Шрифт:
Есть старинное предание.
О русалках есть сказание.
Раз в году бывает ночь,
и реки родная дочь
по земле идет, как люди.
Но добра тому не будет,
кто русалку повстречает
и в глаза ее заглянет.
1.
Далеко в лесу, в глуши,
ни одной живой души
тут не встретить, не найти.
Нет дорог сюда, пути.
Островочек есть, поляна,
что окутана туманом,
скрыта. К ней не подступиться.
Молодая там девица
плачет в плохонькой избушке
у кровати над старушкой:
– Мама, мамочка моя!
Как я буду без тебя?
Я прошу, не умирай
и меня не оставляй!
– Нет, дочурка, время вышло, -
говорит уж еле слышно.
– Жизнь я долгую жила.
Умирать пора пришла.
Ну а ты уж не грусти.
Что не так, за то прости.
Здесь одна не оставайся,
а в деревню отправляйся.
Да за Васькой пригляди, -
Кот свернулся на груди.
Все тебе я отдала.
И хочу, чтоб забрала
ты себе мою всю силу.
Не могу сойти в могилу
я без этого. Дай руку.
Не забудь мою науку.
Ты придвинься ко мне ближе.
Наклонилась Поля ниже.
Бабка что-то ей шептала:
– Тайну я тебе сказала,
свою душу облегчила.
Я, как дочь, тебя любила.
Не вини меня, прости!
С миром, Поля, отпусти!
А девица побледнела
и молчит, окаменела
от старухина рассказа.
И в себя пришла не сразу.
Слышит, бабка захрипела
и лицом вся посерела.
Только тут она очнулась
и от страха содрогнулась:
– Я прощу! Ты моя мать!
С миром можешь умирать!
– Вот и славно, – простонала,
глаз уже не открывала
бабка, руку Поли сжала.
Дрожь по телу пробежала.
Вздох глубокий, хрип и стон.
Дух из тела вышел вон.
Поле тут же показалось,
что она слепа осталась.
Тьма кругом, хоть глаз коли.
Только красные угли
громко в печке затрещали.
За окном вдруг закричали
совы, стая воронья
приземлилась у жилья.
Кот мяукал, словно плакал.
Дождь по крыше звонко капал.
Полю вдруг заколотило,
зазнобило, замутило.
Голова кругом пошла.
По лицу слеза текла.
Зашатался будто дом.
И все ходит ходуном.
Перед взглядом все плывет.
Поля встала и идет.
Шаг, другой, она упала
и сознание потеряла.
2.
А за лесом, за дремучим,
что стеной стоит колючей,
поле травы раскидало.
Там деревня и стояла.
И большая, разрослась.
Жизнь людей тут удалась.
Луг и сад, и лес с рекой.
Все, что надо, под рукой.
Молодежь по вечерам
расходиться по домам
не спешит, все ей не спится,
до утра все веселится.
Вот и парни загуляли,
звезды в небе все считали.
Молодая кровь бурлит,
спать им ночью не велит.
Видят, белое пятно.
Приближается оно.
Пригляделись, девка это.
В платье легкое одета.
Меж домов бредет, как тень.
Ухватилась за плетень
и в калитку заглянула,
снова за угол свернула.
Интересно, кто такая.
– Не из наших, то чужая!
Что одной здесь делать ей?
И они пошли за ней.
– Стой, – кричат. – Как звать тебя?
Улыбнулась: – Лиля я.
И стоит, и не боится.
Видно смелая девица.
Или дурочка совсем.
– Здесь гуляешь ты зачем?
Улыбнулась им опять:
– Просто хочется гулять.
Шаг к ним сделала девица.
Лунный свет в лицо струится.
И тут парни рты раскрыли,
все на свете позабыли,
завздыхали, онемели,
будто разом отупели.
А она в ответ смеется.
А из глаз огромных льется
синий луч и их тревожит,
и доводит их до дрожи.
Что-то с ними тут случилось.
В головах вдруг помутилось.
Окружили, обступили,
непонятно говорили.
Стали за руки хватать,
платье трогать, задирать.
Самый старший вдруг сказал:
– С ней пойду на сеновал.
Крепко он ее схватил
и куда-то потащил.
Тут она и закричала.
И порядком напугала
жутким криком всех парней.
Хватка сделалась слабей.
Звук был страшный, как сирена.
Стыла кровь в горячих венах
от него. Проснулись люди.
– Кто ночами тут нас будит?
Загорелся свет в окошках.
И девица дикой кошкой
извернулась, отскочила
и опять заголосила:
– Я дурного не желала!
Тихо, мирно я гуляла!
Ну а вы зачем напали
и меня вы обижали?
Я запомню ваши лица!
По ночам вам пусть не спится!
Вы хотели?! Я приду!
И я каждого найду!
Парни встали как столбы,
нервно чешут себе лбы.
В темноту она ступила.
Та ее и поглотила.
А ребята вдруг очнулись,
обернулись, оглянулись.
Побежали, ее нет.
И пропал девичий след.
В темноту кричат: Прости!