Чтение онлайн

Сейчас внутри что-то кипело, хотелось двигаться, что-то делать, приближать поскорее тот день, когда они… вместе с Петуньей уедут отсюда. Северус пока не знал толком, как все это будет происходить – в магловском мире он ориентировался не очень. Одно хорошо – паспорт у него имелся, так как регистрировали его в местной мэрии, поэтому можно было не заботиться о магловских документах. Петунья говорила, что выехать несовершеннолетнему в Америку можно по туристической путевке. Но, кажется, нужно разрешение от родителей, какового у него быть не могло. Или не нужно? Впрочем, подделать бумажку не составляло труда – нужно лишь глянуть на образец. Это нетрудно. Ну, или в крайнем случае наложить Конфундус на чиновника в аэропорту. Уж невербально колдовать Северус умел – научился после того, как сто тысяч раз лишился палочки в стычках с Мародерами.

Парень наконец встал, быстро заправил постель, как показывала Петунья, и после водных процедур спустился на кухню уже готовым к дороге. Единственную выходную мантию, ту самую, зеленую, он аккуратно сложил в сумку – все-таки в Министерство нужно было являться в приличном виде. Заявление, нацарапанное на пергаменте и пузырьки с зельями для подкупа отправились туда же.

Выпив горячего крепкого кофе и сжевав пару кусков сладкого пирога, Северус глубоко вздохнул, жалея, что рядом нет подруги, и решительно вышел из дома, заперев дверь ключом.

Улица была пуста. Негромкий хлопок и он исчез прямо с крыльца.

Аппарация, которой его учили мать и Люциус, была выполнена ювелирно и доставила его прямо на неприметную улочку, на которой находилось несколько убогих офисных зданий, пивная и большой, переполненный мусорный контейнер.

У глухой стены, разрисованной чересчур яркими граффити стояла старая красная телефонная будка с выбитыми стеклами.

Северус знал о потайном входе в Министерстве со слов Люциуса, поэтому без колебаний вошел в будку с покосившимся телефонным аппаратом.

«Шесть, два, четыре, четыре, два…» — это шифр для простого народа. Избранные, наподобие Люциуса, конечно, могли являться в Министерство по именным порталам или каминам. Но Северусу и так сойдет – он не гордый. Лишь бы добраться до Отдела магического образования.

Взяв появившийся в желобке для возврата монет серебряный жетон, Северус приготовился к перемещению. И правда – через несколько секунд будка дрогнула и медленно поползла вниз. И вскоре он оказался в огромном зале, с несколькими десятками каминов, откуда появлялись непрерывным потоком сотрудники Министерства. Самому Снейпу по его сети никто бы не разрешил явиться в святая святых магического общества, потому и пришлось пробираться окольными путями.

На роскошно отделанный зал парень просто не обращал внимания, а уж пафосный фонтан со скульптурой, призывающей к дружбе магические народы и вовсе заставил презрительно фыркнуть.

Он целеустремленно пробирался к столу охранника.

Высокий усатый волшебник в коричневой мантии лениво проверил его палочку и великодушно рассказал, на каком уровне находится кабинет Долорес Амбридж.

Снейп вежливо поблагодарил и занял очередь к лифту. Отдел образования располагался на восьмом уровне. К тому времени в лифте почти уже не осталось народа – все вышли раньше.

Оказавшись в длинном коридоре со множеством дверей, Северус отошел к наколдованному окну.

Он одернул на себе мантию, пригладил вымытые вчера для пущего эффекта женского благорасположения волосы, проверил в карманах пузырьки с зельями и вытащил из сумки записку Люциуса и свое заявление на допуск к экстернату. Глубоко вздохнул и двинулся вперед, внимательно читая позолоченные таблички с именами на дверях. А вот и она – вычурная, витиеватая надпись – «Заместитель начальника Отдела Магического образования Долорес Амбридж».

Он постучал, сначала тихо, потом погромче.

— Да, входите! – раздался мелодичный, молодой голос. Северус, привыкший различать обертона и различные интонации подумал, что может, все не так страшно?

Однако, когда он открыл дверь и увидел хозяйку кабинета, это позитивное мнение его сразу же покинуло.

Долорес Амбридж оказалась низенькой, довольно упитанной волшебницей с короткими кудрявыми каштановыми волосами, перевязанными розовой шелковой ленточкой. Круглые выпуклые глаза и широкое лицо делали ее похожей на молоденькую, еще не покрывшуюся полностью бородавками жабку. Этому способствовали немного дряблые щечки и намечающиеся мешки под глазами, хотя лицо было намазано дорогой косметикой, призванной сделать кожу бархатной и упругой.

Северус привычно поставил диагноз: больные почки и печень, чревоугодие. Да, похудеть не мешало бы… Правда, короткая жирная шея и слишком большой рот все равно испортят впечатление. М-да… а ведь его в школе все считали уродом… Видимо, люди упорно предпочитают замечать только чужие недостатки, свои же превозносят достоинствами.

Что ж, хорошо, когда у тебя отсутствуют комплексы. Снейп хмыкнул и решил, что и от своих ему тоже надо бы избавиться, иначе так всю жизнь и будешь прятаться под корягами и камнями, боясь выбраться на белый свет к людям.

Кабинет заместительницы был оформлен в розовых цветах самых различных оттенков: от нежно-розового, как попка младенца, до яркого цвета фуксии и апофеозом служили разнообразные изображения котят. У Снейпа тут же заболела голова от пронзительного писка живых картинок с этими пушистиками. Нет, он, конечно, любил животных и никогда не обижал кошку завхоза Филча, но в рабочем кабинете в Министерстве… видимо, заместитель Начальника Магического образования и впрямь была важной шишкой, коль скоро ей прощали столь неформальную обстановку…

Долорес быстро обшарила глазами молодого человека в небогатой мантии. Обычный посетитель с утра. К тому же незнакомый… Может, удастся сплавить его клерку в соседнем кабинете?

— По какому вопросу? – проведя беглую ревизию, жаба решила, что церемониться с сопляком особо не стоит.

Северус же, пока в ответ разглядывал ее, вспомнил морских сирен, которые обладали такими же чарующими голосами, а на поверку оказывались страшными плотоядными чудовищами, заманивавшими моряков в свои сети. Ему вдруг стало смешно, когда он представил Амбридж под Оборотным, подливающую бедному Фаджу Амортенцию. Вот ведь несчастный! И впрямь – сирена и сирена!