Чтение онлайн

— Ну, против такого не попрешь. Семья — святое, — утешил Снейпа молодой Сабанес. — Давай лучше с нами, в Аргентину? Повеселимся, как следует, поедим асадо.

— А что это? — полюбопытствовал Снейп, полюбивший пробовать кухни разных стран.

— Национальное блюдо — жареное на открытом огне свежее мясо, почки, колбаса и... ну, короче, бычьи железы, — сказал Март.

— Э-э-э-э... я правильно тебя понял — это бычьи... хм... яйца? — спросил, засмеявшись, Северус.

— Ну да, — тоже заржал Мартинес. — Наши верят, что это помогает повысить потенцию. Само собой, женщинам этой части жаркого не достается, для них готовят цыпленка, мясо ламы или телятину.

— Так это что-то типа ростбифа, — протянул Снейп. — В Америке барбекю, у вас, значит, асадо.

— Да, а какие соусы к нему подают! Пальчики оближешь!

— Угу, и сразу запасайся огнетушителем, — улыбнулся Северус, хотя и попривык за полгода к острым блюдам, которые очень любили в Штатах.

— А бабуля моя готовит шикарные чуррос и дульче де лече, пальчики оближешь! — похвастался аргентинец.

— Чуррос... — мечтательно протянул Сев. — Петунья тоже их часто готовила... — он ностальгически облизнулся и опять вздохнул. — Спасибо, дружище, но в другой раз, хорошо? Я на праздники отправлюсь в Гранд Каньон, там у меня хозяйство! — гордо похвастался он.

— Сколько ты поймал? — поинтересовался друг.

— Четырех. Два жеребца и две кобылы, — гордо заявил Снейп, порозовев от удовольствия: сбылась его мечта — в отстроенной конюшне возле дома в Каньоне сейчас обитали вожделенные дикие мустанги. Впрочем, они уже привыкли к нему и даже позволяли на себе ездить. Северус ловил их честно, безо всяких уловок, используя только лассо, и это позволяло ему гордиться в буквальном смысле ручной работой — магия отдыхала. — Выведу их на луг, пусть побегают, попасутся.

— Да уж, с лошадьми управляться, знаешь, нужна немалая сноровка, особенно тут пригодятся сильные руки и ноги, это тебе не на автомобиле ездить, — заметил Мартинес, окидывая друга оценивающим взглядом. — Ничего так, малость подкачался. По сравнению с тем, каким ты сюда прибыл...

Снейп поглядел на свои руки — ну правда было ничего, надо признать, от физических упражнения и хорошего питания мускулы наросли неплохие, да и кожа под щедрым солнцем Каньона стала бронзовой, правда, лишь после того, как он основательно покраснел и обшелушился, сгорев в первые же выходные. Просто родственники Монгво охотились полуобнаженными, скача на лошадях лишь в кожаных штанах, ну и Северус тоже последовал их примеру...

— Был бы я девушкой — вцепился бы в такого душку как клещ, — подшучивал над Снейпом Март.

— Так, как Аманда в тебя? — ядовито спросил Сев, ехидно улыбаясь. Рыженькая симпатичная американка просто не давала проходу знойному красавцу аргентинцу. Тот вроде бы не отталкивал ее, но и сильно сближаться не хотел.

— Она милая, но... Сев, ты можешь думать про меня и Диего что угодно, но нас, индейцев, слишком мало осталось. Посуди сам — в Аргентине больше тридцати миллионов населения проживает, а коренных — лишь полтора процента от этой цифры. А магов так и вовсе несколько тысяч. Я женюсь на индианке, обязательно.

— А мне кажется, ты просто не любишь Аманду. Если бы влюбился по настоящему — то тебе было бы все равно, белая она, черная или красная, колдунья или просто магла, — задумчиво сказал Северус. — Ну, по крайней мере, у меня так получилось. Я-то думал, если не Лили, то найду себе колдунью попроще, чтобы возможности были хотя бы приблизительно одинаковыми и не вышло так, как у отца с мамой...

— Возможно, ты и прав, — охотно подтвердил Мартинес. — Но все же я постараюсь выбрать себе девушку по сердцу среди своего народа. И потом, люблю я женщин, которые умеют все, вроде твоей Петуньи, а что наши нежные избалованные академические красотки? У них у всех домработницы, наемные рабочие, прислуга... в общем, было бы приятно, если бы мне варила еду моя жена, своими красивыми ручками, а не наемная повариха!

Снейпу тут же на ум пришла фраза Петуньи, сказанная в самом начале их общения, что она хотела бы готовить мужу и детям сама, по возможности.

Он улыбнулся — он тоже этого очень хотел, уже сейчас! Соскучился по ней самой, по ее рукам, глазам, волосам, голосу, озорным милым ямочкам на щеках, даже маленьким сережкам в ушах! Ведь все лето так и было, только он, дурак, не понимал тогда, как это здорово, для того, чтобы понять окончательно — понадобилось не видеться с Петуньей целых четыре месяца. Но теперь-то все будет по-другому.

В душе опять всколыхнулась сильная досада на рыжую провокаторшу — отняла у него свою сестру еще на целую неделю! Он мог бы сейчас не валяться бездумно в комнате, а сидеть с ней где-нибудь в маленьком уютном кафе и болтать обо всем, что с ними обоими случилось за это время, и чтобы за окном падал пушистый снег, и горели свечи, и на улице дети пели рождественские гимны...

Или бы разожгли камин в особняке Селены и сидели бы перед огнем, тихо разговаривая о... Снейп все время думал, как сказать о том, что ему не хочется больше расставаться надолго? Ну, в общем, обстоятельства покажут. Порой заготовленные заранее и отрепетированные много раз слова разом забываются, и спасает лишь импровизация.

Все равно у него в январе еще день рождения, к которому он предусмотрительно приобрел пару бутылок хорошего красного и белого вина, конфет, а остальную еду купит перед непосредственно самим торжеством. И можно отпраздновать в Каньоне, в своем уютном домике, куда ему разрешили привести Петунью. Ей там должно понравиться, пусть даже обустроит его по своему вкусу. Ей можно будет делать все что угодно с ним самим и его имуществом. Он это твердо решил.

Симпатичная стюардеса в форме Бритиш Эйрвейз попросила пассажиров пристегнуться — самолет садился в аэропорту имени Джона Кеннеди.

Петунья летела первым классом — решила не экономить на себе. Да и интересно было — все же она по Англии в основном разъезжала на поездах или автобусах. А тут многочасовой перелет через океан — так почему бы не сделать это со всем возможным комфортом?

Дома в последние дни мать постоянно кудахтала на тему «куда ты поедешь так далеко, может, сдашь билет назад, как я буду тут одна без тебя, подумай хорошенько насчет Вернона, он ведь такой хороший парень, а летом Лилечка приедет!», так что тетя Стейси уже откровенно ругалась с ней, упрекая в том, что все мысли сестренки только о своей любимой младшенькой. Раз отпустила Лили в свободное плавание — то отпусти и Петунью, пусть все будет по справедливости!