Чтение онлайн

— Наверное, мы ее пугаем, — произнесла Рози.

— Возможно, но не очень сильно. Если попытаемся подойти ближе, она станет защищать детенышей.

— Да, — согласилась Рози. — А если обидим их, она заплатит.

Он бросил на нее странный взгляд.

— Ну, думаю, по крайней мере, попытается.

— Я рада, что ты привел меня сюда.

Его лицо озарилось улыбкой.

— Спасибо.

— Давай уйдем. Я не хочу пугать ее. К тому же я проголодалась.

— Хорошо. И я тоже голоден.

Билл поднял руку в торжественном прощальном жесте. Самка смотрела на него блестящими немигающими глазами… а затем сморщила морду в беззвучном рычании, обнажая ряд аккуратных белых зубов.

— Да, да, — сказал он. — Ты хорошая мама. Заботься о них получше.

Он повернулся и зашагал по тропинке. Рози пошла было за ним, но потом остановилась и в последний раз посмотрела в блестящие немигающие глаза. Лисица по-прежнему скалила зубы, предупреждая, что готова защищать свое потомство, если надо. Ее шкурка была скорее рыжая, чем красная, но нечто в ее цвете — наверное, разительный контраст с пышной зеленью — заставил Рози содрогнуться. Низко над головой пролетела чайка, чиркнув тенью по поляне, но лисица не сводила глаз с Рози. Даже когда она повернулась и последовала за Биллом, Рози казалось, что все еще чувствует взгляд хищницы — внимательный и глубоко сосредоточенный в своей неподвижности.

— Они не погибнут? — спросила Рози, когда они снова вышли к воде.

Держась для равновесия за его плечо, она сняла кроссовки сначала с одной, затем с другой ноги.

— Ты хочешь сказать, не станут ли они добычей охотников?

Рози кивнула.

— Нет, если не будут совать нос в сады и курятники, а у мамы с папой хватит ума не тащить их к какой-нибудь ферме, — короче, если они будут вести себя нормально. Самке года четыре, наверное, самцу лет семь или около того. Жаль, что ты его не видела. У него кисточка на хвосте цвета листьев в октябре.

Они прошли половину пути к месту для пикников, шагая по мелководью. Рози увидела впереди черные ботинки на той скале, где Билл их оставил, и белые носки, аккуратно уложенные на квадратные носы ботинок.

— Что ты имеешь в виду, под «если будут вести себя нормально»?

— Бешенство, — пояснил он. — Слишком часто именно водобоязнь толкает их к человеческим садам и курятникам. Заставляет показываться на глаза людям. И приводит к гибели. У самок бешенство наблюдается чаще, чем у самцов, и они могут обучить своих щенят всяческим опасным гадостям. Самцы погибают от болезни довольно быстро, но самки способны жить долгое время, становясь все хуже и хуже.

— Правда? Какой ужас.

Билл остановился, посмотрел на бледное задумчивое лицо Рози, затем притянул к себе и обнял.

— Совсем не обязательно, чтобы все произошло именно так, — заверил он ее. — Пока что звери прекрасно себя чувствуют, насколько я могу судить.

— Но ведь может случиться такое, верно? Ведь может?

Он задумался над ее вопросом, затем кивнул.

— Конечно, может. Все может случиться. Идем, пора завтракать. Что скажешь?

— Скажу, что звучит заманчиво.

Но втайне она подумала, что вряд ли теперь, когда ее словно преследует взгляд блестящих лисьих глаз, съест много. Впрочем, когда Билл принялся выкладывать еду, Рози моментально ощутила жуткий голод. Рано утром она ограничилась стаканом апельсинового сока и единственным гренком; взволнованная (и испуганная), как невеста перед венчанием, она полностью лишилась аппетита. Теперь же при виде хлеба и мяса Рози начисто забыла о лисьем семействе, живущем к северу от пляжа.

А Билл извлекал из сумки-холодильника все новую и новую снедь: бутерброды с холодной говядиной, бутерброды с тунцом, салат с цыпленком, салат с картофелем, салат из капусты с морковью, две банки кока-колы, термос чая со льдом, два куска пирога, кусок торта, — все это напомнило ей клоунов, вылезающих из маленькой машины в цирке, и она, не выдержав, рассмеялась. Наверное, с ее стороны это было невежливо, но Рози настолько проникнулась доверием к нему, что формальное соблюдение правил хорошего тона перестало быть необходимостью. И слава Богу, потому что чувствовала, что даже правила хорошего тона вряд ли остановили бы ее.

Он поднял голову и посмотрел на нее, держа в одной руке солонку, а в другой — перечницу. Она увидела, что дырочки на солонке и перечнице аккуратно заклеены прозрачной лентой, и ей почему-то стало еще веселее. Рози опустилась на скамейку рядом со столом, закрыла лицо руками и попыталась успокоиться. Ей почти удалось это, но тут посмотрела сквозь пальцы на стол и увидела гору сэндвичей — полдюжины для двух человек — на аккуратно разрезанных по диагонали кусочках хлеба, завернутые в прозрачную пленку. Она снова расхохоталась.

— В чем дело. Рози? — спросил он, улыбаясь. — Что случилось?

— Ты случайно не ждешь, что к нам кто-нибудь заглянет? — спросила она, продолжая хихикать. — Какая-нибудь футбольная команда, например? Или отряд бойскаутов?

Билл улыбнулся еще шире, но в глазах сохранялось все то же выражение сосредоточенности. Это было довольно сложное выражение, свидетельствовавшее о том, что он понимает одновременно и смешную сторону ситуации, и ее серьезность, и по этому взгляду Рози наконец поверила, что он действительно равен ей по возрасту или, во всяком случае, близок к ней, что в данных обстоятельствах почти одно и то же.

— Я просто взял всего понемножку, чтобы ты выбрала еду себе по вкусу, вот и все.

Приступ смеха постепенно угасал, однако Рози продолжала улыбаться, глядя на него. Больше всего ее поразила не предусмотрительность Билла, от которой он казался только моложе, а открытость и искренность, делавшие его старше.

— Билл, я могу есть практически все, — сказала она.

— Я так и думал, — произнес он, присаживаясь на скамейку рядом с ней. — Но дело совершенно в ином. Мне важно не то, что ты можешь терпеть или с чем согласна примириться. Гораздо важнее узнать, что тебе нравится. Я хочу дать тебе все, что ты желаешь, все, что нравится, потому что ты свела меня с ума.

Она посмотрела на него серьезно — теперь ей было совсем не смешно — и, когда он взял в ладонь ее руку, накрыла ее своей ладонью. Мысленно Рози все еще продолжала переваривать то, что Билл сказал, и получалось с трудом — похоже на то, как мы пытаемся пронести громоздкий предмет мебельного гарнитура через узкий дверной проем, поворачивая его и так, и этак, чтобы найти подходящий угол наклона.

— Но почему? — спросила она. — Почему я?

Он покачал головой.

— Не знаю. Факт в том, Рози, что у меня вообще мало знаний и опыта в отношении женщин. Я встречался с девушкой, когда учился в старшей школе, и мы, наверное, переспали бы в конце концов с ней, но она уехала в другой город прежде, чем это случилось. У меня была девушка на первом курсе колледжа, с которой мы все-таки переспали. Потом пять лет назад повстречал еще одну — где бы ты думала? В зоопарке. Мы были помолвлены. Ее звали Бронуин О'Хара. Звучит как имя героини романа Маргарет Митчелл, правда?