Чтение онлайн

Все так же молча она опустилась на кровать и прижалась лицом к его щеке.

Питер с удивлением обнаружил, что оно мокро от слез…

Это была самая странная близость, которую он когда-либо испытал: близость с безжизненной плотью. Когда все было кончено, он осторожно лег рядом. Потом в замешательстве и с сочувствием взглянул на Филлис. Она лежала с закрытыми глазами, выгнув шею и прижавшись щекой к подушке. Слезы катились по ее лицу. Из горла вырывались приглушенные рыдания.

Питер осторожно начал расчесывать пальцами пряди ее волос. Филлис снова задрожала и еще сильнее прижалась к подушке. Сдавленным голосом она наконец произнесла:

– Меня, кажется, сейчас вырвет.

– Извини. Дать тебе стакан воды?

– Не надо! – Повернув к нему залитое слезами лицо, Филлис открыла глаза и закричала: – Скажи им теперь! Теперь ты можешь сказать им!

– Это все бренди, – прошептал Питер единственное, что пришло ему в голову.

Питера разбудило пение птиц. Открыв глаза, он невольно зажмурился. Сквозь стеклянный фонарь, сооруженный по его указанию между тяжелыми потолочными балками спальни, лился поток света, как бы отфильтрованного листьями высоких деревьев.

Он встал, надел халат и спустился вниз. Он был дома. Ему казалось, что он отсутствовал много лет. Дом был таким же, каким он его оставил, правда, повсюду царил образцовый порядок. Питер порадовался тому, что сохранил мебель прежних владельцев, удобную, из натурального дерева, придававшую дому какой-то обжитой вид.

Ченселор прошел на кухню. И там была идеальная чистота, все стояло на своих местах. Он невольно почувствовал благодарность к миссис Элкот, суровой с виду, но на деле очень жизнерадостной экономке, которая перешла к нему от прежних хозяев вместе с домом.

Сварив кофе, он направился в кабинет. Это была большая комната со светлыми дубовыми стенами и огромным окном, выходящим в сад. Она и прежнему хозяину служила кабинетом для работы.

В углу за дверью, рядом с ксероксом, стояли аккуратно сложенные картонные коробки с материалами для книги о Нюрнберге. Разумеется, он оставлял их совсем не в таком виде. Беспорядочно открывая одну коробку за другой, он перед отъездом раскидал все по полу. Интересно, кто взял на себя труд сложить все обратно? Сначала он подумал о миссис Элкот. А может быть, здесь побывали Джош и Тони, которые все это время не оставляли надежды снова заинтересовать его работой?

Нет, коробки останутся пока в углу. Нюрнберг подождет. Сейчас у него есть более важные дела. Он подошел к длинному столу, стоявшему в дальнем углу кабинета. Там находилось все, что нужно ему для работы. Слева от телефона лежали две пачки желтоватой почтовой бумаги, рядом с ней стоял высокий оловянный стакан с заточенными карандашами. Захватив орудия труда, Питер перебрался за большой кофейный столик, расположенный перед кожаным креслом. Ему не надо было ничего обдумывать. Он едва успевал записывать свои мысли.

Энтони Моргану, издателю.

План-проспект книги о Гувере

(без заглавия)

В прологе речь пойдет об известном военачальнике, очень симпатичном человеке, придерживающемся либеральных взглядов в традициях Джорджа Маршалла.

По возвращении из турне по Юго-Восточной Азии он готовится выступить с заявлением, которое неизбежно вызовет замешательство в военном ведомстве Вашингтона. Во время поездки он убеждается в том, что сообщения об успехах США в этом районе крайне преувеличены. Более того, он привез доказательства некомпетентности и коррупции американского командования. Ему становится ясно, что из-за глупости и продажности ряда должностных лиц в Сайгоне американская армия несет неоправданно огромные потери.

Его коллеги, которым он сообщает о своих выводах и намерениях, буквально требуют от него воздержаться от каких-либо публичных заявлений. Они считают, что сейчас абсолютно неподходящий момент для подобных разоблачений, что его выступление может иметь катастрофические последствия. Он не соглашается с такой точкой зрения, полагая, что само участие Америки в этой войне является катастрофой.

Вскоре в кабинете военачальника появляется незнакомец и сообщает ему, что знает один очень неприятный факт из его биографии. Много лет назад в состоянии психического расстройства, вызванного стрессовой ситуацией, военачальник совершил неправильный, более того, непристойный поступок. Если об этом станет известно, он будет полностью дискредитирован. Разоблачение погубит его репутацию и карьеру, разрушит семью.

Незнакомец требует, чтобы военачальник уничтожил доклад, основанный на собранных в Сайгоне материалах, отказался от намерения выступить с обвинениями и хранил полное молчание. Фактически это означает, что военачальник способствует сохранению статус-кво, а массовые убийства во Вьетнаме будут продолжаться Если же он откажется подчиниться, порочащая его информация будет опубликована. На раздумье ему дается двадцать четыре часа.

Военачальник чувствует, что попал в безвыходное положение. Его переживания усиливаются еще и тем, что в этот день из Сайгона приходит сводка о самых больших за последние месяцы потерях. Настало время принять решение.

Беспрерывные колебания, терзания, угрызения совести измучили его, но в конечном счете он вынужден сдаться.

У себя дома военачальник достает из портфеля собранные им в Юго-Восточной Азии разоблачающие документы и бросает их в камин.

Теперь место действия переносится в огромное хранилище Федерального бюро расследований. Входит какой-то человек, открывает один из сейфов, кладет на место досье военачальника, задвигает ящик и запирает его. На ящике приклеена табличка: «А – Z. Собственность директора».

Питер откинулся в кресле и пробежал глазами написанное. Интересно, узнает ли себя Макэндрю? Если сравнить выдуманный образ с прототипом, то определенное сходство, конечно, есть. Уход талантливого генерала, разумеется, большая потеря для армии, но в целом Пентагон от этого только выиграет, потому что избежит громкого скандала.

В первой главе вводятся четыре или пять персонажей. Это очень разные люди, среди которых есть и члены правительства, и просто влиятельные деятели. Все они попали в тиски шантажа, от всех добиваются одного и того же – молчания.