Чтение онлайн

— На наших глазах как грибы после дождя растут совместные предприятия и объединения, самостоятельно выходящие на мировой рынок. Но выход-то после шестидесятилетнего варения в собственном соку очень непрост. Может ли здесь чем-нибудь помочь ваша служба?

— Мы стремимся оказать помощь стране в более эффективном использовании внешнеэкономических связей, информировать о сложных и противоречивых процессах, происходящих в мировом хозяйстве, закулисных планах и действиях в этой сфере, затрагивающих наше народное хозяйство.

Немало приходится работать по предотвращению ущерба советской экономике, в частности втягивания предприятий в невыгодные крупномасштабные сделки. Многие из наших хозяйственников плохо знакомы с жесткими нравами мирового рынка. У ряда крупных зарубежных компаний имеются свои службы, выполняющие разведывательные и контрразведывательные функции. Есть и фирмы, применяющие недозволенные приемы, финансовые махинации, подкуп и т. д. У советских внешнеэкономических организаций имеется печальный опыт финансовых крахов банков, потерь, связанных с получением взяток некоторыми внешнеторговыми деятелями, и т. д. Да и сейчас на сотрудничество с советскими предприятиями набиваются некоторые зарубежные фирмы с весьма сомнительной репутацией.

Сфера экономики останется не только областью международного сотрудничества, но и сферой состязания, в которой заметную роль играют специальные службы.

— Среди тех, кто сопровождал М. С. Горбачева в США, был В. А. Крючков, тогда возглавлявший нашу разведку. Американцы с изумлением писали, что впервые за все время существования органов госбезопасности руководитель такого ранга пересек океан. Кажется, скоро этим никого не удивишь. Ваши контакты со спецслужбами Запада становятся повседневным делом?

— Да, здесь наметилась устойчивая тенденция. Сейчас наша страна делает упор на общечеловеческие ценности. Мы за объединение усилий в борьбе с международным терроризмом, организованной преступностью и наркобизнесом. Давно сложилась традиция сотрудничества в обеспечении безопасности встреч на высшем уровне.

— Читателям интересно узнать, кто же он — руководитель советской разведки? Расскажите, пожалуйста, как вы пришли в КГБ, чем занимались, прежде чем возглавить самое большое управление комитета?

— Я прошел обычный для сотрудника ПГУ путь: институт, гражданское ведомство, разведывательная школа, работа в Центре и за рубежом. С 1964 года — член КПСС.

— Благодарю вас за беседу.

(«Комсомольская правда», 1990, 21 дек., № 291)

Этот праздник не отмечен ни красным, ни черным в календарях. Вчера в Центральном клубе КГБ собрались профессионалы — в семидесятый раз отмечался День разведчика. На наши вопросы в день юбилея отвечает заместитель председателя КГБ, начальник Первого главного управления генерал-лейтенант Л. Шебаршин.

— Леонид Владимирович, семь десятилетий — большой даже в историческом масштабе срок. Не пришло ли время подводить итоги?

— Оценить результаты работы за это время — задача исключительно сложная. Еще трудней истолковывать события тех лет, как зачастую сейчас делается, с точки зрения сегодняшних ценностей. И тем более ценностей завтрашнего дня, которые станут нам доступны через десятилетия. Советская разведка рождалась в стране, окруженной врагами. Существовала сильная и решительно настроенная белая эмиграция. Только что окончилась интервенция явная, на смену ей пришла тайная. Было большое искушение раздавить слабого, но в перспективе очень опасного противника. Провокации, взрывы, индивидуальный террор — в ход шло все.

Только хорошо поставленная разведка могла спасти страну от случайных ходов вслепую. Естественно, что на первом этапе основными объектами работы были эмиграция и те, кто стоял за ней. Ведущую роль, безусловно, играла Англия. Мы и сейчас обращаемся к первым операциям ИНО ВЧК вновь и вновь. Это классика. Блестящие замыслы, очень точные, но состоящие из простых ходов оперативные комбинации, хорошие практические результаты. Вспомним хотя бы захват Бориса Савинкова и Сиднея Рейли. Чтобы заманить в капкан профессионального террориста, нужна была недюжинная изобретательность.

В тридцатых годах иностранной разведке была определена главная задача слежение за замыслами крупных держав и ближайшего окружения страны. Замыслами не очень благородными. На этом направлении были получены отличные результаты. Приобрели позиции во многих государственных органах Германии, Англии, других стран. Добыли германские и итальянские шифры и, ничем не рискуя, получали большие объемы важнейшей информации. В Англии были получены важнейшие источники, в том числе легендарная пятерка Кима Филби. Секретов там для нас практически не оставалось.

— Это было в первой половине тридцатых. А позже?

— На нас обрушилось то же несчастье, что и на всю страну. Чекисты потеряли в результате репрессий почти двадцать две тысячи человек. Трагичным было и то, что созданная с риском, с большими затратами сеть за рубежом была в значительной степени разрушена. Были расстреляны все руководители ИНО и, по существу, все закордонные резиденты. Кого заманивали в Союз, кого ввозили тайными путями… К началу войны разведка оказалась обезглавленной и уничтоженной.

— Но агентура оставалась?

— Да, помощники сохранились. Они и вновь пришедшие в разведку кадры начали восстановление утраченного. Этот деликатный организм можно уничтожить одним махом, но из пня прежнего дерева не вырастить. Нужно делать новые посадки.

Сегодня у нас время от времени появляются преобразователи, которые предлагают видоизменить КГБ или сократить его наполовину. Почему не в четыре раза? Это просто реформаторский зуд. Виноградники тоже легко было вырубить! Последствия любого удара по разведке всегда трудно предсказать. А на деле любой реформатор, приходящий к власти, через месяц-два обязательно прибегнет к нашим услугам.