Чтение онлайн

— Спасибо. Признаться, обожаю необычные закуски, состряпанные нежными ручками.

— Тогда — сегодня вечером?

Александр задумался. Точное время «визита» его не устраивало — необходимо кое-что выяснить, сответственно, подготовиться. В частности: действительно ли в институте выдавали премии или их придумала хитроумная телка? Почему-то захотелось — выдавали. Но интуиция товорила другое.

— Даже не знаю, что сказать? — с притворной растеряностью развел он руками. — Если заботливая судьба вот уже два раза нас сводит, давайте подождем следующего ее подарка… Сейчас на меня столько свалилось важных дел — ума не приложу, как с ними справиться…

Сусанна скрыла разочарование.

— Что ж поделаешь, буду с нетерпением ожидать… А пока запасусь продуктами… Узбекский плов любите? Как насчет свиной отбивной?

Кажется, тугой бюстгалтер либо ослаб, либо порвался. Сами собой расстегнулись две пуговички на кокетливой блузке. Будто пригласили горбоносика оценить об"ем и упругость двух мячиков. Можно даже сказать — мячей.

Штурм! Самый настоящий штурм! Неужели мужик откажется испробовать предлагаемое лакомое блюдо? Что-то раньше Серафима Яковлевна не встречала таких аскетов. Разве только Женька? Нет, нет, босс — далеко не аскет, просто имеются у него любовницы-шестиклассницы, зачем ему «портить» удачливого агента?

К аскетам Александр не принадлежал. Он с удовольствием бы полакомился свежатинкой, но боялся. Нет, не за исход опробования! Вдруг телка, действительно, пасет его? По заданию тех же пиковых. Заявишься к ней в гости, а там его встретит тройка качков с автоматами. Из банды ныне покойного Глобуса. Или — Рембо. Или — Князя.

Нет, лучше не рисковать. Приглядеться к горячей брюнетке, пощупать. А уже потом, убедившись в безопасности…

Расстались они на привокзальной площади. Выразив горестное сожаление, дамочка спустилась в метро, киллер принялся расхаживать рядом со стоянкой машин. Если Серафима Яковлевна пасет его, прятаться, маскироваться бесполезно. Даже вредно — вызовет лишние подозрения.

Сусанна снова выбежала из подземки на другой стороне улицы. Издали оглядела «гуляющего» клиента. Будто убедилась в его сохранности. Сняла трубку телефона-автомата.

— Женя, привет! — проворковала она, когда Кузнец пробурчал нечто среднее между матом и поросячьим хрюканьем. — Мужик на месте.

— Понятно, шалашовка. Один?

— Пока один. Кажется, ожидает приезда старичка.

— Не вздумай пасти! Повторяю — тебе не по зубам. На месте уже другие, более опытные… Возвращайся в родной поселок и продолжай начатое. Запомнила, курвочка, мои вопросики?

— Запомнила, — все так же радостно воскликнула Сусанна, будто заверила «покупателя» в высоком качестве выставленного «товара». — Могу повторить.

Кузнец ехидно фыркнул и положил трубку…

Дедок причалил минута в минуту. На этот раз он не стал вылазить из своей «консервной банки», показал Голубеву на место рядом. Александр уселся. Дедок тронул с места захрипевший свой транспорт.Заговорил, не поворачиваясь к пассажиру. Будто беседовал с гаишником, который провожал голодным взглядом проезжающие иномарки.

— Мои пацаны цынканули: тебя пасут… Спросишь, какие пацаны? Погляди направо.

Послушно поглядев в указанном направлении, Собков заметил двух ребятишек в возрасте не старше двенадцати лет. Один, активно осваивая недра носа, внимательно следил за манипуляциями парня с шариком и тремя стакашечками. Второй, независимо покуривая, изучал внутренность престижной «бээмвушки», завистливо вздыхал, вытирал жадные слюнки.

— Сколь думаешь здеся моих пацанят?

— Увидел только двоих, — честно признался Александр.

— Енто я показал, потому и увидел, — назидательно пробурчал старик. — Всего на вокзале крутятся двадцать три помощничка. А всего их у меня — ой, ой, ой, не счесть.

— И как ты только управляешься с таким войском!

— Дак вот, управляюсь. Они мне, будто мышата, стаскивают разную мелочевку, а я уж отсеиваю ненужное… К примеру, дамочка, которая позавчерась сбежала от тебя, забралась в машину, достала бинокль-гляделку и долго изучала наши с тобой физии… Ну, я-то не особо боюсь, пусть фотографирует, им меня не достать… А вот ты, паря, постерегись…

— Постерегусь, — серьезно пообещал киллер. — Давай — по делу…

— Кто же базарит за рулем? — удивился Мурат. — Дажеть правилами дорожного движения воспрещается. Вот сейчас завернем во дворик, притремся к ребячьей площадочке, тогда и побазарим… Деньги-то принес?

— Как сговорились — ровно тысяча.

«Запорожец» юрко нырнул под арку, пофыркивая, переехал на соседнюю улицу, с нее — в другой двор. Наконец остановился между мусорным контейнером и детской песочницей.

Дедок развернул один из таинственных свертков, извлек несколько оладушек. Открыл термос с чаем.

— Дела, дела, — завздыхал он, прикладываясь то к термосу, то с оладушкам. — Похавать некогда. Так вот, што скажу. Покопался я в мозгах — они у меня не особо протухшие, хотя и с кислинкой. Прошлый раз цынканул тебе: кажись, одесскую бабенку замочил Ушатый. Не сам лично, конешное дело, для крови у него приспособлен особый шестерка. Кликуха — Чумбук. Мои робятки поразведали…Точненько, не обшибся. Поработали Ушатый с Чумбуком. Енто первое. Теперь — покража пацаненка. В моей картотечке — три авторитета, которые занимаются заложниками. Можешь записать. Кудря, Кузнец, Шакал. Все — в законе… Опять же, я нацелил своих малолеток, они вечером пошуровали около жилья всех троих, пошептались с тамошними детишками… Выходит твоего пацаненка покрал Кузнец…

Из— за контейнера вывернулся тощий до прозрачности пацан. Уши отодвинулись от головы, напоминают настороженные радары, грязные волосы спутаны, лежат копной на плечах. Наклонился к открытому окошку, что-то прошептал хозяину и исчез. Будто растворился в воздухе.

— Что-нибудь случилось?

— Дак уж случилось… Твоя телка слиняла на экспрессе в родные края. Пацаны базарят: телка Кузнеца, их видели вместях. Кликуха телки — Сусанна. Теперича я уверен: тебя пасут… Погоди малость!

С мусорным ведром, из которого выглядывают пластиковые бутыли и картофельная шелуха, к контейнеру ковыляет древняя бабка. Припадает на левую ногу, одышливо вздыхает. Будто идет не по асфальту — взбирается на вершину Эльбруса. Опорожнив ведро, даже не поглядела на припаркованный «запорожец», заковыляла в обратном направлении.