обругала его Эльза. – Ничего, – успокоила она себя, – клюнуло и сорвалось. Заставлю его заговорить, в другом месте, при входе в самолет. Сделаю вид, что он меня ненароком толкнул. Пусть извиняется. Так и познакомимся. Не самой же унижаться. Хотя, – где-то в дальнем углу шевельнулась мысль, – можно будет, в крайнем случае, представиться журналисткой, попросить интервью. Так что никуда не денется.»

Эльза была опытной женщиной, без хлыста укрощала еще и не таких породистых жеребцов. Она мысленно представила, что уже взнуздала его. На душе, как бальзам разлился. Дилеммы о том, казнить или миловать, не возникало. На этот раз, так и быть, она помилует его.

Успокоив таким образом себя, она немного расслабилась. И зря. Таможенный контроль прошла семейная пара с великовозрастной восторженной девицей, дочкой лет шестнадцати, которая крутила головой во все стороны. Видно первый раз была за границей. Увидев посреди зала культуриста, на которого уже положила глаз Эльза, девица дико закричала и понеслась в его сторону. Она чуть не повисла у него на шее.

– А я вас вчера по телевизору видела, вы предпоследнее место заняли, – обрадовано на весь зал объявила девица. Парень кисло скривился, а в зале улыбнулись. Девица, не замечая допущенной оплошности, продолжала тарахтеть:

– Какая несправедливость… У вас шея, мне кажется, толще чем у победителя Ганса, а этот турок Ибрагим, которому дали второе место рядом с вами больше был похож на паука. Если бы я судила, я бы вам первое место дала.

Парень видимо привык к восторженным дурочкам и сказал дежурное «спасибо». А девица только что не взобралась на него.

– У вас такая замечательная стойка, а какой торс, когда вы руки сзади сцепляете. Просто отпад. Вы не переживайте. Можно я рядом с вами сфотографируюсь?

Родители не обращали внимания на взбалмошную дочь, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. Они спокойно остановились в стороне. Глава семейства достал из кармана платок и стал вытирать вспотевший лоб. Он недовольно махнул дочери, потом достал из сумки фотоаппарат и щелкнул их два раза. В третий раз, заметила удивленная Эльза, он, кажется, щелкнул и ее. Значит, сам будет проявлять фотографии. О, мужчины, в любом возрасте они неисправимы.

Наконец, родители, позвали дочь, а в зал вошла дежурная по залу.

– Рейс на Москву! Прошу приготовиться к посадке! – громко объявила она. Дежурная первая прошла через турникет, а за нею по длинному кишке-коридору потянулась толпа пассажиров. Эльза шла чуть-чуть впереди парня-культуриста, постоянно удерживая его боковым взглядом в поле зрения. Она была рада, что сегодня надела короткую юбку. На ее аппетитные ножки только слепой не мог обратить внимание. При этом она умудрялась еще и слегка покрутить повилять бедрами. Стороннему наблюдателю не могло и в голову прийти, то она ловит на живца идущего сзади парня.

Сейчас Эльза была довольна, что не уподобилась той взбалмошной девчонке, что сходу, на виду у родителей бросилась ему на шею.

Вельможно она вела себя в очереди к таможенной стойке, повернула в его сторону голову, но не предприняла попытки заговорить с ним.

Теперь его пассивность начала беспокоить ее. Как же трудно быть женщиной, уплывал последний шанс познакомиться с ним. Надо было что-то срочно предпринимать. Не условности и нормы света двигали ею, а живая, неуемная плоть.

Они подходили к открытой двери ведущей в самолет. Парень был у нее за спиной. Парень скинул с плеча свою необъятную сумку и пригнул голову, готовясь нырнуть за Эльзой в проем двери. Она отступила чуть в сторону освобождая проход и когда рядом с нею, как лодка, показался его баул, сделала вид, будто он ее прижал к стене. Натурально вышло. Медведь влез в берлогу. Стюардесса, встречающая пассажиров, заволновалась. Она попробовала выдернуть вперед Эльзу, но теперь все пространство впереди занимала необъятная сумка, а следом за нею влез и сам хозяин. В тамбуре вдруг стало тесно. Парень протягивал билеты стюардессе.