Чтение онлайн

Махала всплеснула руками и вдруг, несмотря на ее грозную речь и негодование, показалась Цендри совершенно растерянной и беспомощной.

— Ничем. Они слоняются по улицам города, стоят в таких местах, что машины не могут проехать, сидят на тротуарах, и женщины не могут никуда пройти. Они ничего не делают, — глухо повторила Махала.

Ванайя пожала плечами.

— Когда захотят есть, они отправятся работать.

— Я тоже так думала, но прошло уже трое суток, — ответила Махала, — а мужчины не расходятся. Некоторые отправились на море и ловят копьями рыбу. Зная, что сейчас этого делать нельзя, я послала туда охранниц прогнать мужчин, но ты знаешь, что они ответили моим женщинам? Они сказали, что рыба принадлежит им, поскольку Богиня дает ее голодным.

— Накажи зачинщиков, — предложила Ванайя, — и остальные разбегутся.

— Они уже наказаны, — ответила Махала. — Дома наказаний тоже забиты, но у нас нет столько охранниц. Во всем городе Ариадна нет столько женщин!

Цендри вспомнила, как Ял ответил ей, что на всей Изиде не хватит женщин, чтобы забить всех мужчин.

— И вот совсем недавно ко мне пришли представители мужчин. Они заявили, что отправляли к тебе какого-то мужчину, но ты не удостоила их ответом, а самого посланника приказала бить и пытать. Они сказали, что заставят тебя считаться с ними, даже если жизнь спутника ученой дамы из Сообщества ничего для тебя не значит. Мужчины сказали, что отправляют его к тебе с очередным посланием, — Махала повернулась к дверям и махнула рукой, — на которое тебе придется ответить!

В окружении крепких охранниц в комнату ввели Дала.

Он выглядел усталым и невыспавшимся, но, к своей радости, Цендри не увидела на нем следов побоев. Она бросилась к нему, Дал взял ее за руку, улыбнулся своей открытой, уверенной улыбкой и, слегка отстранив от себя, направился к Ванайе.

— Я принес письмо от лидера движения "Объединение мужчин Изиды", — произнес он.

Ванайя нахмурилась и ответила:

— Я не признаю этого объединения. На Изиде мужчинам запрещено образовывать любые политические общества за исключением религиозных или профессиональных.

— Они понимают, что вы откажетесь признать их, Проматриарх, но тем не менее прислали вам свою петицию.

— И ты осмеливаешься говорить это мне? Какое нахальство! — крикнула Ванайя.

— Я представляю здесь Сообщество, Ванайя, и пользуюсь дипломатической неприкосновенностью. Вы можете уважать ее или нет, но если со мной что-нибудь случится, вы хорошо знаете, что произойдет с Изидой. Сообщество наложит на вас торговые санкции, и вы погибнете. Так как, возьмете петицию или нет?

— Давай ее сюда, — угрюмо сказала Ванайя.

— Вот до чего довел тебя твой либерализм, — возмущенно произнесла Махала. — Мужчины уже умеют писать и читать!

Ванайя молча вскрыла конверт и начала медленно читать:

— "Примите наше уважение, Проматриарх Ванайя. Поскольку вы проигнорировали обращение, посланное вам, мы захватили в заложники человека, которого вы не посмеете игнорировать. Ученый из Сообщества должен беспрепятственно доставить наше послание в миры, где мужчины свободны. Подлинность письма удостоверяется знаком, находящимся в конверте". — Побледнев, Ванайя развернула вложенную в конверт бумагу и увидела большую розовую жемчужину на изящной серебряной цепочке.

Лицо Ванайи из бледного превратилось в мертвенно-бледное.

— Это жемчужина Миранды, — прошептала она. — Но как она к ним попала? Миранда находится у себя в комнате под присмотром акушерки. — Она резко обернулась к столпившимся позади себя женщинам. — Лиалла, Замила, Маре, быстро бегите в комнату к Миранде!

Женщины, толкаясь, топая по ступенькам, бросились наверх. Махала повернулась к Цендри.

— Я проклинаю тот день, ученая дама, когда вы прилетели на Изиду, — злобно сказала она.

— Нет, — возразила Ванайя, печально взглянув на Цендри. — Не она, а вот эта особь, — она ткнула кривым сухим пальцем в сторону Дала, — принесла нам все неприятности. Будь проклят тот день, когда оно прилетело сюда, — визжала Ванайя.

— Мы с тобой, кажется, появились здесь в один и тот же день, — шепнул Дал, наклонясь к уху Цендри. — Если так, то они обе правы.

Цендри едва сдержала приступ идиотского смеха, рвавшегося из нее. Дал был абсолютно прав, перед ней стояли две ненавидящие друг друга женщины, и обе хотели одного и того же — благоденствия для Изиды. Но добивались его разными, взаимоисключающими средствами, а это, вкупе с их неприятием друг друга, неспособностью мыслить одинаково, обернулось для планеты трагедией.

Внезапно наверху раздались истерические крики и плач, и лестница затрещала под ногами бегущих.

Несколько женщин влетели в комнату. Растрепанные и испуганные, как маленькие взъерошенные птички, они сбились в тесную стайку и дружно заголосили.

— Миранда… — Замила подняла в ужасе руки и произнесла, захлебываясь в рыданиях: — Миранда исчезла. Ее нигде нет.

— Акушерка лежит на лестнице, — сквозь плач сказала Замила. — Ее чем-то ударили.

Губы у Ванайи затряслись, а глаза наполнились слезами. Прижав к полной, отвисшей груди жемчужину, она медленно повернулась к Цендри и Далу.

— Если с Мирандой что-нибудь случится, — тихо произнесла она, — вы оба ответите. Мне безразлично, что сделает с нами Сообщество.

Цендри начала всхлипывать. Миранда, ее дорогая подруга Миранда, почти сестра, исчезла. "Она беременна, больна. Что будет с ней? Что сделают с ней мужчины, разъяренные веками рабства, унижения и побоев? Будут ли они воздействовать на Ванайю, угрожая расправой над ее дочерью? Или они сразу убьют ее, отомстят за своего замученного посланника?"

Внезапно эта мысль показалась Цендри невероятной, она вспомнила, как вместе с другими женщинами лежала на берегу моря и слушала плеск волн. Вспомнила того юношу, почти мальчика, оставившего ей свой приз. Как он плакал на ее груди, с какой нежностью и теплотой он говорил Цендри, что она напоминает ему мать. Цендри уже была совершенно убеждена, что мужчины не сделают Миранде ничего плохого. Она — мать, дарительница жизни. Цендри почувствовала, что ей нужно сейчас же поделиться с Ванайей своей уверенностью, но Проматриарх смотрела куда-то в сторону. С момента ссоры она как будто отвергла ее, вырвала из себя.

— Ванайя. — Голос Махалы был тих и мягок. Проматриарх обернулась.

— Миранда, моя Миранда, — сдавленно прошептала она. — Охрани, Богиня, мою девочку.

Цендри никогда не слышала, чтобы Махала обращалась к своей сопернице с такой нежностью.

— Я очень сочувствую твоему несчастью, сестра, — произнесла Махала. — У меня самой есть дочери и внучки, но сейчас не время предаваться горю. Восстание может произойти в любую минуту, мы должны убрать мужчин с улиц и заставить их вернуться на работу и в мужские дома. Ты разрешаешь мне применить всю возможную власть? Тебе сейчас не стоит заниматься делами мирскими.