Чтение онлайн

– Вы с мисс Анной прежде здорово мне досаждали, разыгрывая меня, но сейчас, если сказать честно, не трудно догадаться, кто из вас кто. Что с вами стряслось, мисс Роза?

Розабелла опустила глаза и уставилась в, чашку с молоком.

– Это долгая история, Бекки. Экономка окинула ее зорким взглядом, затем произнесла:

– Забудьте все, хотя бы на время. Прежде чем лечь, не заглянете ли к отцу? Я принесу вам в комнату что-нибудь поесть, если пожелаете. Но самое главное после такого путешествия – это хорошенько отдохнуть. Правда, мисс Анна?

– Разумеется. Я отведу тебя к папе, Роза.

После короткого разговора с отцом, суть которого свелась к тому, что мистер Келланд выразил радость по поводу приезда дочери и надежду, что она не нарушит его покой, Розабелла с облегчением удалилась. Бекки помогла ей раздеться и лечь в постель.

– До завтра, моя милая.

Розабелла сонно улыбнулась знакомым словам и провалилась в первый за многие месяцы беспробудный сон.

– Что нам делать? – спросила Аннабелла, спускаясь вместе с Бекки вниз. – Послать за доктором Джардином?

Бекки наморщила лоб.

– Она очень бледна и худа. И мне не нравится, что у нее под глазами темные круги.

– Может, это от усталости? Розабелла сказала, что леди Ордуэй до сих пор нездорова. Ей, наверное, приходилось много времени уделять крестной. Посмотрим – возможно, несколько дней отдыха и вкусная, добротная еда восстановят ее силы.

– Да, посмотрим. А вы не знаете, когда она должна вернуться в Лондон?

– Меня это не интересует! Моя сестра не вернется до тех пор, пока не придет в себя, сколько бы на это ни ушло времени! Обойдутся без нее.

Розабелла оставалась в постели несколько дней. В уютной маленькой спальне постоянно горел камин, а дверь в комнату Аннабеллы все время была открыта. Хотя гостья и утверждала, что с каждым днем ей становится все лучше и лучше, Аннабелла пребывала в нерешительности: приглашать доктора Джардина или нет.

Розабелла проспала, почти не просыпаясь, полтора дня. Но затем ее сон сделался беспокойным, и Аннабелла слышала по ночам душераздирающие крики и рыдания, доносившиеся из соседней комнаты. Когда она подходила, чтобы успокоить спящую Розабеллу, та со страхом прижималась к ней и не отпускала от себя.

На третий день Розабелла заявила, что сможет встать. Бекки и Аннабелла решили постараться изо всех сил, чтобы праздник Пасхи в этом году прошел как можно веселее. Поэтому, когда Розабелла спустилась вниз, ее встретил горящий камин в маленькой гостиной, свежий аромат цветов в прихожей и вкусный запах теста, несущийся из кухни.

Усилия сестры и экономки были полностью вознаграждены – Розабелла широко улыбнулась, щеки у нее порозовели, и гостиная огласилась ее веселым смехом.

Когда в пасхальное утро звон колоколов разнесся по округе, Розабелла заявила, что тоже пойдет в церковь.

– Но, дорогая…

– Анна, туда ведь недалеко идти. Я хорошенько укутаюсь. Посмотри, как сияет солнце! Пожалуйста. Мне так хочется пойти.

К счастью, погода действительно способствовала посещению церкви. Ветер поутих, солнце светило все ярче, и воздух быстро прогревался. Состояние Розабеллы улучшалось на глазах. Бекки с восторгом прислушивалась к смеху и спорам сестер.

Хотя доктор Джардин продолжал навешать отца, никому уже и в голову не приходило пригласить его к гостье. Аннабелла терпеливо ждала, когда же сестра поверит ей свои секреты, но та, по – видимому, решила забыть на время о Лондоне и обо всем, что с ним связано. Розабелла молчала.

Все шло хорошо, но в конце апреля Розабелла вновь сделалась замкнутой, у нее пропал аппетит. Аннабелла терялась в догадках. Как-то раз она обнаружила сестру в спальне, где та с выражением полной безысходности на лице смотрела в окно. Аннабелла решила больше не ждать и потребовала у сестры объяснений.

Розабелла начала было говорить, потом замолчала.

– Ничего не произошло, Анна. Ты ничем не можешь мне помочь. Я сама должна с этим справиться. – Она глубоко и прерывисто вздохнула. – Просто… просто мне очень тяжело говорить.

– В чем дело? С чем ты должна справиться? Роза, любимая, что бы ни было, тебе не придется решать все одной. Нас двое, помни это.

– Нет. Ты не можешь мне помочь. Никто не может. Я должна вернуться, – сказала она безжизненным голосом, а когда Аннабелла посмотрела на ее руки, то увидела, как пальцы нервно теребят носовой платок.

– Вернуться в Лондон? Какой вздор! Я-то думала, что ты останешься до лета.

– Очень скоро за мной приедут. Ровно через месяц с того дня, как я покинула Лондон. Он очень точен. Вероятно, оттого, что служит в армии… Он сказал, что я должна вернуться сразу, как будет прислана карета.

– Кто это «он»?

– Джайлс Стантон – кузен Стивена. Он его наследник.

– Почему я раньше о нем не слышала?

– Джайлс был в Европе последние десять лет и вернулся всего несколько месяцев назад.

– Но почему он указывает, что ты должна делать, а что нет? И почему ты обращаешь внимание на то, что говорит Джайлс Стантон?

– Я вынуждена. Стивен оставил много долгов. Джайлс теперь всем этим занимается…

– Ведь Стивену уже исполнился двадцать один, когда он умер?

– Конечно, но по завещанию отца Стивен либо должен иметь сына, либо вступает в права наследования в двадцать пять лет.

– Понятно. А я и не знала… Это довольно странно, правда?

– Да… но к тому были причины, – грустно произнесла Розабелла. – В результате мы с тетей Лаурой остались практически без гроша до тех пор, пока Джайлс не выплатит долги Стивена.

– Однако он обязан обеспечить вас с леди Ордуэй!

– Юридически нет.

– Но любой человек чести…

– В том-то и дело, что здесь речь не идет о чести. – Пальцы Розабеллы продолжали теребить тонкую ткань платка. – Он считает меня тунеядкой. – Она опустила глаза. – Возможно, я ею и была все эти годы. Тетя Лаура, такая добрая и любящая, вероятно, избаловала меня. Поэтому, когда она стала настаивать, чтобы я вышла замуж за Стивена, я почувствовала себя обязанной… Но я сделала это не из-за денег!..